Башня - Дмитрий Сафонов

Она встала, прикидывая: сходить сначала в душ или приготовить ужин? Потом склонилась в пользу ужина и, надев тапки, отправилась на кухню, когда услышала озадаченный голос сына:

– Мам! Что-то дверь не открывается.

– Ну как она может не открываться? – Марина свернула в прихожую.

Валерик стоял у двери и безуспешно крутил замок.

– Не открывается!

– Ты просто что-то не так делаешь… – Она подошла к двери, дернула за ручку… Потом еще раз. Покрутила замок. Еще раз дернула.

– Действительно. Подожди, я сейчас позвоню… – Она взяла телефонную трубку и, еще до того, как набрала «0», была поражена странной тишиной. – Хм… Телефон тоже не работает… Подожди, я сейчас позвоню по мобильному…

Она взяла мобильный и набрала городской номер центрального пульта Башни. Аппарат ответил двумя короткими словами: «Нет соединения».

– Непонятно…

– Мам, а почему за нашими окнами летает вертолет? – донесся голос сына из большой комнаты. – Так близко. Никогда еще такого не было.

– Вертолет? – Она подошла к Валерику.

Действительно, за окном кружил вертолет с логотипом известного телеканала на борту. Оранжевые искры заката окутывали фюзеляж и дрожали на вращающихся лопастях.

– Вот уж не знаю…

Мобильный в руке внезапно ожил; заверещал резким требовательным звонком. Марина вздрогнула от неожиданности, затем взяла себя в руки и нажала кнопку ответа.

– Марина! – звонила бабушка, ее мама. – Что у вас происходит?

– Что происходит? Немного поспала, сейчас будем ужинать…

– Что происходит с вашей Башней?

– Да вроде ничего особенного… – «Если не считать того, что двери не открываются и телефон не работает». Но маме этого знать не следовало – она будет волноваться…

– По телевизору рассказывают какие-то ужасы, будто бы она скоро рухнет! Ты где, в квартире? Собирай вещи и беги на улицу!

– Мама, успокойся! Все в порядке… Это просто… – она не знала, что еще сказать.

Сын опередил ее. Он словно услышал их разговор, взял пульт и включил телевизор – тот канал, логотип которого был на борту вертолета.

– Мама, нас показывают по телевизору! – не без гордости сообщил он.

А вот это уже был дурной знак. По телевизору показывают либо счастливых «звезд», либо обычных людей, попавших в беду. Поскольку к «звездам» преподавательница английского не относилась, равно как и ее сын (ну может, в будущем он и затмит Кафельникова и Сафина, но это – в будущем), оставалась только одна возможность.

– Мам, смотри, это же наши окна.

– Валера, оденься и собери свои вещи, – строго сказала она. И села смотреть телевизор.

– Пиво-то кончилось! – прошипел черноволосый вихрастый парнишка в очках.

Второй, высокий и светловолосый, пожал плечами.

– Ну? И что я могу сделать?

– Ты говорил, за мной – квартира. А девчонки и пиво – за тобой!

Светловолосый взял его за плечо и отвел подальше от двери. Впрочем, он мог бы не беспокоиться: в полумраке большой комнаты музыка орала так громко, что их вряд ли бы услышали.

– Я привел девчонок. И привез пива.

– Надо было брать больше.

– Я и брал больше. Кто же мог подумать, что ты начнешь хлестать одну бутылку за другой?

– Я волнуюсь.

– А чего волноваться? Это вполне естественное занятие. Насколько мне известно, люди занимаются этим уже много тысяч лет.

Напряженная поза черноволосого очкарика говорила, что богатый опыт человечества сейчас волнует его меньше всего: у него это было в первый раз. Точнее, еще не было. Только намечалось.

Он свернул со скользкой темы.

– Но пиво-то кончилось! Что теперь делать?

Светловолосый был невозмутим.

– Добрый знак! Значит, пора переходить к следующей части нашей культурной программы. Кстати, есть такая штука, как контрацепция… Ты, может быть, краем уха кое-что слышал об этом…

– Хватит издеваться. Я обо всем позаботился, – очкарик похлопал себя по карману джинсов. – Но я боюсь, что без некоторого допинга…

– Мой юный друг! – светловолосый покровительственно положил руку очкарику на плечо. – Я открою тебе маленькую тайну. Только не вздумай никому проболтаться, хорошо? Так вот, слушай внимательно и не говори, что не слышал. ЭТО получается и без пива. Поверь мне. И даже, я тебе скажу, без пива…

Очкарик стряхнул его руку с плеча.

– Денис, прекрати! Говори нормально. Не надо вести себя как…

Денис улыбнулся.

– Да ладно, не лезь в бутылку. Я пошутил. Какую ты выбираешь?

Очкарик смутился еще больше.

– Что значит, какую я выбираю?

На лице Дениса появился наигранный испуг.

– О Боже! Сева! Не пугай меня! Ведь не хочешь же ты сказать, что будешь резвиться с обеими сразу! А я? А как же «бескорыстная дружба мужская»? – Он хотел снова положить руку приятелю на плечо, но очкарик оттолкнул его.

– Денис! Да перестань ты… юродствовать. Они обе смотрят на тебя, открыв рот. Что мне прикажешь делать?

– Быть понапористее, – Денис поднял брови. – Дай волю рукам, но при этом делай вид, будто и не подозреваешь, что творят твои верхние конечности.

– Не могу… У меня такое ощущение, что я буду выглядеть полным идиотом.

Денис закатил глаза.

– Конечно, а ты как думал? Тяжела мужская доля. Но главное – не как ты будешь при этом выглядеть. Важнее – чтобы ты не чувствовал себя идиотом. И самое главное – чтобы ты им не был. Выбирай что лучше: выглядеть, чувствовать или быть идиотом?

Сева кивнул.

– Ну ладно, пошли, а то они будут волноваться.

– С чего бы им волноваться? Уж они-то знают, что мы никуда не денемся… Ну по крайней мере, до тех пор, пока не получим то, что хотим получить.

– Ты все же циник, – в сердцах сказал Сева.

– Это не я, – Денис наставительно поднял палец, а потом ткнул им в сторону комнаты. – Это они. А я просто реалист.

– Хорошо, реалист… Пошли.

На пороге Денис остановил приятеля.

– Да, и вот еще что. Я должен тебя предупредить, чтобы ты не отмочил какой-нибудь номер.

– Ну, что?

– Я знаю, у тебя может возникнуть такая мысль, но ты сразу отгони ее, как самую глупую из всех возможных.

– Ну, какую?

– Это бывает… Знаешь, иногда накатывает что-то такое… Неосторожно ляпнешь какую-нибудь ерунду, а ей она может запасть в душу.