Смертельно прекрасна - Эшли Дьюал

Воспоминания стираются. Как и все в этом мире: обида, боль, радость. Живешь ради мгновений, которые в скором времени исчезнут из памяти. Живешь ради призраков. Пора опомниться.

Встряхиваю головой, в очередной раз пытаясь взять себя в руки.

Я достаю из холодильника пиццу, наливаю апельсиновый сок. Сегодня отбор в эту чертову команду поддержки. Надеюсь, обойдется без жертв. Хотя, что я жалуюсь? Сама ведь записалась.

В доме тихо. Слышно лишь, как тикают старинные часы.

«В доме». Интересно, когда это место стало мне домом? Странно. Быстро же я привыкла к тому, к чему люди привыкают месяцами. Может, дело в том, что здесь жила и моя мама? Десятки поколений Монфор рождались и умирали в этом особняке. И как бы странно это ни звучало, но здесь мое родовое гнездо.

Не хочу даже думать о том, сколько смертей видели эти стены, сколько слез отражалось в зеркалах.

Пора собираться в школу. Сую тарелку в мойку и плетусь к выходу.

От всех этих размышлений мне становится весьма паршиво.

В школе на меня по-прежнему смотрят с опаской. Это дико раздражает, но я упорно стараюсь не обращать внимания.

Отсиживаю четыре урока и направляюсь в западное крыло школы. О приближении к спортивному залу мне сообщает запах пота из раздевалок. Самое смешное, что я, пожалуй, соскучилась по этому запаху. Ведь когда я занималась гимнастикой, все в моей жизни еще было хорошо.

Девушки в раздевалке, не стесняясь, разглядывают меня, а я думаю лишь о том, чтобы не сорваться и не свернуть им шеи. Неужели им нечем больше заняться?

– Блэк? – слышу я низкий голос и оборачиваюсь. У стены наша тренерша что-то записывает в блокнот.

– Да.

– Ты как раз вовремя.

– Я очень дисциплинированная, – язвительно замечаю я, почему-то вспомнив слова Мэтта.

Однако тренерша поднимает на меня серые глаза и грозно вздыхает. Ладно-ладно, шутить с ней явно не стоит. Уяснила.

– Переодевайся. Форма в тринадцатом шкафчике.

– Уже?

– В твоем деле написано, ты занималась гимнастикой пять лет.

– Ну да.

Женщина захлопывает блокнот, кивает квадратной головой и на ходу сообщает:

– У меня центровая подвернула лодыжку. Встанешь на ее место.

И все? Тренер уходит. Девушки снуют туда-сюда, а я гляжу на них и думаю: еще есть возможность убежать и не натягивать эту уродливую синюю форму! Правда, потом мне становится как-то грустно. В конце концов, надо ведь чем-то заполнить будни, а я ничем, кроме гимнастики, и не занималась.

Скептически осматриваю форму: короткую драпированную юбку и топ. Что ж, ну, наверное, могло быть и хуже. Или не могло. Одеваюсь, пытаясь представить следующие несколько часов моей жизни.

Завязываю волосы в хвост, оттягиваю вниз юбку и выхожу из раздевалки. Тренировка проходит на улице. Неплохо. Теплые лучи приятно ласкают оголенные руки. Прикрыв глаза, подставляю лицо солнцу.

– Ты стоишь на беговой дорожке, – произносит чей-то голос.

Не знаю, какого черта все решили, что мне можно указывать. Оборачиваюсь, стиснув кулаки. Передо мной, скрестив руки на груди, стоит незнакомый парень. На его лице играет улыбка, свойственная лишь самоуверенным идиотам, которые, к сожалению, раньше с легкостью покоряли мое сердце.

– Я мешаю?

– Смотря кому, – отвечает незнакомец. Боже, да он со мной флиртует! Забыл, что ли, что я посланник Дьявола? – Я – Логан.

– Классно. Мое имя ты наверняка знаешь.

– С чего вдруг?

– Ну, я что-то вроде знаменитости в этой школе.

– И что ты натворила?

– Приехала, – натянуто улыбаюсь я, поправляя чертову юбку. Ветер то и дело лихо задирает коротенький подол, и я чувствую себя почти голой.

– Не вижу в этом ничего плохого. К тому же…

Парень вдруг замолкает, а я с любопытством вскидываю брови.

– Что? К тому же что?

Логан смотрит на меня в упор светло-карими глазами, а затем делает шаг навстречу и оказывается так близко, что я чувствую щекой его горячее дыхание.

– К тому же не всем так идет эта форма.

Ого! А он смелый.

Парень разворачивается и на ходу бросает:

– Еще увидимся, Ари.

Я даже не нахожу, что ответить. Вот уж не думала, что в этой школе найдется еще кто-то, кто решится поговорить со мной.

Неожиданно я замечаю Мэтта. Убедившись, что тренерша еще не собрала девочек, решаю подойти к нему. Парень одет в серую футболку и широкие спортивные штаны. Сосредоточенно глядя на мишень, Мэтт уверенно натягивает тетиву. Затем раздается свист. Стрела на мгновение исчезает из поля зрения, а затем с глухим стуком вонзается в мишень. Впечатляет!

– Неплохо, – как можно более небрежно бросаю я.

Мэтт оборачивается и уже открывает рот, чтобы ответить, но замечает на мне синюю форму чирлидеров и удивленно распахивает глаза:

– Не может быть! Наверное, стрела отскочила и прилетела мне в голову.

– Ого! Да ты и шутить умеешь! – Я беру из рук парня спортивный лук. Оружие тяжелое. Я никогда прежде не держала такую штуку в руках. На лице Мэтью играет радостная улыбка. – Чего ты смеешься?

– Что ты, я и не думал смеяться. – Он поднимает ладони. – Честно.

– Ага, я все вижу. Тебе не нравится эта чудесная форма?

– Едва ли на тебе что-то надето.

– Между прочим, тому парню понравилось.

– Логану? Я и не сомневался.

– Это была твоя идея, помнишь? Начать новую жизнь, заняться собой, – я лишь развожу руки в стороны. – Вперед, «Вороны», и все в этом духе.

– «Соколы».

– Да хоть воробьи.

– Ари, ты нормально выглядишь и правильно сделала, что решилась вступить в команду. – Мэтт забирает у меня лук. Не знаю, понимает ли он, но мне гораздо спокойнее, когда он заслоняет меня от любопытных взглядов.

– Все на меня смотрят, – неуверенно начинаю я. Не знаю, почему говорю все это Мэтту, но мне кажется, я могу ему доверять. – Пялятся так, словно…

– Ари…

– Серьезно. Они постоянно на меня смотрят. Здесь. На уроках. На улице.

– Пусть смотрят.

– Но я так не могу, – заглядываю в синие глаза парня, а он в ответ озадаченно хмурится и придвигается еще ближе. – Мне сложно, понимаешь? Я стараюсь не обращать внимания, но это жутко раздражает, у меня уже нет сил…

– Ари, – Мэтт кладет ладонь мне на плечо. – Успокойся. Знаешь, о чем я подумал, когда впервые тебя увидел?

– Знаю. Ты подумал: неужели эта чудачка действительно слушает «Рамоунз»?