Вера. Надежда. Смерть - Анна Иванова

— Не стреляй! — донесся издалека голос Ильи.

Движущийся элемент оказался мужчиной, подошедшим ко мне вплотную. Я так долго ждала, столько сомневалась, смогу ли выстрелить в человека, пусть он и не человек вовсе, что теперь удивилась собственной решимости. Палец с силой надавил на спусковой крючок. В это мгновение я почувствовала, как мои руки свернули в сторону. Что это? На отдачу не похоже. Он схватил меня за руки! Держит. Пытается отобрать пистолет. Я сжала зубы, стараясь удержать равновесие, но тут же ударилась боком об пол.

— Мама дорогая! — послышались приглушенные старческие причитания. — Ночь на дворе…

— Отпусти пистолет, — раздался шепот Ильи издалека. Но если он так далеко, почему я слышу, что он шепчет? — Сейчас соседи выйдут, под суд попадешь.

Я почувствовала знакомый запах и дыхание на шее. С трудом, будто тело заржавело и его давно пора смазать, повернула голову. Илья. Лежал рядом и обнимал меня так же, как когда-то его я. В ту ночь, когда он застрелил человека. А я? Я тоже убила? Повернув голову в сторону выстрела, я увидела дыру в стене. Между моих ладоней по-прежнему был зажат пистолет, а сверху их крепко держали руки Ильи. Послышался поворот ключа в замке. На этот раз звук показался не таким далеким.

— Отпускай, скорее! — совсем близко раздался голос Ильи.

Я послушалась. Он помог мне сесть. Пока дверь напротив медленно открывалась, спрятал пистолет под мышкой, прикрыв его бомбером.

— Простите, пожалуйста, — улыбнулся выглянувшей из-за двери седой макушке. — Мы тут комод несли, с лестницы уронили.

— Мама дорогая! — повторила старушка. — Разбился, небось?

— Да ничего, цел будет.

— Значит, старинный. У Маргариты Александровны хорошая мебель была, крепкая. Вы, если еще что-нибудь выбрасывать соберетесь, ко мне постучите. Вам нести ближе, а мне добро пригодится.

— В следующий раз обязательно, — пообещал Илья.

— Аделечка, у тебя все нормально?

— Да-а, — отодвигаясь от Ильи, севшим голосом ответила я. — Спасибо.

— Твоя репутация уже пострадала, на голый пол можешь не пересаживаться, — сказал Илья, когда старушка прикрыла дверь. — Теперь весь подъезд будет знать, что ты пьяная валялась в коридоре с парнем в обнимку.

— Посмотри, — кивнула я на освободившийся участок коврика.

— Так ты поэтому меня чуть не застрелила? — достал из кармана бомбера бумажный платок и поднял сережку Илья. Красное золото, крупный голубой топаз.

— Я думала, это он.

— Ну я же кричал.

— Я не поняла, — замотала головой, чувствуя, как из глаз брызжут слезы.

— Да ладно, обошлось же все.

— Сережка, — всхлипнула я и спрятала лицо в ладонях.

— Ну смотри, есть и хорошая новость. Теперь у тебя полный комплект.

— Она не моя.

— Думаешь…

— Нет, — принялась вытирать слезы я. — Не думаю, знаю. Это Надина. Она в них была, когда мы по видеосвязи разговаривали.

— Похоже на кровь. Он и у тебя только одну сорвал, да?

Я кивнула и отвернулась. Губы дрожали, но слез уже не было.

— Как считаешь, зачем он ее тебе подбросил?

— Чтобы знала, что от него живой никто не уходит.

— Постой. Если он принес ее тебе, значит, знает, что вы с Надей общались. Откуда?

— Понятия не имею. Точно не от службы поддержки, там все секретно.

— Ну да, поэтому к тебе тот шизик в квартиру завалился.

— Муж Вероники? Я же ему сама позвонила со своего номера. Если бы в службе давали такую информацию, здесь очередь из бывших мужей с улицы бы стояла.

— Да, наверно. Ну тогда получается, Надя сама кому-то рассказала.

— Я три года назад никому не рассказывала, что написала заявление в полицию, но он все равно как-то об этом узнал. Послушай, а ты можешь позвонить в подобную службу поддержки и навести справки о какой-нибудь женщине?

— Можно попробовать, конечно, но там бумажная волокита начнется на месяцы…

— Я не об этом.

— Намекаешь, что он из полиции?

Я только пожала плечами.

— Сколько вы общались с Надей? Неделю-две?

— Около того.

— Если служба и правда такая надежная, как ты говоришь…

— Надежная.

— Он бы не успел бумажки собрать.

— Понятно, — с трудом поднялась на затекшие ноги я.

— Мистика, блин, — последовал моему примеру Илья. — Я возьму сережку. Попробую дозвониться до криминалиста, может глянет, вдруг есть отпечатки.

— Конечно, — ответила я, заранее зная, что их там не окажется. Следов крови тоже не осталось бы, будь хоть один шанс отыскать тело Нади. Подступила тошнота.

Илья подошел к дыре в стене. Достав связку ключей, он попытался выковырять пулю, но вместо этого отколол кусок штукатурки размером с кулак.