Кресты у дороги - Джеффри Дивер

Патриция перешла было к снимкам, на которых семья изнуряла себя атлетическими играми — гольф, футбол, теннис, троеборье, — однако в этот момент в коридоре послышались голоса.

Дэнс обернулась и увидела двух мужчин. Чилтон вышел в бейсболке, зеленой тенниске и твидовых брюках; светлые волосы пучками выбивались из-под кепки. Подтянутый, блогер обзавелся лишь небольшим брюшком, которое слегка выступало над поясом брюк. Собеседник Чилтона — мужчина с волосами песочного цвета — носил джинсы, белую рубашку и коричневый спортивный пиджак. Хозяин спешил выпроводить гостя за дверь. Ясно, не желает, чтобы хоть кто-то знал о визите в дом Чилтонов полицейского.

— Джим сейчас освободится, — повторила Патриция.

Дэнс направилась мимо нее в коридор. Патриция хотела воспрепятствовать, почуяв угрозу для мужа, однако Дэнс твердо решила побеседовать с Чилтоном сию же минуту. Ошеломленный, он не сумеет установить свои правила. Нет, не успела; Чилтон спровадил гостя — во дворе зашуршала гравием арендованная машина.

Блогер посмотрел на агента зелеными — как у самой Дэнс — глазами. Во время рукопожатия Дэнс прочла на его смуглом веснушчатом лице не осторожность, а любопытство и открытый вызов.

Агент предъявила удостоверение.

— Не уделите мне несколько минут, мистер Чилтон?

— Конечно, прошу в кабинет.

Чилтон отвел Дэнс в комнату скромного вида, заваленную кипами журналов, газетных вырезок и распечаток. Боулинг прав: манера игры репортеров меняется, на смену издательским офисам приходят уютные комнаты в домах и квартирах. Дэнс улыбнулась, заметив на столе кружку чая с ромашкой. Видно, сегодняшний крутой журналист отказался от сигарет, кофе и виски.

Предложив Дэнс садиться, Чилтон присел сам и вопросительно выгнул бровь.

— Он нажаловался, да? Странно, почему ко мне пришла полиция — вместо гражданского иска.

— В каком смысле? — удивилась Дэнс.

Чилтон откинулся на спинку кресла, снял кепку и, почесав залысину, вернул ее на место.

— Да он ерепенится из-за клеветы, — раздраженно произнес блогер. — Хотя, если честно, это всего лишь искаженная информация. Но даже если я написал в блоге неправду — что невозможно, — то искажение информации в нашей стране не является преступлением. В сталинской России была такая статья, однако в Америке за подобное по закону не преследуют. Каким боком вы замешаны в споре?

Чилтон пристально смотрел на Дэнс, буравя взглядом; говорил он чересчур энергично, эмоционально. Долго в его присутствии Дэнс не выдержит.

— Я не совсем понимаю, о чем вы.

— Вы не по поводу Эрни Брубейкера?

— Нет. Кто это?

— Человек, который хочет уничтожить наше побережье, построив опреснительный завод.

Дэнс вспомнила статью в блоге и стикер на бампере машины Чилтона.

— Нет, я совсем по другому делу.

Чилтон наморщил лоб.

— Брубейкер хочет остановить меня, вот я и решил: неужели он сфабриковал уголовное дело? Простите за ложные догадки. — Черты его лица смягчились; ушла напряженность, враждебность. — Брубейкер… та еще головная боль.

Интересно, каким эпитетом Чилтон хотел наградить застройщика до того, как назвал его «головной болью»?

— Прошу прощения. — Вошла Патриция и подала мужу чашку свежего чая. Она спросила, не желает ли чего Дэнс; на сей раз женщина улыбалась, однако в глазах сохранилось выражение подозрительности.

— Спасибо, ничего не надо, — отказалась от предложения Дэнс.

Чилтон же, кивнув на чашку чая, очень мило подмигнул супруге в знак благодарности. Та вышла, закрыв за собой дверь.

— Итак, чем могу помочь?

— Я по поводу статьи в вашем блоге, о крестах на обочине.

— А, про аварию? — Блогер вновь пристально посмотрел на агента; вернулась некоторая враждебность, напряжение. — Я слежу за новостями. На девочку напали из-за оскорбительного комментария, так? Теперь о том же пишут в блогах. Хотите знать имя парня?

— Уже знаем.

— Это он пытался утопить девушку?

— Похоже на то.

— Я на него не нападал, — быстро ответил Чилтон. — В статье поднят вопрос о неадекватности расследования и содержания дорог. Там нет ни слова о вине парня, к тому же я вырезал его имя.

— Тем не менее довольно скоро собралась толпа вандалов и выяснила его личность.

Чилтон скривил губы, приняв, наверное, факт за критику своей работы и личности.

— Всякое случается, — признал он. — Чем могу помочь я?

— Есть повод полагать, что Тревис Бригэм готовит покушения на еще нескольких подписчиков вашего блога. Конкретно на кибербуллеров.

— Вы уверены?

— Нет, хотя возможность исключать нельзя.

Чилтон поморщился.

— Может, просто арестовать парня?

— Мы не знаем, где он. Идут поиски.

— Ясно, — протянул Чилтон. По напряженным плечам и шее Дэнс поняла, что Чилтон пытается определить истинную цель ее прихода. Дэнс решила воспользоваться советом Боулинга. — Ваш блог теперь читают по всему миру, вы уважаемый журналист. Очень многие оставляют комментарии к статьям.

В глазах Чилтона Дэнс заметила проблеск гордости. Значит, откровенная лесть на Джеймса Чилтона действует положительно.

— Однако есть проблема. Кибербуллеры — потенциальные жертвы, и их число растет с каждым часом.

— У моего блога один из самых высоких рейтингов по стране. В Калифорнии я самый читаемый.

— Неудивительно. Мне, кстати, ваши статьи показались интересными. — Дэнс врала, при этом стараясь не выдать себя жестами, манерой речи.

— Благодарю. — Улыбнувшись во все тридцать два зуба, Чилтон прямо зажмурился от удовольствия.

— Однако подумайте: всякий, кто оставляет комментарий к посту о крестах у дороги, становится потенциальной жертвой. Кто-то из подписчиков полностью скрыл свою личность, кто-то вне досягаемости Тревиса, но есть и те, кого достать нетрудно. Мы опасаемся за их жизни.

— А-а, — протянул Чилтон, и улыбка пропала с его лица. Блогер моментально догадался, в чем дело. — Вам нужны ip-адреса подписчиков.

— Для их же пользы.

— Я не выдам адресов.

— Их обладатели в опасности.

— В нашей стране средства информации действуют отдельно от государства.

И этой тривиальностью он закрывается от аргументов Дэнс!

— Тревис засунул девушку в багажник машины и оставил на пляже во время прилива. Теперь он наверняка планирует очередное покушение.

Чилтон в учительской манере поднял палец.

— Вы ходите по тонкому льду, агент Дэнс. Кто ваш главный, босс над боссом?