Корсар. Наваждение - Петр Катериничев

– Наверное. И важное, и тайное… Но… настолько туп, что сам этого не заметил.

– И у тебя не осталось копии?

– Нет.

– Флешка, диск?..

– Ничего.

– Так в наш век бывает?

– Была у меня флешка, на брелоке, вместе с ключами… Но я спешил, Буров – «тормозил» с похмелья, я – оставил ему ключи и рванул в Дом книги. Где нашел вот это. – Корсар кивнул на «Гробницу».

– Всю жизнь мечтала!

– О чем?

– Книга, за которую убивают! Может выйти «бомба»! Информационная, конечно. – Ольга прищурилась, как довольная кошка, отпила кофе. – Так что же там такого? Текст у тебя изъяли, приготовительные материалы – тоже, но голова-то – на плечах!

– Пока…

– А что в этом мире постоянно? Итак? Сам-то что думаешь? Ты же эту книгу, или не эту, но похожую, – писал?!

– Если коротко – существует структура, возможно – древняя, возможно, сросшаяся с отщепенцами и отставниками одной или нескольких спецслужб разных государств и преступными организациями, которая обладает технологией превращения людей в зомби. В массовом порядке.

– Упасть – не встать!

– Их продукт – двойного назначения. В «полном» варианте используется для зомбирования или кодирования людей, в облегченном – просто как синтетический наркотик, дающий хозяевам прибыль для содержания структуры организации, силовых подразделений, исследовательских центров.

– И называется эта хрень – «Грибница»?

– Называлась. Теперь – так. – Корсар кивнул на лежавшую на столе «Гробницу».

– Круто-то как! Держите меня все – и еще восемь человек!

– Ты мне не веришь?

– Верю, конечно, но…

– Но?..

– Ту байду… извини, версию, что ты прогнал, можно прочесть в двух десятках бульварных романов и паре сотен бульварных же газетенок – по всему миру.

– Да?

– Короче: за это – не убивают.

– Сашка Буров сказал то же самое. Почти теми же словами. Теперь он – скорее мертв, чем жив.

– Возможно – несчастный случай…

– Возможно, и те ребята, что орудовали у меня в квартире, а потом бежали за мной, – мне тоже привиделись?

– Не, они – настоящие. Только… странные какие-то. – Ольга прыснула, прикрыла рот рукой: – Теперь – понятно почему. Они – зомби.

– «За это не убивают». – Дима прищурился, испытывающе глядя на Ольгу: – А ты знаешь, за что убивают?

– Естественно. Я же – хороший журналист.

– Ну и?..

– Имена, явки, пароли, цифры, контакты и контракты, полученная прибыль, проведенные мероприятия, фигуранты, номера счетов. Убивают за то, что конкретно. У тебя там есть что-то? Помимо версий?

– Знаки. Символы. Фотографии, но или старинных предметов, или – живших когда-то людей.

– И выходит…

– Выходит, я все-таки раскопал и выболтал что-то важное и конкретное, но сам не понял, что это… И – не заметил.

– И сейчас не понимаешь?

– Нет. Но если так… почему я еще жив?

– Ты спешишь?

– Ладно, я дурак. Но если бы книгу прочел кто-то умный, он смог бы сопоставить, понять, догадаться… Именно поэтому они прибегли к столь изощренному способу… Книга вышла, но…

– Не та.

– Другая. Коричневая, как… чума.

– Опять бредишь?

– Бредить – моя работа.

Глаза Корсара загорелись азартом, он быстро набрал на мобильном номер:

– Здравствуйте, это – Дмитрий Корсар, литератор. Могу я поговорить с Михаилом Александровичем… – Неожиданно лицо его закаменело. – Когда? Три дня назад? Примите мои соболезнования… – Корсар нажал отбой, сказал, глядя в пустоту: – Лежнев. Профессор. Биохимик. Консультировал меня по книге…

– Неужто… убит?!

– Скоропостижно скончался. Аневризма аорты. – Чуть помедлив, Корсар набрал другой номер: – Это Дмитрий Корсар, мы с Евгением Владимировичем…

Некоторое время он слушал, все более мрачнея. Нажал «отбой».

– Умер?

– Да. Вчера. Сердце.

– Кто он?

– Редактор книги.

– Сильно.

Корсар поднял глаза на девушку… и – словно впервые заметил, как она хороша… Мотнул головой, проговорил неожиданно вслух:

– Таких сейчас не бывает…

– Хороший был человек?

– Что? – Помедлил, произнес: – Это я про тебя, Оля.

Девушка улыбнулась вымученно и, как показалось Корсару, чуть смущенно:

– Ну надо же… И смерть, и слезы, и…

А Дима сделался вдруг грустным, как потерянный щенок, потом собрался, произнес твердо, как решенное:

– Пора прощаться, милая девушка. Пока… ты жива.

– Нет. Никто и никогда не решал и не будет решать ничего за меня. Это – принцип.

– И тебя не…

– Нет. – Лицо ее вдруг осветилось улыбкой: – Как говорил Наполеон, главное – ввязаться в битву. А там – поглядим…

– Может, он этого и не говорил…

Лицо Оли сделалось заговорщицким и лукавым. Наклонившись к Корсару, она прошептала:

– Говорил, говорил… Мне верный человек шепнул… Он – сам слышал.

– И ему можно верить?

– Можно. Как мне. Ты же мне – поверил.

Корсар замер, прислушиваясь к себе… Если у него и была некогда интуиция, то сейчас она спала – спокойно и умиротворенно. Да и дело даже не в этом… Просто он почувствовал вдруг, что такую девушку он мечтал встретить всю жизнь. А сейчас, когда жизнь его отмерялась минутами и часами, ему сделалось понятно с пронзительной ясностью: для того чтобы любить в этом мире, полном несовершенства, насилия и зла, – нужна доблесть. Отвага. Мужество. И – вера в то, что твои близкие – будут с тобой всегда. И тогда – и мир твой – навсегда, и он на самом деле – меняется, наполняется добротой, щедростью и совершенством, становится таким, каким мы желали его видеть, но порой – не смели даже мечтать.

– Объект Пират после двухчасового исчезновения вновь обнаружен. Передвигается в сторону Юго-Запада.

– Установили, когда и почему он исчез?

– В Замоскворечье. Возможно, находился в туннеле, подвале – телефон объекта невозможно было обнаружить спутниковым сканированием.

– А если он умный и сейчас «прицепил» телефон к случайному контакту?

– Это возможно.

– Выясните, когда и где объект прекратит движение, и вышлите туда группу – проверить визуально наличие или отсутствие объекта Пират. Выполняйте.