6-я мишень - Максин Паэтро

Терминал «Трансбей» на Первой улице представляет собой сложенное из бетонных блоков громадное депо с поржавевшей крышей. Потрескивающие под потолком флуоресцентные лампы бросают чахлый, полумертвый свет на бездомных, избравших это нагоняющее тоску место как временное пристанище, чтобы пользоваться его немногочисленными удобствами.

Даже в свете дня терминал производил гнетущее впечатление. Нужно было как можно скорее найти Мэдисон Тайлер и вывести ее отсюда.

Мы с Конклином торопливо спустились по ступенькам на нижний уровень, в темное грязное помещение с выстроившимися в ряд билетными автоматами и офисом службы безопасности. За столом сидели две черные женщины в темно-синих брюках и такого же цвета рубашках с нашивками на кармашках — «Частное охранное предприятие».

Мы предъявили жетоны, и нас впустили.

Офис службы безопасности — это две стеклянные и две грязно-бежевые стены, два письменных стола между ними, картотечные шкафчики, три выхода с коммутационными панелями и два торговых автомата.

И здесь-то, за письменным столом, сидела маленькая девочка с шелковистыми желтоватыми волосами, падающими ей на воротник. Синее пальтишко было расстегнуто. Под ним — красный свитер и голубые брючки. На ногах — ярко-красные туфли.

Сердце дрогнуло и запрыгало от радости. Мы нашли ее.

Мэдисон Тайлер жива, и ей ничто не угрожает!

К нам подошел начальник станции, крупный мужчина лет сорока с седыми волосами и пышными, тоже седыми усами.

— Здравствуйте, я Фред Циммер, — представился он, протягивая нам руку. — Мы нашли эту маленькую леди минут пятнадцать назад совсем одну. Так, милая? Что-то я не могу ее разговорить.

Я присела и заглянула девочке в лицо. Малышка уже не плакала, но упрямо отворачивалась, не желая смотреть в глаза. На щеках — грязные полосы от слез, нос течет, нижняя губа распухла, на подбородке длинная царапина. Я озабоченно взглянула на Ричи. Чувство облегчения быстро сменилось новой тревогой — что с ней могли сделать?

Девочка выглядела такой испуганной, такой нелюдимой, что я — как ни старалась — не могла поверить в то, что передо мной та самая Мэдисон Тайлер, которая играла на пианино перед взрослой аудиторией.

Конклин тоже подошел поближе:

— Меня зовут Ричи. — Он добродушно улыбнулся. — А тебя? Мэдди?

Девочка подняла голову, посмотрела на моего напарника, открыла рот и выдавила из себя:

— Мэээ-ди…

Боже мой, да ее же до смерти напугали. Я взяла ее ручки в свои — они были холодные. Девочка смотрела как-то странно, словно сквозь меня.

— Вызывайте экстренную медицинскую помощь, — сказала я негромко, чтобы не напугать девочку еще сильнее. — С ребенком что-то не так.