Остров проклятых - Деннис Лихэйн

— Ого. Тебе страшно. Что тогда должен испытывать обычный человек?

Тедди улыбнулся.

— Предельный ужас?

— Вас понял. Считай, что я ужаснулся.

— Это заведение считается экспериментальным. Я тебе уже говорил — радикальная терапия. Его финансирует частично государство, частично управление пенитенциарной системы, но главные средства поступают из фонда, основанного КРАДом[8]в пятьдесят первом году.

— Класс, — сказал Чак. — Борьба против коммунистов теперь ведется с острова в бостонской гавани. Интересно, каким же образом?

— Здесь проводят эксперименты на мозге, я так подозреваю. А результаты исследований Коули передает в ЦРУ через своих старых дружков по УСС. Наверно. Я не знаю. Про фенилциклидин что-нибудь слыхал?

Чак помотал головой.

— ЛСД? Мескалин?

— Тоже нет.

— Это галлюциногены, — объяснил Тедди. — Наркотики, вызывающие галлюцинации.

— Ясно.

— Даже при минимальных дозах абсолютно здоровые люди вроде тебя или меня начинают видеть разные вещи.

— Например, пролетающие мимо вверх тормашками деревья?

— А, в том-то и вся штука. Если мы оба это видим, то нет никакой галлюцинации. Каждый видит свое. Прикинь, ты опустил глаза и видишь, что твои руки превратились в кобр, которые готовы тебя сожрать.

— Веселенькая перспектива.

— Или капли дождя превратились в горящие угли, а обычный куст — в тигра, изготовившегося к прыжку.

— Еще веселее. Лучше уж не вставать с постели. И ты говоришь, что эти наркотики могут тебе внушить, что такие вещи происходят на самом деле?

— Не «могут», а внушат. При правильной дозе ты обязательно начнешь галлюцинировать.

— Те еще наркотики.

— Вот-вот. И их действие мало чем отличается от того, что происходит с законченными шизофрениками. Вспомни этого… как его… Кена. С холодными ногами. Он в это верит. А Леонора Грант, которая видела в тебе Дугласа Фэрбенкса?

— А как ты насчет Чарли Чаплина, дружище?

— Могу изобразить, вот только не знаю, как он разговаривает.

— Сойдет и так, босс. Покажешься в моем ток-шоу «Катскилл».

— Существуют задокументированные случаи, когда шизофреники сдирали себе лицо, принимая собственные руки за диких зверей. Они видят то, чего нет, слышат голоса, которых больше никто не слышит, прыгают с крыши, посчитав, что дом охвачен огнем, и все в таком духе. Галлюциногены вызывают такие же глюки.

Чак наставил на Тедди указательный палец.

— Похоже, ты знаешь гораздо больше, чем делал вид.

— Ну что тебе сказать? Я изучал данный вопрос. Чак, что, по-твоему, произойдет, если давать галлюциноген настоящим шизофреникам?

— На это никто не пойдет.

— Это узаконенная практика. Шизофрения бывает только у людей. Ни у крыс, ни у кроликов, ни у коров. Если появились новые лекарства? На ком их будут тестировать?

— На человеке.

— Правильно. «Вот тебе сигара».

— Но это просто сигара и не более того?

— Считай так, если тебе хочется.

Чак встал и, положив руки на края раки, наблюдал за тем, как беснуется ураган.

— Значит, они дают шизофреникам наркотики, от которых те еще больше шизеют?

— Это одна тест-группа.

— А другая?

— Галлюциногены дают нормальным людям, чтобы посмотреть, как отреагирует их мозг.

— Бред.

— Есть документальные подтверждения, дружище. Загляни как-нибудь на конференции психиатров. Я заглянул.

— Ты сказал, что это узаконено.

— Так и есть, — подтвердил Тедди. — Как и исследования в области евгеники.

— Но если это узаконено, то мы ничего не можем сделать.

Тедди оперся на раку.

— Кто бы спорил. Но я здесь не для того, чтобы кого-то арестовать. Меня послали, чтобы я собрал информацию. Вот и все.

— Постой… послали? Тедди, я хочу знать, черт возьми, глубоко ли мы увязли в этом дерьме.

Тедди со вздохом перевел взгляд на напарника:

— Глубоко.

— Вернемся назад. — Чак поднял вверх руку. — Давай с самого начала. Как ты оказался втянут в эту историю?

— Началось с Лэддиса. Год назад, — сказал Тедди. — Я отправился в психбольницу «Шаттак» под предлогом, что мне надо с ним побеседовать. Мол, известный его подельник находится в федеральном розыске, и Лэддис может пролить свет на его возможное местонахождение. Вот только Лэддиса там не оказалось. Его уже перевели в «Эшклиф». Звоню сюда, а мне говорят, что у них такого нет.

— И?

— И это разожгло мое любопытство. Я позвонил в несколько психиатрических больниц. Все знают про «Эшклиф», но никто не хочет касаться этой темы. Я встречаюсь со смотрителем Рентонского госпиталя для невменяемых преступников, с которым мы уже пересекались раньше, и спрашиваю его: «Бобби, что за дела? Это больница и тюрьма в одном флаконе, как и твой госпиталь?» А он качает головой: «Тедди, это совсем другое. Засекреченное заведение. Черный ящик. Не суй туда свой нос».

— А ты сунулся, — сказал Чак. — И меня определили тебе в помощники.

— Это не было частью плана, — возразил Тедди. — Мое начальство сказало, что мне нужен напарник, и я взял напарника.

— Значит, ты просто ждал предлога, чтобы попасть сюда?

— В общем, да, — сказал Тедди. — Только я и подумать не мог, что это случится. Даже с учетом побега пациентки. А если бы я был на другом задании? Или сюда послали бы не меня? Миллион «если». Мне просто повезло.

— Повезло? Ни хрена себе.

— Что?

— Это называется иначе, босс. Везение выглядит не совсем так. Окружающий мир выглядит не совсем так. Ты считаешь случайным, что тебя направили на это задание?

— Конечно, выглядит немного странновато, но…

— Когда ты первый раз позвонил в «Эшклиф» по поводу Лэддиса, ты представился?

— Естественно.

— Вот тебе и…

— Чак, это было ровно год назад.

— И что? По-твоему, они не ведут учета? Особенно когда речь идет о пациенте, которого якобы у них нет?

— Повторяю — двенадцать месяцев назад.

— Господи, Тедди. — Чак положил ладони на края раки и, вдохнув в легкие побольше воздуха, тихим голосом продолжил: — Предположим, они здесь занимаются грязными делишками. А если они тебя «вели» еще до того, как ты ступил на этот остров? А если это они направили тебя сюда?