Мертвые не плачут - Сергей Абрамов

И это, если по-честному, славно. Хотя и обидно.

– А вот и доехали, – прервал долгое молчание Мальчик.

Перед мордой машины возникли железные тяжелые ворота с калиткой обок, из которой немедля вышел охранник с родным для Пастуха автоматом системы великого народного умельца.

Как же это я проморгал, изумился Пастух. Старею, теряю профпригодность.

Выбрался из машины, улыбаясь в свои до сих пор целые тридцать два.

– А куда это мы приехали?

И Мальчик под этот риторический вопрос выбрался со своей стороны, тоже улыбался.

– А куда ехали? – логично и нестрого спросил охранник.

– На мясокомбинат, – сообщил Пастух.

– Так ты, братан, рано свернул, – дружелюбно сообщил охранник. – Тебе еще километров пять по шоссе пилить. И там указатель будет.

– А здесь чего? – спросил Мальчик.

И Пастух на автомате прикинул: действительно любопытно ему или решил вступить в игру?

– Здесь, парень, большие люди отдыхают. Не нам с тобой чета.

– Вы их, значит, охраняете, да? От нас, например…

– И от вас, и от других.

Пастух решил вмешаться. Следующим логично зрел вопрос: а на кой хрен их охранять? Лишний вопрос. Перебор. Он, лишний, позволит охраннику хоть мельком да запомнить мужика с мальчишкой на раздолбанной отечественной машиненке. Потому что впрямую касается работы охранника. И когда что случится, мужик с мальчишкой ему вспомнятся. Мелочишка, конечно, но лучше и ее смести…

– Спасибо, брат, – сказал Пастух.

Развернулись, поехали назад.

– Ты что, провокатор? – искренне и поэтому сердито спросил Пастух.

– А что? – тоже искренне, но все ж виновато удивился Мальчик.

– Следи за базаром. Мозг, даже самый ленивый, автоматически фиксирует любую информацию на знакомую тему. Тема охраны и охраняемых мужику не просто знакома. Это его работа. Нам надо, чтоб он нас запомнил?

– Не надо, – погасшим голосом сказал Мальчик. – Извини меня. Я – дурак.

– Это верно, – не стал спорить Пастух.

Дальше ехали молча. Проехали ненужный поворот на Мясокомбинат, и еще километра через полтора справа возникла Река. Пастух свернул на дорожку к ней, въехал на импровизированную автостоянку, уставленную машинами и мотоциклами. Впереди, на небольшом и явно належанном пляжике гнездились загорающие. Человек, навскидку, полста.

Вышел, снял куртку и футболку, но не кинул на сиденье, а свернул в скатку и сунул под мышку. Мальчик зачарованно смотрел на хорошо наработанную мускулатуру Пастуха. Загара вот только не хватало.

– Чего уставился? Снимай майку, мы отдыхаем.

– Понял, – сообщил Мальчик и тоже содрал с себя майку.

– Пошли погуляем по бережку. Только от меня – ни шагу.

– Мы отпускники? – Термин странно звучал из уст Мальчика.

– Стараемся, – туманно ответил Пастух.

Они дошли до кромки воды, разулись и пошлепали босиком в сторону как раз охраняемой зоны. Пляж был и впрямь многолюден, но не шумен. Загорали здесь, похоже, не местные, если судить по числу машин на стоянке, и не слишком юные. Кто-то просто загорал, читая или подремывая, кто-то негромко беседовал. Почему-то никто не купался, хотя вода в Реке была не холодной.

– Вот здесь ляг и лежи бревном, – сказал Пастух, когда они дошли до края пляжа.

Дальше начинался лесок – негустой, истоптанный, продымленный.

– А ты?

– А я один погуляю. Если кто-то подойдет и заговорит: отец в лес по надобности отлучился, сейчас вернется. Понял вводную?

– Отец – это ты?

Может, показалось, но Пастух услышал иронию. Она была логичной: разницы между ними – двадцать лет всего. Ну, с копейками.

– Я, – подтвердил. – И без разговоров. В крайнем случае, ты – немой.

– Не твой, – согласился Мальчик. И улыбнулся Пастуху. – Иди. Я покараулю диспозицию.

Термин употребил военный, но к случаю подходящий…

Пастух шел по бережку. Было непросто. Деревья и кустарник царили на берегу безраздельно и мощно. Но все ж минут через двадцать пять увидел знакомый уже забор резиденции. Все как положено: фонари на столбах ограды, наверняка там же – сигнализация. По-хорошему должны были парные патрули ходить вдоль внешнего периметра, но как раз ходить им было негде. Неприхотливая ботаника средней полосы заполонила все возможное пространство перед забором, подобраться к нему было весьма трудно, что уж говорить о патрулировании. Видимо, считалось, что подход к резиденции со стороны Реки невозможен.

Толковое умозаключение. И Пастуху – как раз.

По кромке воды Пастух не пошел: теоретически вполне допустимо, что где-то впереди мог иметь место казенный пляж. И на нем кто-то мог тоже иметь место. Что Пастуху не требовалось. Он нашел подходящую сосну-подростка, подпрыгнул, ухватился за нижнюю крепкую ветку, подтянулся, сел на нее.

Видно было хорошо, но немного.

В этом месте по ту сторону забора тоже был лес, только прореженный, прохожий и оттого светлый. Слева – двухэтажный кирпичный унылый домик. Похоже, что для обслуги. Плюс кухня. Подальше сквозь деревья виден был явно главный корпус – трехэтажный, широко расстроенный. Перелезть на ту сторону было просто. Если б не сигнализация.

Вопрос: какая именно сигнализация. Определив тип, поймем, как ее обойти.

Или отключить. Или обмануть. Обычное дело.

Если здесь не смонтировали какую-нибудь супер-дупер систему.

Но это вряд ли. Объект охраны, конечно, серьезный, люди здесь поживают тоже серьезные, но, как говорит опыт, любая бдительность имеет свой предел. И в смысле усталости бдящих, и в смысле простой бытовой целесообразности. Если мотив этой целесообразности сформулировать шершавым языком плаката, то он будет примерно таким: а на кой хрен так много суеты? Чай, не на войне существуем.

А вокруг-то как раз – война. Это – базовая идея существования любой охраны. Это – основа выбора как людей охраняющих, так и системы охранения. Теория. А практика…

Короче, Пастух присмотрелся. И ничего экстраординарного не увидел. А увидел он вполне обычные геофонные датчики, присобаченные к столбам ограды с внутренней стороны на расстоянии примерно шести-восьми метров один от другого. Они, как известно, объединены в цепи, а те обслуживаются процессорами. Полез кто на забор – сигнал. Дерево упало – сигнал. Можно и потоньше настроить: большая птица села – сигнал. Но это уже – двадцать два… Сигналы от процессоров идут на пульт, а тот подключен ко всему, что вспомнится: от принтера до милиции. Знаем, проходили и это.

Кстати, сильный ветер вызывает пусть легкие, но все же колебания ограды, а это тоже – сигнал. Чем тоньше настроить, тем больше сигналов. Тем беспокойнее жить охране. И это им надо, а?..