Убегай! - Харлан Кобен

– Однажды мы пошли пообедать в крутой ресторан, где готовят рыбу, – начала Ди Ди. – Бабушка еще была жива. Поэтому платила она. А папа ел только мясо, а рыбу не выносил. То есть реально не выносил.

Эш понятия не имел, к чему она ведет.

– Ну вот, подходит официант и давай читать нам, какие в тот день были лучшие блюда. А в руках у него была черная доска, и на ней мелом записаны блюда. Шикарно, да?

– Да.

– В общем, официант добрался до этих рыбных блюд – у него еще был такой дикий акцент – и, значит, говорит: «Наш повар очень рекомендует…» Тут этот официант указывает рукой на свою доску, будто это автомобиль в телеигре «Правильная цена»: «…гриль-дорадо с грецким орехом, петрушкой и соусом песто».

Эш повернулся и посмотрел на нее. Можно было подумать, что и годы, и все, что ей довелось испытать, неблагоприятно скажутся на внешности Ди Ди, но выглядела она еще красивее, чем раньше. Золотистые светлые волосы сплетены в тугую, толстую косу, падающую на спину. Губы пухлые, лицо – кровь с молоком. Глаза зеленые с ярким изумрудным оттенком, скорей всего, это из-за контактных линз или какой-то особой косметики.

– А папочка просит его повторить это, название рыбы, и официант повторяет, а папочка…

Черт возьми, когда она перестанет так его называть.

– …а папочка уже так и кипит. Ну вот, а потом вскочил и выбежал из ресторана. Стул перевернул и все такое. Представляешь, его машина, его суперкрутая машина названа в честь какой-то паршивой рыбы! Папочка просто не мог этого перенести, понимаешь?

Эш посмотрел на нее:

– Ты это серьезно?

– Конечно серьезно.

– Эта машина не названа в честь рыбы.

– Ты что, не слышал про рыбу под названием «дорадо»?

– Слышал, конечно, но Эльдорадо – это такой мифический город в Южной Америке, где много золота.

– Но ведь и рыба тоже, ты не согласен?

Эш ничего не ответил.

– Эш?

– Ну да. – Он вздохнул. – Да, и рыба тоже.

Объект вышел из дома и двинулся к гаражу.

– С ними со всеми надо устроить по-разному? – спросил Эш.

– Не знаю, как насчет по-разному, но сделать надо так, чтобы между ними не обнаружилось никакой связи.

То есть сейчас не должно быть так, как было в Чикаго. Но все равно у него было большое пространство для маневра.

– Не спускай глаз с дома, – сказал он.

– Разве в этот раз я с тобой не пойду?

Кажется, она обиделась.

– Нет. Садись за руль. Не выключай двигатель. Не спускай глаз с двери. Если кто-нибудь выйдет, сразу звони.

Он не стал повторять приказ. Объект скрылся в гараже. Эш вышел и направился туда же.

О своем объекте он знал вот что: зовут его Кевин Гано, он уже двенадцать лет женат на своей школьной возлюбленной по имени Кортни. Семья из четырех человек живет на верхнем этаже этого двухквартирного дома на Девон-стрит в Ревире, штат Массачусетс. Полгода назад Кевина уволили с мясокомбината Олстона в городе Линн, где он проработал предыдущие семь лет. С тех пор он пытался найти другую работу, но безуспешно, поэтому в последний месяц Кортни пришлось устроиться на прежнюю работу секретарши в приемной туристической фирмы на Конститьюшн-авеню.

Кевин, пытаясь тоже приносить какую-то пользу семье, в два часа дня забирал девочек из школы. Поэтому сейчас он дома, в то время как почти все жители этого рабочего района на работе и кругом все тихо и спокойно.

Когда в дверях появился Эш, Кевин стоял перед верстаком и развинчивал DVD, а может, Blu-ray-плеер – он подрабатывал починкой всяких приборов. Он поднял голову и дружелюбно улыбнулся Эшу. Эш улыбнулся в ответ и наставил на него ствол пистолета.

– Только не шуми, и все будет хорошо, – сказал он.

Эш вошел в помещение и закрыл за собой дверь. Он продолжал держать Кевина на мушке и не спускал с него глаз. Кевин стоял перед ним, все еще с отверткой в руке.

В правой руке.

– Чего вы хотите?

– Положи-ка отвертку, Кевин. Будешь слушаться, и никто не пострадает.

– Черт возьми, – сказал Кевин.

– Что?

– Ты же дал мне увидеть твое лицо.

Точно подмечено.

– Об этом не беспокойся. Я изменил внешний вид.

– Вот хрень, – сказал Кевин.

Он бросил взгляд на боковую дверь – похоже, хотел было метнуться туда.

– Келси и Кира, – предостерег его Эш.

Услышав имена дочерей, Кевин застыл на месте.

– У тебя два варианта. Если побежишь, я тебя пристрелю. Потом мне придется устроить все так, будто это неудавшееся ограбление. Это значит, что мне надо будет пойти в дом. А чем там занимаются Келси и Кира, Кевин? Домашнее задание делают? Или телик смотрят? Может, перекусывают? Впрочем, это не важно. Я войду и устрою там нечто столь ужасное, что ты будешь счастлив, что оказался мертвый.

Кевин помотал головой, в глазах его стояли слезы.

– Прошу вас…

– Или же ты прямо сейчас бросишь эту свою отвертку.

Кевин повиновался. Отвертка звякнула о бетонный пол.

– Я не понимаю… Я же никому не причинил зла. Зачем вы это делаете?

Эш пожал плечами.

– Прошу вас, не трогайте моих девочек. Я сделаю все, что вы хотите. Только не надо… – Он судорожно сглотнул и стал как будто немного выше ростом. – И… и что теперь?

Эш подошел к нему и приставил ствол пистолета к его виску. Кевин закрыл глаза, и Эш спустил курок.

Протяжное эхо выстрела громко раскатилось внутри гаража, но Эш сомневался в том, что кто-то снаружи обратит на это внимание.

Кевин свалился на пол, он был уже мертв.

Эш действовал быстро. Вложил пистолет в правую руку Кевина, нажал на спусковой крючок, и пуля вошла в землю. Теперь на его руке останутся частицы пороха. Потом он залез в задний карман брюк Кевина, достал мобильник и приложил большой палец убитого, чтобы зайти в меню. Быстро нашел номер его жены.

С обеих сторон имени Кортни стояло по сердечку.

Сердечки. Рядом с именем жены Кевин поставил сердечки.

Эш набрал простой текст: