Вкус страха - Джереми Бейтс

— Как ты? — пробормотала она, уткнувшись лицом в его плечо.

— Все в порядке, — ответил он.

— Что это был за шум? Стук?

— Это я. Пытался выбить эту чертову дверь.

— Где мы?

— В фургоне. Они нас захватили.

Она вспомнила взрыв, убитых морских пехотинцев, аварию. Внутри все похолодело от вернувшегося страха.

— А Гром? — спросила она. — Где Гром?

Она огляделась, но ничего не могла рассмотреть в темноте.

— Здоровяк? Он здесь. Вас вместе притащили.

Скарлетт вслепую поползла вперед и наткнулась на неподвижное тело, лежавшее посреди грузового отсека фургона. Гром. Она нащупала его плечо, потом лицо, ощутила что-то липкое на его лбу — похоже, кровь. Осторожно двигая руку, Скарлетт нашла ссадину над левым глазом. Подушечками указательного и среднего пальцев она осторожно нащупала впадину между трахеей и большой мышцей на шее и почувствовала огромное облегчение. Пульс был сильный, ритм — стабильный. Она уселась рядом, положив его голову себе на колени.

— Кто он? — спросил Сэл.

Она услышала, как он тоже двинулся, будто тоже садясь.

— Человек, в чью машину ты не захотел садиться.

— Он? Он довез тебя до самого посольства? Чем ты только думала? Я понятия не имел, куца ты…

— Только не сейчас, Сэл. Пожалуйста, — звуки по-прежнему доходили до нее словно через вату. — Сколько я была в отключке?

— Всего несколько минут, — ответил женский голос.

Скарлетт вздрогнула.

— Кто здесь? — она закрутила головой по сторонам. — Сколько нас здесь?

— Меня зовут Джоанна Миллс, — голос шел со стороны перегородки между грузовым отсеком и кабиной. — Я — вице-консул посольства.

— Я — Миранда Сандерс, — произнес вслед за ней тихий, еле слышный голос. — Секретарь паспортного отдела.

— Они были со мной в вестибюле, когда произошел взрыв, — пояснил Сэл. — Нас сбило с ног. Потом ворвались автоматчики и вывели нас наружу. Тогда я и увидел тебя у ворот. Какого черта ты там стояла?

— Мы с Громом только-только подъехали. Мы увидели, как люди в шарфах стреляют по морским пехотинцам у ворот. Гром отправился проверить, не выжил ли кто-нибудь, а я пошла за ним, — она тяжело сглотнула. — Кто это вообще был? «Аль-Каида»?

— Боюсь, что да.

— Откуда вы знаете? — спросила Миранда. Судя по голосу, она была молода — молода и напугана.

— А кто еще взрывает американские посольства, мать вашу?! — огрызнулся Сэл.

— Следите за языком, — осадила его Джоанна.

— Я сейчас не в настроении отвечать на дебильные вопросы.

— Тысяча девятьсот шестьдесят пятый год, — размеренно начала Джоанна, — боевики Вьетконга взорвали заминированный автомобиль у посольства США в Сайгоне. Семьдесят девятый год — иранские студенты ворвались в посольство США в Тегеране и удерживали пятьдесят два человека в заложниках в течение четырехсот сорока четырех дней. Восемьдесят третий год — два заминированных грузовика, на этот раз «Хезболлы», въехали в американские казармы в Бейруте…

— Ав девяносто восьмом году, — оборвал ее Сэл, — террористы из «Аль-Каиды» взорвали посольства в Найроби и, надо же, в этом самом городе. В последний раз, когда я смотрел на календарь, на дворе стоял год две тысячи восьмой. То есть после тех взрывов прошло ровно десять лет. А для этих ребят, как вам должно быть известно, юбилеи имеют огромное значение. Так что, если только вы не станете утверждать, что произошло какое-то невероятное совпадение и все это — дело рук какого-нибудь вьетконговца, который только что вышел из комы…

— Заткнитесь!

— …и все еще считает Джонсона президентом США, выбрал именно это место для взрыва, то…

— Я сказала, заткнитесь!

— Я просто хочу пояснить, что да, это действительно дурацкий вопрос.

— Хватит! — крикнула Скарлетт. — Довольно. Мы все на грани срыва. А нам сейчас нужно все как следует обдумать. Понять, что нас ждет дальше.

— Я скажу, что будет дальше, — произнес Сэл все тем же авторитетным и убедительным тоном, будто выступал перед советом директоров, рассуждая о прогнозах на ближайший квартал. — Они отвезут нас куда-нибудь, позвонят самому важному из политиков, до кого смогут дозвониться, и начнут переговоры о выкупе.

— Это если им нужны деньги, — ответила Джоанна.

— А что еще им может быть нужно?

— Вы же сами сказали, мистер Брацца, что это «Аль-Каида». Не какой-нибудь южноафриканский синдикат, охотящийся на детей и бизнесменов. Не сомалийские или суданские племенные кланы, похищающие журналистов и работников гуманитарных миссий.

— Это не политическое дело, — категорично заявил Сэл.

— С чего вы взяли? Они взорвали бомбу в посольстве.

— Бомбы, убийства — это, конечно, политика. Похищение — это всегда ради денег.

— Откуда вам знать? Как вы можете утверждать это наверняка? — в голосе Джоанны слышалась смесь волнения и изумления, словно Сэл только что сказал ей, что Марс — приятное место для отдыха в весеннее время. — Может быть, они просто хотят выложить в интернет… — она прикусила язык.

— Как нам отрезают головы?

— Боже, вы чудовище! Миранда же еще совсем девочка!

— Ей лучше скорее повзрослеть.

— Хватит! — снова крикнула Скарлетт. — Можете вы оба успокоиться? Мы сейчас на одной стороне.

Повисла тишина. Для Скарлетт она была не лучше препирательств. В темноте ей казалось, что ее заперли в гробу.

Фургон накренился на повороте, и она повалилась на бок. Выпрямившись, она снова положила голову Грома себе на колени. Мотор издал протяжный хриплый звук, словно водитель слишком долго не убирал ногу с педали сцепления. Она молилась, чтобы эту сволочь остановили за превышение, или чтобы у фургона лопнула шина и он опрокинулся, или чтобы он угодил в выбоину и вылетел через ограждение с дороги. Забавно, но сейчас она бы даже обрадовалась такому исходу. Боже, как же быстро иногда меняются жизненные обстоятельства…

Скарлетт откашлялась.

— Давайте строго придерживаться фактов, хорошо? — сказала она, стараясь сохранять рассудительный тон. — Были ли другие случаи похищения «АльКаидой» в Африке?

— Например, те одиннадцать европейцев в Египте, — сказала Миранда.

— Нет, милая, — ответила Джоанна. — Это сделали ополченцы из Дарфура.

— «Салафитская группа проповеди и джихада», — сказал Сэл.

— Кто это такие? — спросила Скарлетт.

— Группа повстанцев, которая ведет войну с правительством Алжира последние лет десять. Не получив поддержки на родине, они решили действовать в других местах. При поддержке «Аль-Каиды» они стали «зонтиком» для радикальных исламистских группировок в соседних странах вроде Марокко и Туниса. Они готовят боевиков в Сахаре и отправляют их в Ирак, где те составляют до тридцати процентов всех иностранных боевиков. В последнее время они стали называть себя «Аль-Каидой в Исламском Магрибе».