Башня - Дмитрий Сафонов

Он пошел в соседнюю комнату и запер за собой дверь. Включил мобильный и набрал ПИН– код. Едва аппарат нашел сеть, как стали поступать сообщения – одно за другим. Он открывал их по очереди. Безусловно, это была маман. «Денис, срочно позвони мне!» Ну да, а что же ты еще хотел?

Он набрал номер маминого мобильного.

– Але? Да, это я. Что? Нет. Да нет же, со мной все в порядке. Я в Башне? – он задумался, но только на мгновение. – С чего ты взяла? Ну да, я сказал, что иду к Севе на день рождения. Нет, ты меня просто неправильно поняла. Я на даче у Севы. Где у него дача? – он быстро соображал, в какое место можно засунуть Севину дачу. – Э-э-э… В Снегирях. Да, чудесное местечко. Послушай! – он вытянул руку, надеясь, что никому из девчонок в этот момент не придет в голову включить аудиосистему на полную громкость. – Слышишь что-нибудь? Нет? Вот видишь, какая здесь тишина? Разве в городе такое возможно? Мам, я, наверное, останусь у него ночевать. Ну, пару стаканов вина, не более. Нет, я все равно не хочу садиться за руль. Мам, нет, приезжать тоже не стоит. Ты просто…

звони мне, если захочешь. Нет, у нас все в порядке. Сева? Готовит угли для барбекю, обещает зажарить кучу мяса. Какого? Я спрошу. Нет, жирного не буду. Нет, что ты, брошу ему в лицо и рассмеюсь, но жирное есть не буду. Хорошо, мы не напьемся. А что, ты говоришь, с Башней? Да нет, я просто интересуюсь. Ах, папа ведет передачу? Ну может быть, посмотрю, ты же понимаешь, нам сейчас не до городской суеты. Нет, все в порядке, не волнуйся. Ну, целую.

– Фу-у-у! – Денис оторвал трубку от мокрого покрасневшего уха. Постоял немного, а потом сказал, обращаясь в пустоту: – Ну хорошо, сказал бы я ей, что я сейчас в Башне, и что с того? Она бы прилетела на вертолете и залезла в окно. О Господи! Что здесь происходит?

Он попытался найти пульт от телевизора, но не нашел. Подошел и нажал кнопку на панели. Нашел нужную программу…

В эфире действительно был отец.

Истомин поправил очки:

– А сейчас мы хотели бы передать обращение управляющего Башни Михаила Исааковича Дубенского ко всем жильцам.

Денис услышал голос Дубенского.

– Я хочу попросить их сохранять спокойствие. Оснований для паники нет. Башне не грозит обрушение. Поэтому, самое лучшее, что они могут сделать, – это подготовиться к эвакуации и ждать момента, когда спасатели откроют двери. Повторяю, эвакуация не более чем формальность…

Денис в задумчивости присел на кровать.

– О’кей, папа, мы не будем метать икру… Значит, Башне не грозит обрушение, а вертолет крутится здесь как раз для того, чтобы снять то, что нам не грозит. Понятно. А что он там сказал про двери?

Денис почти не сомневался, что двери не откроются. Но он все же сходил в прихожую и убедился в этом.

– Отлично. Сплошная романтика.

Он вернулся в комнату и увидел, что Сева, похоже, определился.

Девушки стояли у окна и внимательно следили за вертолетом. Сева пристроился за спиной Ларисы и что-то говорил ей на ухо.

– Минуточку внимания! – Денис хлопнул в ладоши. Все трое обернулись и посмотрели на него. – Помните, как в старом анекдоте: есть две новости – хорошая и плохая? Так вот, постараюсь быть оригинальным – у меня одна новость. Всего одна. И мне она кажется хорошей. Светик, душа моя! – он повернулся к девушке. – Похоже, ты все-таки останешься на ночь…

Дубенский быстро переоделся. Теперь на нем были старые потрепанные джинсы, толстовка и старая кожаная куртка. Немного жарковато для такой погоды, но он знал, что там, куда они направляются, будет холодно.

На этот раз он взял с собой мобильный – положил его в нагрудный карман куртки. Подумал немного и прихватил буклет с подробным планом Башни, ему это было не нужно, он и так все знал, но план может пригодиться кому-то еще.

Мобильный зазвонил. Дубенский поднес его к уху.

– Спускаюсь!

Он вышел в прихожую. У порога стояла жена.

– Когда тебя ждать? – спросила она.

Дубенский на секунду задумался.

– Скоро. Я постараюсь побыстрее.

– Хорошо.

Она не задавала лишних вопросов, и Михаил был ей за это благодарен. Он поцеловал жену и вышел за дверь.

У подъезда стоял большой белый микроавтобус «Форд» с тонированными стеклами и рекламой сети химчисток и прачечных на борту.

Боковая дверь бесшумно отъехала на полозьях, и Дубенский быстро запрыгнул внутрь.

В полумраке машины он разглядел людей в черной форме, в сферических касках, с короткими автоматами на плечах. Один из них протянул ему руку:

– Капитан Кондратьев. Можно просто Николай. Ну что, вы готовы?

– Да, – голос Дубенского немного дрожал. Сначала он хотел спросить: «А вы?» – но вовремя передумал. Достаточно было одного взгляда, чтобы понять, что эти ребята готовы всегда и ко всему.

Дубенский насчитал восемь человек.

– Значит, так, – Кондратьев стукнул по перегородке, отделяющей салон от грузового отсека, и машина мягко тронулась с места. – Я хочу вкратце объяснить вам нашу диспозицию. То, что происходит в Башне, действительно кажется странным… Мягко говоря. Мы должны исключить любую возможность теракта. И хотя никто пока не объявлялся и не выдвигал никаких требований, вы понимаете, что такое здание – это лакомый кусочек для любых экстремистских группировок. Лично меня, например, очень настораживает ситуация с заблокированными дверями и нарушенной связью. По сути, так и есть: жильцы уже находятся в заложниках, мы только не знаем у кого – у живых людей или у взбесившихся электронных мозгов Башни… Но это не так уж важно. Сейчас спасатели под прикрытием наших коллег входят в здание. Задача нашей группы – проникнуть внутрь незамеченными и войти на технический этаж. Ведь именно там, насколько я понимаю, находится главный пульт управления?

– Центральный пульт, – машинально кивнул Дубенский.

– Точно. Мы будем входить там, где вы скажете. Попытайтесь хорошенько припомнить, есть ли какая-нибудь незаметная лазейка? На вас вся надежда. Лучше Главного управляющего никто Башню не знает.

– Да… Да… – «Вот она, собачья работа!» – Вентиляционная шахта – ничего другого мне в голову не приходит. Можно еще через коллектор канализации… В подземный гараж…

– По нашим данным, нижний ярус подземного гаража обрушился. Один из охранников сказал, что слышал это по рации, но сам проверить, естественно, не мог. Всюду запертые двери.

– Да… Двери – это основная проблема, – Дубенский замялся. – Вы знаете, это какая-то ошибка. Ярус никак не мог обрушиться…

Кондратьев перебил его.

– Не мог обрушиться сам? Или не мог обрушиться с помощью взрывчатки? Не так уж и много нужно: план здания с указанием несущих конструкций, хороший подрывник и полкило пластита. Само здание, естественно, устоит, но подземный гараж вполне можно обрушить.