Когда умирает король - Элина Бакман

Дома Хейди за считаные минуты уничтожает тарелку безвкусного риса с безвкусной курицей под соусом. Раньше дурь из головы хорошо выбивали тренировки, бег, бокс, сават, да даже просто поход в зал. В мыслях становилось восхитительно пусто. Но в последние годы все проверенные методы успокоения работать перестали, и велосипед приходится изобретать заново.

Сегодня она опять ходила в спортзал «Кабельного завода»^[37]. За годы посещений сама собой сформировалась отличная разношерстная компашка любителей помолотить грушу в боксерских перчатках. После их тренировки в зал обычно приходит группа изящных женщин. Киде, бывший профессиональный боксер, ныне тренер и «батя» группы Хейди, назвал этих женщин «ангелочками». На тренировках они «по-ангельски» высвобождают весь свой гнев на несправедливый мужской мир. Хейди в курсе, что, по негласному мнению, в компанию ангелов она вписалась бы куда гармоничнее, однако общество грубоватых дюжих мужиков ей как-то ближе.

В «Вотсаппе» кто-то пишет, что сидит сейчас в «Геркулесе»^[38]. Вот и первые счастливчики-отпускники. Хейди оценивает свое отражение в зеркале: серые треники и полинявшая футболка, под которой нет лифчика. Выбор предстоит нелегкий. Впереди — единственный свободный вечер на неделе, да и тот короткий. Не лучше ли остаться дома, награждая уставшее тело тем, чего оно так жаждет, — сном, или отправиться на поиски приключений, заработав при этом дополнительный недосып? Серьезно, единственный пока действенный способ очистить голову от работы — это забить ее чем-то еще. Плюс чудовищно хочется виски.

Хейди собирается за десять минут. Ноги сами ведут ее к «Геркулесу» через тихие июньские улочки Хельсинки. Бар встречает оживленным гулом, хотя снаружи, буквально за дверью, все чинно и спокойно. Воскресный вечер — время завсегдатаев.

Хейди здоровается со знакомыми лицами и заказывает виски. Мельком смотрит на диалоги в «Вотсаппе» — последнее сообщение от 23:01. Друзья либо разошлись по домам, либо решили погулять где-то еще. Хейди за ними не пойдет. Ей просто нужно выпить. Влив в себя третью за вечер порцию виски, она замечает отдаленно знакомое лицо в районе барной стойки. Подтянутая блондинка из «Кабельного завода». Хейди как-то наблюдала за ее тренировкой. Женщина смотрит по сторонам, не обращая на нее никакого внимания. Да и с чего бы: в зале они даже ни разу не заговорили.

Допивая остатки виски, Хейди краем глаза разглядывает блондинку. «Модель фитнес-бикини» — вот что сразу приходит на ум. Со своими длинными платиновыми волосами, наращенными ногтями и вызывающе обтягивающей одеждой женщина выглядит нарочито ухоженной. Ее можно принять за фитнес-блогершу, хотя за пределами спортзала Хейди женщину нигде не видела. В гей-баре эта блондинка выглядит так, будто сбежала сюда от назойливого мужского внимания.

К барной стойке подходит внушительная компания, и на женщину теперь не поглазеть. Хейди заказывает очередной виски и, неспешно его потягивая, начинает планировать пойти домой. В последнее время она была просто пай-девочкой. Можно продолжить эту цепочку праведности и сегодня. Виски не считается.

— Привет, — раздается откуда-то справа. Оказывается, блондинка успела незаметно подобраться к Хейди. Умеет удивлять.

— И тебе не хворать, — грубовато отвечает Хейди, едва мазнув взглядом по женщине.

— Я видела тебя на тренировках в «Кабельном заводе». Ты же боксируешь, да? — спрашивает женщина, хотя ответ очевиден обеим.

В ответ Хейди утвердительно мычит, продолжая прожигать глазами дно стакана.

— У тебя отличный удар. Прекрасный, я б даже сказала, — произносит женщина, не дожидаясь от Хейди ответа. — Я занимаюсь в женской группе, мы отрабатываем различные боевые приемы. Из хрупких дев получаются настоящие победительницы, — продолжает она, буравя взглядом молчаливую собеседницу. — Ты когда-нибудь думала серьезно чем-то заняться? Пройти обучение по какой-то конкретной программе? Хватка у тебя что надо, но небольшая помощь еще никому не вредила.

— М-м-м, — соглашается Хейди. Ей интересно, что бы сказала женщина, узнав, что перед ней сидит полицейский.

— Поразмысли на досуге, — говорит блондинка и улыбается, глядя на напряженное лицо Хейди. — Такие, как ты, могут стать примером для подражания, источником вдохновения для других.

Хейди отодвигает пустой стакан и натягивает свисающую с барного стула кожаную куртку. Вечер потихоньку добрался до своего терапевтического зенита. Действие алкоголя уже не такое волшебное, да и собеседница больше не интригует.

Кто-то бесцеремонно протискивается к барной стойке между Хейди и блондинкой, заказывает «Салмари»^[39]. Хейди внутренне передергивает. Вот же козлина. Когда мужчина наконец отходит, Хейди замечает, что женщина взяла себе стул и успела придвинуться еще ближе.

— Кстати, я здесь не для того, о чем ты там наверняка подумала, — говорит блондинка, сидя на барном стуле как-то слишком ровно, с королевской осанкой.

Она в отличной форме для своих лет. Помещение бара уже начало движение вокруг своей оси в глазах у Хейди, но она собрала всю пьяную смекалку в кулак и прикинула возраст женщины. Судя по области вокруг глаз, где-то в районе сорока пяти, но в остальном можно дать лет на десять меньше.

— И о чем же таком я наверняка подумала, ну-ка расскажи, — улыбается Хейди, приземляясь на соседний барный стул. Сейчас она занята тайным разглядыванием незнакомцев.

— Ты подумала, что я мечтаю обзавестись лучшим другом — геем, вот и пришла в самое подходящее для этого место, — смеется женщина и залпом выпивает бокал белого вина. — Если верить «Сексу в большом городе», геям нравятся уверенные в себе женственные женщины. Я, конечно, не Кэрри и не Саманта. Давай еще по одной? — неожиданно предлагает она, кивая в сторону пустого стакана Хейди.

Здравый смысл осторожно намекает на отказ, но Хейди почему-то соглашается.

— А почему бы и нет.

— Что ты пьешь? — интересуется женщина, помахивая банковской карточкой, чтобы привлечь бармена.

— Виски, — отвечает Хейди, чувствуя, как алкоголь постепенно размягчил мозги до консистенции мутноватого апатичного желе. — Лучше двойной, спасибо, — добавляет она.

— Два двойных виски, безо льда, и водой немного разбавьте, — заказывает женщина, держась при этом несколько высокомерно. Бармен кивает, и они молча ждут напитков. Люди продолжают входить и выходить. Бар опять заполняется. Последние часы праздного вечера. Шум голосов почти перекрывает фоновую музыку. Кто-то нечаянно пихает Хейди в попытке прорваться к барной стойке, и та усаживается поудобнее на своем барном стуле. Тем временем женщина берет две порции виски у бармена, аккуратно подталкивая одну из них в сторону Хейди. Они сидят так близко, что упираются друг в друга коленями.