Не бойся Жнеца - Стивен Грэм Джонс

– А многих, кстати, убило, так? – с хитринкой замечает Джинджер.

На эту наживку Дженнифер клевать не собирается.

– Большая тайна местоимения, – меняет она тему. – Это твоя сестра, так?

– Синн? – Джинджер с трудом сдерживает смех. – Пф-ф, нет конечно.

– Тогда моя мама?

– Разве твоя мама рубит головы и берет себе клички?

– Думаешь, если мою маму сюда приплести, больно мне сделаешь?

– Зачем мне делать тебе больно?

– Ты не живешь в реальном мире.

– Согласна, обвинение принимается. – Джинджер протягивает кисти: можно надеть наручники. – Но… в ту ночь ты всех нас спасла.

– Откуда ты знаешь?

– Лета нам сказала.

– Тебе и Синн.

– И еще Гал. Лемми тогда был совсем маленьким… сама знаешь.

– Дети Терра-Новы.

– Тебя послушать, это просто фильм ужасов.

– Разве не так?

– В смысле, я думала, ты от всего этого освободилась.

– Может быть, это ты? – говорит вдруг Дженнифер. – Может, это ты рубишь головы и берешь себе клички?

– А не «Жнец», «Мясник из Баумена», «Слэшер 90»?

Его клички повисают между ними.

– Тебе Синн сказала?

– Дорогую сестру не видела с понедельника. – Джинджер потирает выбритый череп, как бы в память о бывшей прическе. – Если верить этому, – над ней висит телевизор, – колонна с Мрачным Мельником вчера пропала, так?

– Синн тебе все расскажет, – бормочет Дженнифер. – Если останется в живых.

Джинджер слышит эти слова, но никак не реагирует. Просто дает им отстояться, морщинки в уголках глаз остаются безучастными.

– Я сказала «она», – произносит она наконец, – но, может быть, «оно» будет точнее.

Дженнифер поднимает голову, молча выжидает. Не хочет больше подбрасывать Джинджер семена, которые та будет культивировать, тянет время.

– После… – Джинджер делает пальцами жест, будто тянет из воздуха паутинку, – после…

– «Челюстей», – подсказывает Дженнифер.

Джинджер кивает.

– Не сразу, а… через несколько недель? Когда меня нашли. В сентябре, наверное. Какие-то люди еще приезжали в город и делали на пирсе селфи. Но мои доктора подумали… они хотели, чтобы я символически, в лечебных целях, переплыла озеро, как Синн и Гал?

– Со Стрелковыми Очками.

– Что? Нет, Грейд… Полсон, так его звали?

Дженнифер просто смотрит на нее.

– Не важно, компания моего отца тогда закрыла озеро на весь день. И пирс тоже. А потом еще служба безопасности всех любопытных разогнала. Поэтому место… где все произошло, оказалось полностью в нашем распоряжении. Там были только я, Синн, Гал и доктор Трин. Экран мы надувать не стали, но доктор Трин запустила фильм через колонки. Можно сказать, мы прослушали весь фильм.

– Она запустила «Челюсти»?

– Тогда ведь «Челюсти» показывали? Она сказала, что в мыслях я еще на той стороне озера. Я, но не Синн. И доктор попросила Гал вывести меня на мелководье, пока ноги не перестанут касаться дна, и…

– Не твою сестру?

– Я и была моя сестра, – дает Джинджер очевидное объяснение. – И представь, мы поплыли к пирсу. Чтобы я могла на него залезть, вернуть себе рассудок и все такое.

Дженнифер молчит, просто смотрит.

Джинджер наклоняется к левой руке и оставляет там маску, поднимает голову уже в собственном обличье, сглатывает. Это уже она. Серьезно. Честно. По-настоящему.

– Когда я в него вцепилась, меня слегка затянуло вниз.

– Под пирс?

– Меня быстро вытащили, опасности не было, но за эти секунды я… кое-что там увидела.

– Не может быть, – говорит Дженнифер.

– Может, – возражает Джинджер. – Оно было под настилом, по которому все ходят. Что-то похожее… на опухоль? Здоровенный кусок окровавленной жвачки. И он зацепился за дерево завитками волос.

– Зацепился?

– Наверное, плюхнулся туда в то время… сама знаешь. Когда шло кино. Кусок чьего-то тела.

– Но был уже сентябрь.

– Да, – соглашается Джинджер. – И оно не пульсировало, а как бы извивалось. Я видела, как оно дергается. А потом Гал вытащила меня на солнечный свет – закончить мой терапевтический сеанс. Но я подговорила Синн: она помогла мне выбраться – тогда мою дверь еще не запирали, – и мы махнули ночью к пирсу, вытащили две планки, к которым эта штука прицепилась. И спрятали их в маленьком заливе.

– Дьявольский ручей, – вставляет Дженнифер.

– Наверное. Ближе, чем дом Леты.

У дома Томпкинса. Дженнифер кивает: да, Дьявольский ручей.

– Там еще старая баржа или что-то в этом роде, так? – говорит Джинджер. – Она теперь вообще типа часть берега.

Дженнифер кивает, она помнит: тогда эта баржа еще не превратилась в мерзкую рухлядь, и четвертого июля на нее ставили проектор. Она тогда училась в младших классах.

– Этому нужна вода, – объясняет Джинджер.

– Этому, – повторяет Дженнифер.

– Ей, – поправляется Джинджер. – Я потом уже не могла выходить, мою дверь стали запирать, но Синн мне рассказала. Оно росло. В воде под ней нашли ошейник для кошки: вполне возможно, что оно сожрало кошку. И Синн начала его кормить. Какими-то сбитыми на дороге животными. А оно все росло и росло, пока наконец…

– Не может быть.

– Наверное, ты права. Я сумасшедшая девица из Терра-Новы. Безумная сестра на чердаке.

– Зачем Синн будет тебе так врать?

– Ты уверена, что она врала?

– Хочешь сказать, что оно выросло в девочку?

– Синн дала ей одну из старых ночнушек Гал.

– Почему не свою?

– Она высокая и эффектная. Это семейное.

Джинджер выставляет руку вперед и крутит ладонью, как бы наслаждаясь собственным ростом и собственной эффектностью.

– Галатея в этом тоже участвовала? – интересуется Дженнифер.

– Нет, просто у нее одежды полно, – говорит Джинджер и покачивает головой.

– Чушь какая-то, – говорит Дженнифер. – И где она сейчас?

– Просто стоит на берегу и смотрит на воду, – объясняет Джинджер и сама поворачивается в сторону озера Индиан.

– Это не Стейси.

– Озерная Ведьма, – уточняет Джинджер. Потом пожимает плечами: – Если это не она, тогда какая-то… другая мертвая девочка? Мы ими славимся, так?

– Синн ее опекает? Ты это хочешь сказать?

– Она прячет ее в одном из домов.

Дженнифер обдумывает эти слова, потом говорит:

– Терра-Нова.

Джинджер кивает, смотрит на дверь комнаты, будто слышит что-то, чего Дженнифер слышать не может.

– Что такое? – спрашивает Дженнифер.

– Она вырвалась на свободу, так? – спрашивает Джинджер. – Я слышала, как тут все бегали. Они думают, я в полной отключке, но… «Кто-то все видит», семьдесят восьмой год, Джон Карпентер.

– На самом деле это «Кто-то наблюдает за мной», – поправляет Дженнифер, ударяя слово «мной». – Тебе бы надо посмотреть его же «Глаза Лауры Марс». Тот же год выпуска.

– Потому что я на все смотрю глазами своей сестры? – Джинджер вытягивает губы. – Извини, спасибо, не надо!

Джинджер снова надевает маску Ганнибала Лектера, и слышно, как она всасывает губами воздух.

– Теперь насчет услуги за услугу, – говорит она, – раз уж я раскрыла большую тайну местоимения.

– Ты сама