Рыжая кошка - Питер Спигельман

— Ты, вероятно, забыл, что это ведущееся полицейское расследование? — сказал я. — Управление полиции Нью-Йорка не слишком любит, когда чужаки гадят у них на участке. Особенно если чужак — частный детектив и брат возможного подозреваемого.

Майк медленно кивнул:

— Разумеется. Однако Дэвид дело говорит. Эта женщина вела рискованную жизнь — ее видео — тому доказательство, — и очень важно, чтобы полиция сознавала это, намечая пути расследования еще до выбора подозреваемого. У окружной прокуратуры также должна появиться пища для размышлений — когда они будут решать, какие дела кажутся выигрышными, а какие нет. — Я еще энергичнее замотал головой, но Майк не обратил на меня внимания. — И нельзя сказать, что ты никогда прежде не занимался ничем подобным: проверка утверждений, поиск новых свидетелей, установление противоречий… разработка альтернативных теорий.

— Но обычно это происходит после предъявления обвинения, когда уже есть подсудимый, процесс идет, а полиция расследование закончила… И ключевое слово здесь — «закончила». В данном случае расследование еще не началось.

— Но ты занимался этим прежде. Твое родство с клиентом — проблема, но не непреодолимая. Тебе придется быть особо щепетильным в отчетах и с системой охраны любых вещественных доказательств, какие сможешь найти… впрочем, ты и так всегда аккуратен. Полиция не обрадуется, однако и с этим можно справиться.

Дэвид, прищурившись, посмотрел на меня.

— Джон, помоги мне, черт тебя подери, — простонал он. — И с каких это пор тебя волнует, кого ты ищешь?

Около одиннадцати Дэвид наконец уехал на работу. Его по-прежнему трясло, однако галстук он поправил и по крайней мере хоть отчасти восстановил природную колючесть. Майк несколько раз повторил: позвоню, дескать, если что-нибудь узнаю об утопленнице от своих знакомых в управлении полиции Нью-Йорка, а впрочем, на бескровный исход дела особенно не рассчитывайте. И все же по выходе из комнаты для совещаний Дэвид демонстрировал необоснованный оптимизм. Майк вздохнул и налил себе газировки.

— С твоей стороны свинство не перезванивать в ответ на мои звонки, — вздохнул он, — но ты по крайней мере если уж объявляешься, то непременно с новым делом. Наверное, можно сказать, мы сравняли счет.

— Погоди. Еще несколько встреч с Дэвидом, и ты, пожалуй, пожалеешь, что я больше не числюсь пропавшим без вести.

— Он… напористый. — Майк улыбнулся. — Уж на кого, на кого, а на такого клиента я не рассчитывал — в памяти у меня до сих пор свежи твои рассказы о семье.

— Поверь, для меня дело Дэвида — не меньшая неожиданность.

— Так это не восстановление родственных отношений?

— Это работа.

Майк заглянул в стакан и почти сумел спрятать скептический взгляд.

— У тебя уже есть план?

— Я знаю, с чего начинать: посмотреть квартиру, поговорить с соседями, с родными, с Кругом и всеми, кого смогу найти, — обычная рутина. Потом — все обдумать и реагировать.

— А ее подруга-актриса?

— Джилл Нолан? Это трудный момент. Не знаю, насколько далеко я зашел в телефонном разговоре… Она тогда сильно ощетинилась… Может, она в своем Сиэтле еще не слышала историю о Русалке. Если так, пусть пока остается в счастливом неведении.

Майк кивнул и допил газировку.

— Полагаю, хобби братца застало тебя врасплох. — Я кивнул. — Думаешь, он нам все выложил?

— Конечно, нет, — ответил я. — Во-первых, он не желает говорить о Стефани.

— Дело только в Стефани?

— Если ты просишь меня поручиться за этого типа — извини. Я каждый день укрепляюсь в мысли, что совсем не знаю собственного брата.

— Мне просто интересно, какие еще гадости нас поджидают.

— Клиенты всегда лгут.

Майк нахмурился.

— У твоего брата многое на кону: брак, работа, не говоря уже о возможной испорченной репутации фирмы «Клен и сыновья». Его положение достаточно шаткое и без секретничания.

— Ты проповедуешь глухому, — хмыкнул я. — Будь я копом, которому поручено дело, и будь у меня выбор: потратить драгоценное время на типа, на которого Рен давила в одном из старых фильмов, или на типа, которого она обрабатывала перед смертью, — я знаю, кого бы выбрал.

Майк кивнул.

— И времени для работы у нас немного. Если Русалка действительно Рен, полиция скоро объявится.

— Полагаю, в нашем распоряжении неделя, от силы две.