Слёзы Немезиды - Бекки Чейз

– Камеры отключены по всему периметру, сэр. А также на лестницах и в холле.

– Тогда вперед.

Мы медленно въехали на подземную парковку.

– Пора, моя прелесть, – взяв на руки, Гримм вынес меня из автомобиля и добавил, подмигнув: – Знаешь, а ты бесподобна, когда молчишь.

Я с трудом сжала пальцы на правой руке, оставив средний разогнутым, но поднять ее не смогла. Последовал снисходительный смешок – Гримм видел мои потуги.

– Сукин сын, – еле ворочая языком, выдавила я.

Квартира на первом этаже, возле которой он остановился, доставая ключ, снаружи ничем не отличалась от соседних, зато внутри больше походила на полицейский участок – тут была и камера с решеткой до потолка, и комната для допросов с зеркалом во всю стену. Усадив меня за стол, Гримм долго возился с наручниками, цепь от которых проходила через вмонтированное в пол кольцо. Зафиксировав длину на минимум, он наклонился, делая вид, что проверяет, хорошо ли закреплен стул, и чуть слышно прошептал мне на ухо:

– Джордан, хотя бы сейчас не выделывайся.

Не вняв совету, я принялась сжимать и разжимать пальцы, как только за ним закрылась дверь. Осторожно согнула и разогнула колени, приподняла и опустила плечи. Действие транквилизатора заканчивалось, тонус мышц постепенно восстанавливался. Медленно повернув голову, я посмотрела в зеркало. Надеюсь, скрывающимся за ним зрителям нравится шоу. Интересно, как быстро прибежит охрана, если я попытаюсь встать?

– Назовите ваше полное имя, – искаженный динамиком голос вопреки ожиданиям оказался женским.

Вряд ли это сам сенатор. Он не появится прежде, чем его помощники тщательно меня проверят.

– Какова была цель визита в Российскую Федерацию?

Я не реагировала.

– Кто изготовил поддельные документы?

Она спрашивала, зная, что я не отвечу, а я молчала, понимая, что правду выяснят и без моего участия.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍ – Если вы не пойдете на сотрудничество, мне придется задействовать иной алгоритм допроса.

Какой виртуозный и высокопарный эпитет слову «пытки»! Пафос в ее голосе разозлил меня – захотелось ответно взбесить невидимую собеседницу.

– Не сотрудничаю с посредниками, – нагло заявила я. – Да еще и через стекло.

Выпад не остался незамеченным.

– Вы отдаете себе отчет, что личная встреча может стать вашим смертным приговором?

– А вы планировали оставить меня в живых?

Я не стремилась дерзить, но скорее всего фразу восприняли именно так. Динамик замолчал, а через мгновение в коридоре послышалось цоканье каблуков. Началось.

Я подалась вперед, будучи готовой перевернуть стол ударом ноги. Дверь распахнулась, впуская внутрь стройную шатенку в дорогом брючном костюме. Довершали образ неброский макияж и собранные в пучок волосы. На вид женщина была моей ровесницей или на пару лет старше, но держалась так, словно перед ней сидела наивная школьница. Гримм вошел следом и покачал головой, в очередной раз предостерегая. С ним лучше не рисковать. Я расслабленно откинулась на спинку стула.

Постукивая по ладони бумажной папкой, шатенка медленно обошла стол и села напротив, закинув ногу на ногу и обнажив лакированный мыс дизайнерской туфли. Чуть тронутые матовой помадой губы изогнулись в улыбке.

– Так что вы делали в России, агент Мэттьюз? – Она положила перед собой досье с моей фотографией… и оригиналом паспорта.

– Бывший агент Мэттьюз, – машинально исправила я.

Когда только они успели снять и пробить по базе мои отпечатки? Да еще и заявиться ко мне домой.

– Это не ответ. – Кончики пальцев нервно постукивали по столу, выдавая нетерпение. – Я не привыкла угрожать, но всегда найдутся те, кто сделает это за меня.

Пока она говорила, я ловила себя на ощущении, что ее манера держаться кажется мне знакомой. И продолжала тянуть время:

– Зачем весь этот спектакль? Вам же просто нужно понять, представляю ли я опасность для вашего босса. Дайте нам встретиться лично.

Женщина усмехнулась, и я, наконец, вспомнила, где видела ее лицо – оно периодически мелькало в новостях. Передо мной сидела Кайла Робертсон – до замужества носившая фамилию Спейд, – старшая дочь бывшего конгрессмена, а ныне сенатора от штата Висконсин и по совместительству его пресс-секретарь. Теперь я знала, при чьей поддержке функционирует кровавый аттракцион в России и на чьей совести гибель Эр Джея. Разочарование от неудавшегося побега отошло на второй план. Я обрела новую цель. Сатир, Джейсон, Фарелли – мелкие сошки. Мне нужен Джеффри Спейд.

– Мэм, позвольте, я продолжу сам, – Гримм, все это время молча стоявший у стены, подошел ближе.

Дочь сенатора кивнула, отодвигая досье:

– Здесь я узнала все, что хотела. Где Эггерс?

Услышав настоящую фамилию Кристы, я насторожилась.

– Ник вас отвезет, – Гримм потянулся за телефоном.

Они все-таки ее нашли – плохая новость. Если брать в расчет упрямство Кристы, до разговора со мной она может не дожить. С другой стороны, нет гарантии, что до него доживу я.

– Подгони машину, – приказал Гримм, набрав номер, и, дождавшись, пока дочь сенатора поднимется со стула, распахнул перед ней дверь. – И передай ребятам в Кливленд-Парк, чтобы через пятнадцать минут вырубили все камеры.

Кристу держат где-то в соседнем районе – это хорошо. Но без слежки за автомобилем я никогда не найду точное место. Нужно срочно избавиться от наручников. Пока Гримм провожал дочь сенатора, я извернулась и закинула ногу на стол, пытаясь мыском дотянуться до скрепки на досье.

– Нет! Мы расхлебываем это, потому что отец не прислушивается к моим советам!

Я прекратила возню и наклонилась в сторону двери, но ответ Гримма не услышала.

– Он ценит тебя, Купер, – раздраженная интонация неожиданно исчезла – ее скрыли фамильярные нотки. – Но если хоть одна из этих сучек испортит ему предвыборную кампанию, я лично тебя четвертую!

Гримм с ней спал, неожиданно догадалась я. И скорее всего именно ей звонил с площадки с просьбой о помощи. В груди кольнуло от досады. Ненавижу быть обязанной, а быть в долгу у любовницы Гримма неприятно вдвойне.