Ловушка - Харлан Кобен

Три месяца спустя.

— Клянетесь ли вы — и в том да поможет вам Бог — говорить правду, всю правду и ничего кроме правды?

Уэнди Тайнс сказала, что обещает, посмотрела по сторонам и заняла место свидетеля. Она чувствовала себя как на сцене, то есть в обстановке для тележурналиста в целом привычной, но тут отчего-то неуютной; огляделась еще раз и увидела родителей жертв Дэна Мерсера. Четыре пары. Они приходили каждый день, поначалу приносили фотографии своих детей — детей, разумеется, невинных, — но позже судья запретила, поэтому теперь слушали заседания молча, и от этого делалось только страшнее.

Сиденье было неудобным. Уэнди немного поерзала, положила одну ногу на другую, вновь поставила обе на пол и стала ждать.

Встал Флэр Хикори, знаменитый адвокат, и она в очередной раз удивилась, откуда у Дэна Мерсера на него деньги. Флэр выступал в своем обычном сером костюме в мелкую розовую полоску, в розовой сорочке и розовом галстуке. По залу защитник прошелся театрально — другого слова не подберешь; выход, достойный самого Либераче,[3]если бы тот решился на по-настоящему экстравагантный поступок.

— Мисс Тайнс, — начал Хикори с фирменной радушной улыбкой. Он был гей и в суде изображал этакого Харви Фирстайна[4]в ковбойских штанах, но с повадками героинь Лайзы Минелли. — Меня зовут Флэр Хикори. Доброго вам утра.

— Доброе утро.

— Вы работаете в скандальной «желтой» телепрограмме «Схвачен на месте», верно?

Вскочил обвинитель, человек по имени Ли Портной:

— Возражение! Показаний, свидетельствующих о «желтизне» этой программы или ее скандальности, не предъявлено.

— Мне привести доказательства, господин Портной? — с улыбкой спросил Флэр.

— Не нужно, — заранее утомленным голосом сказала судья Лори Говард и обратилась к Уэнди: — Пожалуйста, ответьте на заданный вопрос.

— Я больше там не работаю.

Флэр изобразил удивление:

— Нет? Но раньше работали?

— Да.

— Что же случилось?

— Программу сняли с эфира.

— Из-за низких рейтингов?

— Нет.

— Вот как? Тогда почему?

— Ваша честь, причина всем известна, — вставил Портной.

Лори Говард кивнула.

— Продолжайте, господин Хикори.

— Вы знакомы с моим клиентом Дэном Мерсером?

— Да.

— Вы вломились в его дом, не так ли?

Уэнди попробовала выдержать его взгляд, не делая виноватого вида, что бы ни значило чертово слово «вина».

— Не вполне так.

— Не вполне? Дорогая моя, я прилагаю нечеловеческие усилия, дабы быть максимально точным, поэтому давайте немного отмотаем историю назад, хорошо? — Флэр прошелся по залу суда, словно по миланскому подиуму, и даже посмел одарить улыбкой родителей жертв. Те демонстративно отвернулись, и только один — Эд Грейсон — смерил адвоката испепеляющим взглядом. — Как вы познакомились с моим клиентом?

— Дэн Мерсер заигрывал со мной в чате.

Брови Флэра взлетели так, будто он в жизни не слышал ничего более удивительного.

— И что это за чат?

— Детский чат.

— То есть вы тоже туда заходили?

— Да.

— Но ведь вы не ребенок, мисс Тайнс. Вы, конечно, не в моем вкусе, но даже я вижу перед собой весьма соблазнительную взрослую женщину.

— Возражение!

— Господин Хикори… — вздохнула судья Говард.