Затворники - Кэти Хэйс

– Значит, просто гуляешь?

Я кивнула. В конце концов, наша встреча была просто совпадением, верно?

– Тебя никто сюда не посылал? Рейчел не велела тебе найти меня?

Я удивилась, что Рейчел могла знать, где находится Лео в субботу утром, но просто ответила:

– Никто. Я просто шла по ярмарке.

Лео протянул мне что-то со стола. Это была горстка черных семечек, изящно снизанных в ожерелье. Я потрогала их блестящую поверхность.

– Тебе это пригодится, – произнес Лео, указывая на ожерелье. – Надень его.

Я подняла на него глаза и снова заметила, как сильно он возвышается над карточным столом. Это было почти комично: ноги и туловище Лео были настолько длинными, что его рваные джинсы и черная футболка с дырками вдоль горловины, как и вся прочая одежда, казались слишком маленькими, словно были сшиты для ребенка.

– Что это такое? – спросила я.

– Семена пиона. Говорят, они отпугивают злых духов и кошмары.

– У меня нет проблем со сном.

– Пока нет, – отозвался Лео.

Я надела пионовые бусы через голову, пока он занимался очередной продажей; дело у него шло бодро.

– Что еще ты продаешь? – Я обошла стол, рассматривая товары. Здесь были амулеты, сплетенные из травы, и бусы из семян пиона. Щепотки толченых веществ в маленьких пластиковых пакетиках, на каждом из которых виднелась наклейка с шокирующе высокой ценой. Пионовое ожерелье, которое я надела, стоило 40 долларов.

– Лекарства. Лекарства от болезней богатых.

Я перевернула один из травяных амулетов, чтобы узнать цену – 60 долларов. Поднесла его к носу.

– Лимонная вербена, – сказала я.

– Очень хорошо. Мы еще сделаем из тебя садовода… Но в основном это аптечная вербена. То же самое семейство. Я добавляю лимонную вербену для запаха.

Насколько я поняла, все, что лежало на столе, было выращено в саду Боннефон в Клойстерсе – саду, где росли магические и лекарственные травы, наиболее часто используемые в Средние века.

– А что насчет этого? – спросила я, взяв в руки один из пластиковых пакетиков.

– Белена. Высушенная и измельченная. Два грамма. – Когда я никак не отреагировала, Лео продолжил: – Это наркотик.

Говоря это, он пожал плечами, как будто продажа органических наркотиков дорого одетым женщинам не была чем-то особенным.

– А ты это пробовал? – спросила я. Он кивнул. – А мне можно?

Лео посмотрел на меня оценивающе.

– Можно. Но у меня есть кое-что получше, и ты, возможно, предпочтешь именно это. – Он достал из-под стола коробку с пакетиками трав, отмеченными наклейками. Там были мандрагора и бессмертник. Он протянул мне пакет с надписью «акант».

– Для чего это?

Лео наклонился к моему уху и прошептал, другой рукой придерживая меня за локоть:

– Это афродизиак, возбуждающее средство.

Он взял упаковку из моих рук и облизал мизинец, прежде чем окунуть его внутрь. Потом поднес палец со слоем толченой травы к моим губам. Я приняла его предложение и слизала порошок. Он оказался зернистым и горьким, с привкусом соли от кожи Лео.

– Как скоро он подействует?

– Узнаешь.

Я смотрела, как он возвращается к столу, где очередь людей ждала его внимания. Мне не хотелось уходить. Под воздействием энергии, исходящей от Лео, бумаги казались чем-то невероятно далеким.

– Вы не могли бы мне помочь? – спросила женщина, пытаясь протиснуться мимо стола, где Лео сейчас обменивал амулет на деньги.

Я посмотрела на Лео, безмолвно прося указаний, но поскольку он ничего не сказал, я встала и принялась за дело, ответив:

– Конечно. Что вы искали?

Так мы продолжали продавать травы и ожерелья, микстуры и зелья, наверное, не менее двух часов. Когда Лео проходил позади меня, он всегда протягивал руку, чтобы прикоснуться ко мне, время от времени прижимался ко мне, иногда слишком долго задерживался рядом со мной, пока я готовила сдачу. Восхитительный танец, который заставлял меня надеяться, что солнце никогда не зайдет, что день на экологической ярмарке никогда не закончится.

Но день закончился, и после того, как ушли все женщины – а клиентами были в основном женщины, – и запасы Лео иссякли, он вытащил кассовый ящик, отсчитал двести долларов двадцатками и протянул их мне.

– Комиссия, – пояснил он.

Когда я хотела взять деньги, Лео отдернул их.

– Но ты не должна упоминать, что видела меня сегодня, хорошо?

– Хорошо, – медленно произнесла я и снова потянулась за деньгами, на этот раз выхватив их у него из рук. – Почему?

Лео поднял бровь.

– Серьезно?

– Да, серьезно. Почему?

– Потому что все, что я продал сегодня, было выращено в садах Клойстерса. Все собрано. Все украдено. Все разрекламировано, чтобы понравиться белым женщинам, которые не верят в современную медицину, но, кроме них, больше никто не может себе этого позволить. Понимаешь, о чем я?

– Ты действительно думаешь, что кому-то есть до этого дело? Что такое несколько трав из сада?

Лео вскинул голову и рассмеялся.

– О, нет, Энн. Это не мелкая сделка. Я не просто срезаю немного зелени. В оранжерее за клуатром Боннефон я выращиваю целый дополнительный сад, полный трав, которые я собираю для этого, – возразил он, указывая на стол. – Я продаю больше, чем несколько стебельков травы.

Мне показалось, что он гордится этим – доходами, хлопотами, скрытностью.

– Зачем мне кому-то рассказывать? – спросила я, убирая деньги в карман.

– Ты удивишься, насколько многое может выясниться в случайном разговоре.

– Я возьму на заметку, чтобы не упомянуть случайно о твоей незаконной операции по выращиванию.

– Незаконная операция по выращиванию?

– Что? Разве это не так называется?

Лео рассмеялся, и мне показалось восхитительным то, как душевно и эмоционально это прозвучало. Я не могла поверить, что этот смех был вызван моими словами. Мне это нравилось.

– Я и представить не мог, что ты знакома с этим, – сказал он. – В смысле, с такими терминами, как «операции по выращиванию». – Я собиралась признать, что не знакома, и он был прав, как вдруг Лео добавил уже более серьезно: – Просто нужно извлекать все возможное из ситуации, в которой находишься, понимаешь? Заставить ее работать на тебя.

Это было мне знакомо: я поступала так с тех пор, как стала достаточно взрослой, чтобы понять, в какой ситуации я нахожусь.

– Это просто… – Он шагнул ближе ко мне и протянул руку вверх, чтобы поймать локон, выбившийся из моей прически. – …Одна из вещей, которыми я сейчас занимаюсь. Но очень важная.

Я почувствовала, как его мозолистые костяшки коснулись края моей щеки, и повернула голову так, что мои