Нервный срыв - Бернадетт Энн Пэрис

Пытаюсь отогнать эту мысль, но безуспешно. Я начинаю паниковать, и в голове сумбурно роятся вопросы. Машина приехала давно, еще когда я спала? Кто за рулем? Убийца? Он смотрел через окно, как я сплю тут на диване, будто в реалити-шоу? Я знаю, звучит не очень правдоподобно, и мой разум так мне и говорит. Но сковавший меня страх – не фантазия, а жуткая реальность.

Я выбегаю в холл, хватаю ключи от машины и отпираю входную дверь. Солнечный свет неожиданно заливает меня, и я спешу к машине, наклонив голову и прикрыв рукой глаза. Выезжаю из ворот, не задумываясь, куда еду, потому что главное – выбраться отсюда, и вскоре оказываюсь на дороге в Касл-Уэллс. Добравшись до города, пытаюсь найти место на маленьких парковках, но они обе заполнены, и я еду на многоэтажный паркинг. Потом брожу по магазинам, что-то покупаю, долго сижу в кафе за чашкой чая и снова брожу по магазинам, оттягивая момент, когда нужно будет возвращаться домой. В шесть часов я иду обратно на парковку в надежде, что к моему приезду Мэттью уже будет дома. Мысль о возвращении в пустой дом слишком меня пугает.

Вдруг кто-то хватает меня сзади за руку, и я с криком оборачиваюсь. На меня с широкой улыбкой смотрит Конни. При виде ее я успокаиваюсь и с облегчением раскрываю объятия.

– Не делай так больше! – прошу я, стараясь удержать колотящееся сердце. – Меня чуть удар не хватил.

– Прости, не хотела тебя пугать. – Конни обнимает меня в ответ; я узнаю ее цветочный парфюм, и он действует на меня умиротворяюще. – Как дела, Кэсс? Наслаждаешься каникулами?

Откинув с лица волосы, киваю. Интересно, видно ли по моему лицу, что творится у меня в голове? Конни смотрит на меня в ожидании ответа.

– Ага, особенно в такую прекрасную погоду, – улыбаюсь я. – Замечательный сегодня день, да? А ты как? Скоро уезжаешь?

– Да, в субботу. Не терпится уже.

– Надеюсь, ты не обиделась, что я не поехала к тебе тогда, после вечеринки по случаю окончания учебного года? – продолжаю я: до сих пор чувствую себя виноватой из-за того, что отказалась в последний момент.

– Ну что ты, конечно нет! Вот только Джон без тебя тоже не пошел, так что нам пришлось самим себя развлекать.

– Ну прости. – Я делаю виноватое лицо.

– Было весело: мы включили караоке в телевизоре и пытались заглушить гром своим пением. У меня осталось компрометирующее видео!

– О, ты мне как-нибудь покажешь!

– Обязательно! – Конни достает телефон и смотрит на время: – Я сейчас с Дэном встречаюсь в баре, хочешь присоединиться?

– Нет, спасибо, я уже иду на парковку за машиной. А вы чемоданы собрали?

– Почти. Но мне еще нужно успеть доделать все к началу учебного года. Ты ведь получила сообщение от Мэри, что собрание двадцать восьмого, в пятницу? А я только в среду возвращаюсь, так что сейчас уже на финишной прямой. А ты как?

– Я тоже. Почти все сделала, – беззастенчиво вру я.

– Ну, тогда увидимся двадцать восьмого.

– Конечно! – Я обнимаю ее на прощание. – Хорошо вам отдохнуть!

– И тебе тоже!

Я иду к машине. На душе заметно полегчало после встречи с Конни, хоть я и соврала насчет работы, которую якобы почти закончила. Надо, значит, послушать сообщение Мэри на автоответчике – вдруг она чего-то от меня хотела в связи с этим собранием. Меня мучают опасения: сумею ли я засесть за работу, когда тут такое творится? Если бы только убийцу поймали! Ничего, скоро поймают; раз полиция думает, что Джейн его знала, его обязательно вычислят.

На парковке я сажусь в лифт и еду на четвертый этаж. Иду к ряду «E», в котором оставила машину. Или думала, что оставила, потому что машины там нет. Чувствуя себя очень глупо, я прохожу вдоль всего ряда туда и обратно. Машины нет. Просматриваю ряд «F», но ее нет и там.

В полном замешательстве я принимаюсь проверять все соседние ряды, хоть и знаю, что оставила машину в ряду «E». И совершенно точно знаю, что припарковалась на четвертом этаже, потому что заранее предположила, что не найду место на первых двух, и поехала сразу на третий. А поскольку он тоже оказался забит, поднялась на этаж выше. Но почему тогда я не могу найти машину? За несколько минут я обхожу весь этаж и поднимаюсь на пятый – на случай, если все-таки перепутала. Прохожу каждый ряд из конца в конец, уворачиваясь от подъезжающих и отъезжающих автомобилей и стараясь не подавать виду, что потеряла машину. И здесь никаких следов моей «мини».

Спускаюсь обратно на четвертый этаж и останавливаюсь, пытаясь собраться с мыслями. Лифт здесь один; иду к нему и повторяю весь путь, пройденный утром, только в обратную сторону, – и в итоге оказываюсь там, где должна быть моя машина. Но ее нет. От отчаяния на глаза наворачиваются слезы. Придется спуститься к будке на нижнем этаже и заявить о пропаже.

В последний момент я решаю не заходить в лифт и иду к лестнице; спускаясь пешком, я проверяю все уровни, чтобы убедиться, что моей машины там нет. Наконец на нижнем этаже нахожу будку, в которой за компьютером сидит мужчина средних лет.

– Извините, мне кажется, мою машину угнали, – говорю я, старясь сдержать истерические нотки.

Мужчина не отрывает взгляд от экрана. Я решаю, что он просто не услышал, и повторяю громче.

– Я вас услышал, – отзывается он, поднимая голову и глядя на меня через стекло.

– Да? Тогда, может, вы подскажете, что мне делать?

– Подскажу. Посмотреть еще раз.

– Я уже смотрела! – возмущенно говорю я.

– Где?

– На четвертом этаже, где я ее оставила. И на втором, на третьем и на пятом тоже.

– То есть вы не помните, где ее оставили.

– Я все прекрасно помню!

– Если бы мне платили по фунту каждый раз, когда кто-то приходит и говорит, что его машину угнали, я бы уже стал миллионером. У вас есть парковочный талон?

– Да. – Я достаю из сумки кошелек и открываю его. – Вот он. – Я просовываю билет в окошко, ожидая, что он возьмет его.

– И как же угонщик проехал через шлагбаум без талона?

– Не знаю – может, соврал, что забыл его взять, и заплатил на выезде.

– Номер машины?

– R-V-ноль-семь-B-W-W. Черная «мини».

Мужчина, поглядев на экран, качает головой:

– Машина с таким номером по повторному талону не выезжала.

– Что вы сказали?

– Я говорю, что вашу машину не угнали.

– Но где же она тогда?

– Очевидно, там, где вы ее оставили.

Мужчина снова отворачивается к экрану. Я смотрю на него, и во мне вскипает ненависть, которая удивляет даже меня саму. Но причина ясна: здесь назревает очередное подтверждение тому, что моя память разрушается. Но меня раздражает его нарочитое пренебрежение, и к тому же я прекрасно помню, где оставила машину. Я хлопаю ладонью по стеклу, и мужчина настороженно поднимает на меня глаза.