Экзорцисты - Джон Сирлз

– Что он здесь делает? – шепотом спросила я у Роу-з.

– А ты как думаешь? Портит то, что делает папа.

– Главная трудность в нашем с женой деле состоит в том, что многие нам не верят. Мы это принимаем. Однако иногда скептики принадлежат к нашей семье. Как в случае с моим братом, – сказал отец, обращаясь к аудитории. Потом он повернулся к брату. – Но, Хоуи, люди заплатили за то, чтобы здесь присутствовать. Они готовы выслушать нас беспристрастно, им интересно то, что я намерен рассказать. Поэтому я попрошу тебя сесть и вести себя прилично. А если ты не хочешь, покинь зал.

В наступившей тишине мой дядя слегка раскачивался, словно с трудом сопротивлялся ветру. Однако он не сел и не направился к выходу, тогда к нему подошел человек в форме охранника и взял за руку. Дядя вырвал руку, едва не упал и быстро зашагал к выходу. Однако он направился не к центральным дверям, а к тем, что находились сзади. Охранник не отставал. Подойдя к дальней стене, дядя остановился, и я увидела, что он сильно изменился со времени нашей последней встречи. У него появился животик и бородка, когда-то коротко подстриженные волосы сильно отросли. Белки глаз заметно покраснели.

– Привет, – шепотом сказала Роуз, а я смутилась и лишь неловко улыбнулась.

Хоуи улыбнулся, потрепал нас по головам, подмигнул и зашагал дальше. Когда он оказался возле двери, охранник вновь крепко взял его за руку и вывел из ауди-тории.

Когда дверь за ним закрылась, моему отцу пришлось снова завоевывать аудиторию.

– Прошу простить за небольшую заминку. Так на чем мы остановились? О да, Калеб Ландрам…

– Пойдем поищем дядю Хоуи, – прошипела мне в ухо Роуз.

Она пригнулась и направилась к выходу. Я задержалась, глядя на изображение на экране. Игра света или кричащий демон? Я не знала. Наконец я отбросила эти мысли и последовала за Роуз.

Дождь прекратился, но ветер не унимался. Горячий влажный воздух касался моих щек, когда я догнала сестру на полупустой парковке, где свет фонарей отражался в многочисленных лужах.

– Он ушел, – сказала Роуз. – Это твоя вина.

– Моя вина?

– Да, ты задержалась, и мы его упустили.

Спорить было бесполезно. Я молча пошла за Роуз к зданию. И в этот момент мы заметили мужчину с царапинами на лице и руках. Он посмотрел на нас, потом отвернулся к кустам, влажные листья которых мерцали в свете фонарей. Мужчина замяукал.

– Все в порядке, – сказал он. – Выходи.

Моей сестре он, как и мне, показался интересным, и мы замедлили шаг. Он продолжал звать кошку, потом опустился на колени и стал шарить в темноте. Когда его рука на что-то наткнулась, послышался шелест листвы, пронзительный вой, и он отдернул руку. Мы увидели свежую кровь на его пальцах, сверкнувшую, как вода в лужах. Роуз и я могли бы стоять там и дольше, дожидаясь, удастся ли ему вытащить из кустов то, что он хотел, но у нас за спиной загудел клаксон. Мы повернулись и увидели моего дядю за рулем старого пикапа, одна сторона которого была разбита так сильно, что его не следовало бы выпускать на дорогу.

– Прелестные леди, вы, случайно, не меня искали? – спросил Хоуи, стараясь перекричать шум грохочущего двигателя.

Роуз подбежала к пикапу, и дождевая вода захлюпала под ее теннисными туфлями. К тому моменту, как я ее догнала, она уже держалась рукой за окно, и они начали разговор.

– Сеанс «Охотников за привидениями» еще не скоро кончится, – сказал Хоуи нам обеим. – Почему бы нам не развлечься?

Я подошла и засунула голову в окно. Внутри машины пахло пивом и дымом. Щетина на щеках дяди сияла в свете оранжевых огней на приборном щитке, во рту он держал незажженную сигарету, которая подпрыгивала, когда он говорил.

– Привет, малышка. Ты успела подрасти, верно?

Я смутилась и едва слышно поздоровалась.

– Проклятье, ты просто копия своей матери. Клянусь, такое впечатление, что она обошлась без твоего отца. Ты совсем на него не похожа.

Роуз оттолкнула меня в сторону, чтобы распахнуть дверь и забраться внутрь.

– Хотите поехать со мной? – спросил дядя.

– Куда?

– Куда? Покататься. Проедемся по паршивому городку. Кто знает? Может быть, если повезет, нам попадется галерея игровых автоматов. Тебе наверняка нравится «Пэкмен» и настольный теннис.

– Ты не угадал, – сказала ему сестра. – Девочке не нравятся нормальные вещи, которые любят дети ее возраста.

С одной стороны, мне хотелось забраться в пикап только для того, чтобы доказать сестре, что она ошибается. Возможно, я бы так и поступила, если бы Хоуи не сказал, не глядя в мою сторону:

– Давай, Роуз, чего ты ждешь?

– Я Сильви, а она Роуз, – поправила я Хоуи.

Из приборной доски выскочила зажигалка. Хоуи протянул к ней руку и закурил сигарету, которая засияла, озарив его лицо.

– Я знаю. Просто ты так похожа на свою мать, что вас легко перепутать. В любом случае, Сильви, садись в машину.

Его голос изменился, теперь он звучал скорее как приказ, чем приглашение. И я оказалась перед выбором, а ветер подул сильнее, вершины пальм колебались, мужчина с расцарапанными руками продолжал разговаривать с существом, спрятавшимся в кустах:

– Все в порядке. Выходи. Ты в безопасности. Я обе-щаю.

– Забудь о ней, – сказала Роуз.

Мой дядя наклонился через сиденье, его волосатая рука с татуировками задела живот Роуз, и он распахнул дверцу.

– Садись в пикап, – повторил он.

Но тут послышался другой голос:

– Сильви!

Я повернулась и увидела, как вращающаяся дверь конференц-зала выплюнула из здания мою мать. Она устремилась ко мне, сжимая рукой серебряный крест, свисавший с ее ожерелья. Когда она увидела Роуз, сидящую в пикапе дяди, на ее лице появилось ошеломленное выражение.

– Выйди из пикапа, Роуз! – крикнула мама, пытаясь перекричать шум ветра и голос мужчины, стоявшего на корточках возле кустов. – Немедленно!

– Не обращай внимания, дядя, – сказала моя сестра.

Когда мама подошла к нам, она поняла, что Роуз собирается ее игнорировать. Тогда мама посмотрела на Хоуи.

– Скажи, чтобы она вышла, – попросила она.

Он рассмеялся.

– Ты хочешь, чтобы я это ей сказал?

– Да.

– Тебе не кажется, что все немного перепуталось? Я не видел девочку много лет, и ты рассчитываешь, что она послушается меня. Похоже, у тебя с ней проб-лемы.

Мама не стала его уговаривать и решила в последний раз обратиться к сестре.

– Роуз, я прошу тебя выйти из машины.

В ответ Роуз захлопнула дверцу. Мама отшатнулась, а она зафиксировала замок и быстро подняла стекло. Я видела, что сестра что-то говорит дяде, но теперь мы оказались в двух разных мирах: один внутри машины – но мы не слышали, что там происходило, – и другой снаружи, где мужчина продолжал что-то кричать в кусты.