Озеро смерти - Мэг Гардинер

Ровен — моя героиня. Я и не ожидала подобной награды. Оставалось надеяться, что дамочка имела в виду несгибаемый дух героини, а не ее умение обращаться со взрывчаткой или способность к телекинезу.

— Спасибо.

— Знаете, теперь я ваша фанатка. Полностью, и совершенно обожаю эту книгу. Вы напишете продолжение, да? Я точно знаю: Ровен спасет любимого. Она должна.

Стоявшая за ней чересчур загорелая дама в шортах спросила:

— Я хотела спросить, на какой планете происходит действие?

— В Канзасе.

Ромашка-в-волосах повернулась к загорелой даме:

— На какой планете? Вы хотя бы знаете, про что эта книга?

— Да вот же сказано на обложке: «История Ровен Ларкин — побежденной, но не закончившей войну».

— Нет, книга о том, как общество преследует людей, не желающих жить как все. Как вы полагаете, отчего Ровен наказали изгнанием за отказ стать коллаборационисткой?

К разговору подключился человек в шапочке с козырьком:

— Эй… Вообще-то некоторые еще не читали эту книгу.

— Ладно вам, давайте подпишу, — сказала я, в принципе соглашаясь с Ромашкой, но желая ее успокоить. — Как ваше имя?

— Глори, — представилась любительница фантастики. И добавила, опять обращаясь к загорелой даме: — Я имела в виду: если не так, то почему Ровен убила командира повстанцев?

Человек в шапочке развел руками и пошел в сторону.

— Ну хватит. Возьму деньги назад.

Я быстро произнесла:

— Нет!

Он не остановился.

Раздался новый голос:

— Ваша книга о том, как не предать дело, встретившись с искушением. Правильно?

Голубенькая, будто детская ковбойская шляпа. Ничего не выражающие маленькие серые глаза. Анализ не предвещал ничего хорошего. Едва взглянув на ее лицо и заплетенные в косу неопределенного цвета волосы, я сразу поняла: эта дама молчать не будет. Передо мной стояла Шенил Вайоминг.

Я сказала, обращаясь к остальным:

— Рада, что вам понравился мой роман. Однако раз вы не поняли концовку, я не стану подписывать ваш экземпляр.

— Я поняла. И хочу, чтобы все знали: нас вводят в заблуждение.

Экземпляр Глори я подписала, но Шенил прикрыла книгу ладонью, не позволяя отдать хозяйке. Потом повернулась к Глори:

— Машина у магазина. Иди.

Ни слова не говоря, Глори вышла. Остальные последовали за ней — те, что до поры тихо стояли, рассредоточившись по книжному магазину. Шенил осталась на своем месте, как раз напротив моего стола. Выражение круглого, с двойным подбородком, лица оставалось кротким. Тусклые и серые, как шифер, маленькие глазки казались сделанными из камня.

Тут мой гнев победил осторожность, и я решилась сделать ход:

— В заблуждение? Это как?

— Хорошо.

Шенил вытащила записную книжку с маленькими скрепленными спиралью листками.

— Начнем с этой книги, представленной на стенде бестселлеров, — «Кибер-небылицы». В ней рассказывается о хакерских чудесах или том колдовстве, что действует лишь в среде Интернета. Ха-ха. Будто сатану не отключили с первого же дня творения. — Она ткнула в сторону витрины: — Теперь вон та книга, рассказывающая о людях, которые сменили пол и приняли новый облик. Скажешь, что и это есть в Священном Писании? Следующая книга — о пришельцах, появившихся из мира, где никто никогда не умирает. Просто смешно слышать. Смерть — момент, назначенный Господом. Для чего тогда сказано: «погуби их всех и дай Господу заботиться об остальном»?

В голове сразу застучало, но я ответила:

— Не могу припомнить: это цитата из Экклезиаста или из «Цельнометаллического жилета»?

Шенил густо покраснела, и тут я подала ей экземпляр книги.

— Спасибо, что зашли. Было забавно.

Она посмотрела мне в глаза:

— «Было забавно»? Девочка, если ты про себя, то я еще не начинала. Довольно посмотреть первую страницу: здесь ты говоришь о «ядерном холокосте». Звучит глупо и абсолютно неуместно. Как мы знаем, у любых событий есть своя логика. И наконец, всему есть свое время. Здесь речь идет об отдаленном будущем. И сколько же прошло лет: пять, шесть тысяч? Написано чересчур оптимистично и весьма слабо.

Едва заметно улыбаясь, к столу подошла Анита Кребс.

— Мадам, вы не могли бы…

— Леди, я не с вами разговариваю.

Я сказала:

— Анита, нас подловил не кто-нибудь. Это библейская полиция.

Шенил шлепнула по обложке тыльной стороной ладони:

— Произведение слеплено топорно. Но вы превозносите его с особой целью. Ведь истинную правду несет единственная из книг, а именно Библия. А здесь… — она взвесила на руке мою книгу, — здесь нет ничего, кроме лжи.

Я отложила ручку в сторону.

— Знаете, а у вас крыша поехала.

— Не шутите со мной.

— Нет, правда, насколько пессимистичной я должна быть? Осталось ли время заказать пиццу — или мы уже взлетаем?

— Нет разницы. Ты остаешься.

— Но я уже забронировала место у окна.

Шенил опять посмотрела мне в лицо:

— Люк не должен пребывать рядом с тобой.

Я пинком отбросила стул:

— Вон отсюда!

Крутнувшись на каблуках своих небесно-голубых туфель, она с надменным видом пошла прочь. Я шла позади, провожая нахалку до выхода.

Не поворачивая головы, Шенил проговорила:

— Он особенный. Маленький ангел, он драгоценнее, чем ты можешь представить. Неужели думаешь, будто мы отдадим его на растерзание дракону?

— Мы? Здесь нет никакого «мы». И нечего лезть в дела моей семьи.

Покосившись на меня, Шенил сделала вид, будто я заслуживаю лишь ее презрения или окончательно и бесповоротно тупа. Так она и ушла прочь, вполголоса напевая «Боевой гимн Республики».

Секунду я неподвижно стояла на широком тротуаре, о который за моей спиной шаркали ноги слонявшихся по магазинам горожан и туристов. Потом с яростью ввалилась назад в «Беовульф букс» и с ходу заехала рукой по стенду с моими книгами, повалив все на пол.

Подойдя ближе, Анита подперла бока кулаками и укоризненно сказала:

— Ладно, потом объяснишь, почему сделала это. Но нельзя ли сейчас подписать книги людям, дождавшимся конца представления?

Я обвела помещение глазами. Присутствовавшие, все как один, смотрели на меня.

Первой очнулась загорелая дама:

— Милочка, я захвачена. Дайте два экземпляра.

— Бросайте писанину, — посоветовал человек, стоявший следующим. — Снимайте себя на видео. Запросто перебьете сюжет с китом, честное слово.