По лезвию ножа - Маркус Сэйки

– Схожу посрать. Как подойдут – закажешь мне яичницу.

Картер вздохнул и покачал головой. Дебби лениво листала меню. Дэнни оценивающе посмотрел на нее: ничего особенного. Миловидное, но поношенное лицо – сказываются долгие часы в прокуренных барах за дешевым пивом. Под золотыми кудрями темнеют непрокрашенные корни. Он где-то ее видел.

– Эван сказал, что ты вор, – оторвавшись от меню, проговорила Дебби.

Откинувшись на спинку сиденья, Картер спиной ощутил холодок дерматиновой обивки.

– Я работаю в строительном бизнесе.

– Да? Он говорит, вы с ним партнеры.

– Были, давно.

– Дежа-вю, да? – улыбнулась девушка, немало удивив Дэнни, ожидавшего серьезного разговора. – Одно, последнее, дело, как в кино?

– Да, последняя операция, но совсем не как в кино.

Дебби кивнула, вернулась к меню, перевернула страницу.

Глаза разгорелись, как у ребенка.

– Вот! Шоколадные блинчики с клубникой!

Пригубив кофе, Дэнни покачал головой. Они идут на серьезное уголовное преступление, а Эван впутывает в дело вот эту пустышку? Нет, лучше позвонить Патрику. Не хочется, конечно, но им нужен сообразительный помощник, а не безмозглая девица, которую трахает Эван.

Перехватив взгляд Дебби, Картер растянул губы в улыбке.

– Дай руку! – щелкнув жвачкой, потребовала она.

– Что?

– Погадаю.

В который раз пожав плечами, Дэнни отодвинул кружку и подался вперед. Дебби прикоснулась к запястью прохладными пальцами, аккуратно перевернула ладонь, склонившись над столом. Картер уловил карамельный запах дешевых духов.

– Да, интересно… – протянула девушка.

Дэнни упрямо молчал.

– Вижу кое-что, – объявила Дебби, проводя пальцем по его ладони.

– Правда? – подавил зевок Картер.

Девушка кивнула.

– Во-первых, ты считаешь меня идиоткой.

Неожиданное заявление! Зевок сменился улыбкой.

– Это на руке написано?

– Нет, в глазах, – спокойно продолжала Дебби, не отрываясь от ладони. – А на руке написано, что ты управленец.

– Откуда знаешь?

– Ты сказал, что в строительном бизнесе работаешь. Я когда-то встречалась с монтажником – руки жесткие, как бейсбольная перчатка. У тебя ручка мягонькая.

– Что еще? – рассмеялся Дэнни.

– Обручального кольца нет, а мной не заинтересовался. – Дебби убрала за ухо белокурую прядь. – Парни реагируют иначе. Значит, у тебя есть девушка, которую ты по-настоящему любишь.

Дэнни вспомнилось, как Карен поправляла бретельку, как волны возбуждения захлестнули его даже посреди ссоры.

– Снова верно. Что еще видишь?

– Что надо бы почитать книгу по хиромантии, – выпустив ладонь, улыбнулась Дебби.

Они посмотрели друг на друга. Дэнни громко, от души расхохотался.

– Над чем смеемся? – Эван уселся за стол.

Невинно взглянув на Картера, Дебби громко щелкнула жвачкой. Дэнни снова прыснул.

– Похоже, мы отлично поладим.

Пронзительно-голубое небо, осеннее солнце золотит капот «эксплорера»… Октябрь выдался куда холоднее обычного. Сегодня термометр показывал всего плюс пять, но в такую ясную погоду это не огорчало, особенно когда Боб Дилан пел по радио о том, как он чуть-чуть перестарался, помогая девушке.

Дэнни свернул на Рэндольф-стрит. Синеющее в зеркале заднего обзора небо качнулось, горизонт заслонили громады Сирстауэр и Хэнкок-плейс. В «мустанге» Дебби вытянула ноги на приборную панель. Странная девушка – не мошенница и не шлюха. Не глупа, но западает на плохих парней… Хорошо, что она в деле: Эвана к Томми подпускать нельзя. С таким подельником не расслабишься. Провернуть операцию, деньги поделить и разойтись.

Деньги. О них Картер не думал. Он согласился пойти на дело, чтобы избавиться от Эвана. Что с деньгами-то делать?

Вспомнились мексиканцы, стригущие газон; самодовольный О’Доннелл в богато обставленном доме; сидящий на кухне отец и сигарета, дымящаяся в пепельнице.

Будем считать, что это премия. Подарок судьбы от тех, кто обманывал отца. Деньги можно положить в клиентский сейф, про запас, на черный день.

Картер сосредоточился на дороге, по обе стороны которой фешенебельные дома сменились промышленными зданиями. Где-то рядом грохотала надземка. Новые жилые комплексы разрастались с поразительной быстротой, но здесь было тихо: машин мало, на тротуарах – ни души.

Поворот на Пайк-стрит, где притаился жилой комплекс – пятиэтажный стальной каркас, обшитый грязным серым пластиком. Территория обнесена забором из плетеной сетки. Дэнни припарковался, открыл висячий замок, распахнул ворота. Махнул Эвану, пропуская «мустанг» на территорию, и завел «форд» на изрезанный колеями двор.

Облокотившись на дверцу, Макганн осмотрел территорию и удовлетворенно кивнул:

– Неплохо! Босс доверяет тебе ключи?

– Работа у меня такая. Пошли! – Дэнни зашагал к трейлеру с надписью «О’Доннелл констракшн». Непривычно ходить по стройке без каски. Скрипнула дверца «мустанга»: к ним решила присоединиться Дебби. Картер перехватил взгляд Эвана и покачал головой.

– Крошка, подожди в машине, – небрежно приказал Макганн.

Распахнув дверцу трейлера, Дэнни вошел в чуть качнувшийся вагончик. Внутри ничего не изменилось, разве что стало немного чище. Пахнет пригоревшим кофе, в пыльное окно льется солнечный свет. Картер решительно задвинул жалюзи.

– Неплохо! – Эван огляделся по сторонам, приподнял кушетку за угол и с грохотом отпустил. – Уединенно.

– Район в основном промышленный, жилых домов мало. Владельцы купили участок по дешевке и строят модное жилье в расчете на будущие прибыли.

– Выгодно? – поинтересовался Эван таким тоном, будто собирался вложить деньги.

– Еще как! Раньше людям нравилось жить в пригородах, поэтому Дейли-старший[18]и строил жилье для бедноты в центре. Сейчас ситуация изменилась: все рвутся в город, чтобы добираться до службы надземкой. Про Кабрини-Грин слышал?

Макганн кивнул.

– Кабрини-Грин был одним из самых запущенных и нищих районов в стране. Девяносто процентов населения – безработные. Городские власти выгородили проволочной сеткой стены подъездов, чтобы копам с улицы было виднее, – напомнил Дэнни.

Ему всегда становилось не по себе при виде людей, живущих в квартирах, отгороженных от улицы вольерной сеткой. Подростки с бутылками дешевой выпивки в руках подпирали стены, со звериной злобой глядя на прохожих.