Шоу обреченных - Павел Агалаков

Копылов поставил автомобиль на парковке, в три прыжка пересек дорогу и вошел в дежурную часть. В приемном окне, отгороженном от вестибюля ажурной решеткой, маячило круглощекое лицо младшего лейтенанта.

— Уважаемый, — хамовато обратился к дежурному Алексей, предъявляя служебное удостоверение, — мне нужно машинку пробить, ее владелец подозревается в убийстве…

— Телефон на стене, — недослушав Копылова, монотонно заговорил дежурный, — номер 23–18, там вас соединят с кем нужно.

— Ага. — Копылов убрал документ в карман и с усмешкой добавил: — Дружище, поменьше ешь, побольше двигайся, а то скоро в свою каморку не влезешь. Вон, щеки уже о стол трутся.

Дежурный натянуто улыбнулся и равнодушно закрыл окно.

— Извечная проблема отношений между небожителями и простыми землепашцами, — вздохнул Алексей и направился к телефону.

Он снял трубку и набрал заветные четыре цифры.

— Канцелярия, — отозвался в трубке женский голос.

— Здравствуйте, лейтенант Копылов беспокоит, вы не подскажете, к кому я могу обратиться?

— Слушаю вас, — с холодным безразличием проговорила собеседница.

— Мне нужно пробить автомобиль. Его владелец подозревается в убийстве…

— Оставьте заявку дежурному, — перебила его девушка, — подробно опишите автомобиль, как что-то выясним, мы с вами свяжемся. — Разговор оборвался короткими гудками.

— Ой-ой, — возмутился Алексей такой бестактности. — Я не понял, это все?

Он с грохотом опустил трубку на рычаг и с досадой выругался:

— Шарашкина контора, никакого уважения к посетителям. Окопались тут…

В его бухтение влился писк магнитного замка. Дверь открылась, и в вестибюль вышел высокий худой офицер с неестественно большой головой.

— Да ладно?! — с удивлением воскликнул Алексей. — Селиванов! Игорь!

Офицер обернулся на оклик и расплылся в улыбке.

— Леха! — Он приветственно развел руками. — Какими судьбами?!

— Что я, ты-то здесь откуда? Никак с убойного поперли?

— Погоди. — Селиванов опустил руки и недоверчиво смерил взглядом Копылова. — Тебя ж в сентябре убили?! Вместе со следаком из Советского РУВД?!

— Это ты по телику увидел? — с усмешкой спросил Алексей.

— Ну да. При задержании опасного рецидивиста, — подтвердил Игорь.

— Послушай, — пощелкал языком Алексей, — не верь всему, что говорят из этого шайтан-ящика. Я жив и здоров, а это нужно было для дела.

— Тогда ладно. — Лицо Селиванова снова расплылось в улыбке. — А я перевелся. После того как дочка родилась, жена сказала: «Все, баста за убийцами бегать и сутками пропадать. Пора о карьере задуматься». Вот я и здесь.

— Ну да, лучшего места для роста погон не найти, — хмыкнул Алексей. — И чем ты тут занимаешься?

— Так, — смутился Игорь, — в аналитическом отделе, бумажки перекладываю. — Он грустно вздохнул и продолжил: — Помнишь, как мы с тобой стрелка брали?

— Это который посередь улицы из травмата пальбу открыл?

Селиванов кивнул.

— Конечно, помню, — весело заговорил Копылов. — Ты ему еще тогда так смачно с ноги уписал. Такой удар вовек не забудешь. Скучаешь по оперативной работе? — участливо спросил Алексей, заметив, как у Селиванова уголки рта поползли вниз.

— Есть немного, — отозвался Игорь, — Ну, хватит лирики. — Он встрепенулся, и от нахлынувших воспоминаний не осталось и следа. — Чего тебе в наших пенатах понадобилось?

— Машинку нужно пробить.

— Номер знаешь?

— Нет. Только цвет и предположительно марку «Вранглер».

— Цвет какой?

— Розовый.

— Девичий цвет, — пробубнил Селиванов. — Вот что, ты посиди тут, а я что-нибудь придумаю. Вершинин, — крикнул он в сторону приемного окна.

— Да, товарищ старший лейтенант, — откликнулся дежурный.

— Напои товарища лейтенанта чаем.

— Ладно тебе, — прошептал Копылов.

— Не ладно, — тоже прошептал Селиванов, — пусть задницу от стула оторвет, а то скоро в дежурку не влезет.

Алексей прыснул, вспомнив, что недавно сказал ту же фразу.

— Что? — непонимающе спросил Игорь.

— Нет, ничего, — отмахнулся Копылов, — иди, мы тут с Вершининым сами разберемся.

Селиванов кивнул и приложил магнитную карту к дверному замку.

— Ну что, мамлей, служба не жмет? — решив постебаться над дежурным, съезвил Алексей.

Прошло десять минут. Дежурный Вершинин смотрел на Копылова чуть ли не с мольбой, до чертиков устав от шуток в свой адрес. Копылов, видя такую реакцию, распалялся еще больше.

— И вообще, старичок, — говорил он, — пойми, лишний вес влияет на потенцию. Нет, ты только представь, познакомился ты с красоткой, тудым-сюдым, мягкая постелька, а у тебя бамс, и все труды насмарку. Девушке облом, а тебе конфузия.

Писк магнитного замка оказался спасительным для младшего лейтенанта. Из дверей вышел Селиванов, неся в руках несколько листков с напечатанным на них текстом.

— Улов такой, — на ходу проговорил Игорь, — смотри. — Он сунул Копылову листки. — Первая: Кутепова Изольда Евгеньевна зарегистрирована в городе Нальчике, тут адрес и номер автомобиля. — Он ткнул пальцем в нижнюю часть листка. — Вторая: Джуди Кэрол…

— Кто? — удивленно спросил Алексей.

— Джуди Кэрол, — медленно повторил Селиванов, — кантри-певица из США. Ребята ее пробили. Она недавно получила российское гражданство и проживает сейчас в Москве.

— А-а-а… — протянул Копылов.

— И третий: Лукашин Борис Анатольевич. Он зарегистрирован в Нижнем Новгороде, но проживает в столице. Я думаю, он этот «Вранглер» для какой-нибудь пассии приобрел.

— С чего ты так решил?

— Лукашин — серьезный бизнесмен, у него фармацевтический холдинг. Прихватизировал в свое время фармацевтический заводик, на том и поднялся. Такой гусь на розовом джипе? Несолидно. А телке в самый раз. Больше ничего не нашли, — как бы извиняясь, произнес Селиванов.

— И на том спасибо.

— Кстати, я на вас с Михалычем обиду затаил. Вы тогда на дачу ко мне так и не приехали.

— Прости, нас срочно перевели в другое подразделение. Поверь, как только с делами раскидаемся, первой же электричкой к тебе нагрянем. Морозь горючее, раздувай мангал, — усмехнулся Алексей и дружески хлопнул Игоря по плечу. — Мне пора. — Копылов протянул руку и добавил: — Наших кого увидишь, передавай огромный привет.

— А сам чего к ним не заскочишь? — отвечая на рукопожатие, спросил Селиванов.

— Пашем с утра и до утра, не разгибаясь. Дом, работа, работа, дом. Вот так и живем. Спасибо тебе еще раз.