Лазарь - Ларс Кеплер

Карлос поднялся и выбросил кожуру в мусорную корзину.

– А что касается второй жертвы… черт его знает, зачем немцу-насильнику звонить Йоне за несколько минут до смерти, – заметил он.

– И почему именно шведскому полицейскому?

– Да кто его разберет. Но жертва долго проходила принудительное лечение в тюремной психиатрической клинике, и в том отделении остались… согласно документам, которые я получил… не меньше трех преступников, орудовавших в Швеции.

– А номер мобильного телефона Йоны мало-мальски смекалистый человек сумеет найти в интернете, – заключил Вернер.

– Конечно, мы ни в коем случае не отмахиваемся от этого дела. – Карлос сел за стол. – Но и выделить на него существенные ресурсы не можем.

– Понятно, – тихо сказал Поллок.

– Было бы неплохо, если бы Йона тоже присутствовал на этой встрече, – пробормотал Вернер и потянул себя за кончик носа.

– Я не смог с ним связаться. – Карлос зачем-то посмотрел на свой мобильный.

– Может, он уехал из Швеции? – предположила Сага.

– Из-за всего этого? – спросил Карлос.

– И, по-моему, правильно сделал. – Сага взглянула ему в глаза.

– Ты считаешь, что…

– Подожди. Я уверена, что убила Юрека Вальтера, но все же думаю, что Йона все делает правильно, потому что он-то не уверен, что Вальтер мертв… И я рада, что он защищает дочь, что он предоставил вести расследование нам.

Карлос озабоченно покачал головой:

– Надо его отправить к психологу, когда вернется.

– Убийца – лицо или лица, которые взяли на себя задачу санировать Европу, – сказал Вернер.

– Но это не Юрек. С чего бы вдруг он стал избавлять общество от подонков? – заметил Карлос.

– Йона считает, что Вальтер завербовал сообщника, – объяснила Сага. – Что он несколько лет тестировал кандидатов… а теперь убивает тех, кто не прошел испытания.

Вернер поднялся и принес со своего стола компьютер.

– Йона оставил на автоответчике Карлоса сообщение, в котором говорит, что Вальтер порол мужчину из кемпинга так же, как когда-то своего брата. – Вернер включил компьютер в сеть.

– Знаю, – кивнула Сага.

– А когда Йона услышал об убийстве в Беларуси – причем у жертвы были подобные отметины на спине – то увидел в нем доказательство того, что Вальтер убивает преступников по всей Европе, – сказал Карлос.

– Но белорусские полицейские передали нам запись. Камеры видеонаблюдения засняли преступника. – Вернер нажал клавишу, и большой настенный экран осветился.

– На записи видно убийцу? – спросил Натан.

– Парк закрылся, уже почти десять вечера, и охрана начала обход, – таинственно начал Вернер.

Он потушил свет, и на экране беззвучно пошла запись.

В нижней части картинки появились три буквы кириллицы, там же замелькали цифры.

Камера была направлена на темно-коричневый деревянный домик, избыточно украшенный резьбой. Стены, веранды, перила и столбики были опутаны целой сетью елочных гирлянд, которые в момент съемки не горели.

– Пряничный домик, – буркнул Натан.

– Главного рождественского персонажа зовут Дед Мороз, и это его дом, – прогудел Вернер.

В зимнем парке царила тьма. Единственный свет давали стоявшие вдоль дорожек призматические фонарики в виде факелов. Охранник в форме и меховой шапке проверил, заперта ли дверь домика, и спустился с лестницы. Белые облачка вырывались у него изо рта и повисали в холодном воздухе.

– Белорусская полиция не признаётся, – прокомментировал Вернер, – но нам известно, что раньше спецслужбы нанимали этого человека, чтобы расправиться с противниками режима.

Охранник остановился и закурил, после чего двинулся к левому краю картинки.

Какая-то большая тень отделилась от темноты между елями и последовала за ним.

– Вот черт, – прошептала Сага.

На черно-белой записи с низким разрешением преследователь двигался с запаздыванием, и за ним словно бы тянулась электрическим мерцанием часть его черной энергии.

– Смотрите! – тихо сказал Карлос.

Могучий преследователь достал из сумки пистолет с глушителем. Стало ясно, что он передвигается по снегу бесшумно: охранник никак не реагировал.

– Это не Юрек. – Сага впилась взглядом в экран.

Возле пластмассового снеговика преследователь настиг охранника и выстрелил ему в затылок. Дуло изрыгнуло короткий сгусток пламени. Изо рта охранника, словно кошмарная рвота, брызнула кровь и осколки кости. Язык и зубы вылетели из выходного отверстия и упали на снег.

Сигарета все еще свисала у охранника из пальцев, но ноги подогнулись. Великан ударил его рукояткой по голове.

Труп рухнул в сугроб, но нападавший продолжал наносить удары. Он поскользнулся, оперся о стену, сунул пистолет в сумку и принялся яростно пинать тело.

– Что он делает? Охранник уже мертв, – прошептал Натан.

Убийца схватил труп за руку и, оставляя в снегу черный кровавый след, потащил его за собой, к перилам. Он что-то прокричал и ударил охранника головой о стену.

Карлос охнул.

Мужчина выпрямился. Он явно запыхался, но продолжал пинать убитого охранника в грудь, в лицо, а потом схватил тело за ногу и потащил за собой, за пределы кадра.

– Тело обнаружили в двадцати метрах от места убийства, за мусорными баками, – прокомментировал Вернер.

Великан вернулся. Темнота не позволяла разглядеть его лица. Он вытер рот и повернулся; разбив один из фонарей, стоявших вдоль дорожки, что-то прокричал и ушел.

Запись дернулась и закончилась.

– Стопроцентное свидетельство против теории Йоны, – констатировал Карлос.

– Это мог быть сообщник, – заметила Сага.

– Загадочный сообщник убивает другого загадочного сообщника где-то в Беларуси, – проворчал Вернер.

– Да, звучит так себе, – признала Сага.

– Где логика? – мягко сказал Карлос. – Если Юрек жив и у него есть сообщник, то этот человек должен в соответствии с приказами своего хозяина закапывать людей живьем, а не очищать общество от подонков.

– И все же мы проведем расследование, – настаивала Сага.

– В таком случае расследуйте убийство, совершенное в Швеции, – сдался Карлос.

– Мы имеем дело с серийным убийцей!

– Нельзя соваться с расследованием в другие страны, пока полиция этих самых стран не попросит нас о помощи… все только рады избавиться от худших из худших.

– Дайте нам месяц, – попросил Натан.

– У вас есть неделя, действовать будете только вдвоем. И это мы еще расщедрились. – Карлос посмотрел на Вернера.