Кто не спрятался… - Джек Кетчам

— Кейси! Я иду за тобой! — Мой голос напоминал уханье подстреленной совы — скорее жалобный, чем грозный.

— Где ты?

Ни звука. Одна только вонь. Вонь гниения. Вспомнились мыши наверху. Да, где-то здесь просто сдохла мышка. Я ступал медленно, наугад. Не хотелось ничего тут угадывать, а приходилось. Руками нащупываешь, ногами нащупываешь. Стол с инструментами — вот он, я почти дошел. А вот и котел — всего лишь металлический пузырь. Кейси за ним нет. Кучи опилок передо мной смахивали на термитники. Да, дошел я-таки до стола. Вот его слегка жирная поверхность под моими пальцами — старое мореное дерево, пережившее многое. Я заглянул под него, напряг глаза изо всех сил. Банки с краской. И не следа Кейси.

Я пнул ногой коробку с гвоздями, услышал, как они загремели по полу. Ну шика-а-арно. Теперь ходить здесь еще опаснее. Здорово! Гений разведки, каждый шаг — шедевр. Я двинулся вправо.

В правом углу мне попалась какая-то куча. Я даже не увидел, что это было. Шел мелкими шажками, вытянув подрагивающие руки перед собой, как чудовище Франкенштейна, только-только освоившее ходьбу. Под ногой подвернулось нечто скользкое — пятно жира или что-то в таком духе.

Тряпье это. Та куча старых заплесневелых тряпок. Даже Кейси не стала бы там прятаться. Значит, пора сменить курс — к задней части дома. Слабый ветерок дул с той стороны, притаскивая на хвосте заплесневелый дух.

Я обошел лестницу, исследуя незрячими глазами мрак где-то за балками и перилами — слишком плотный, чтобы разобрать хоть что-нибудь…

— Кейси?

Тишина. Мне что, крикнуть «попалась, которая кусалась»? Идиотизм.

— Кейси, ты попалась…

Ничего в ответ.

И тут меня осенило. Я понял, где она. Прямо-таки уверился в этом.

Те огромные напольные часы.

В первый раз, когда мы спустились вниз, я заметил, что они были шкафного типа. То есть вполне способные уместить в себе человека. Если я это заметил, то и Кейси — без проблем. Как это на нее похоже, найти в заброшенном здании наиболее элегантного вида штуку и сховаться в ней. Она, конечно, чокнутая, но вкусом — не обделена. Да, ее точно надо искать в часах.

Осталось только до них добрести.

Все бы ничего, вот только мрак стал еще гуще в этой части дома. Тусклый луч света, бивший сверху, не доставал сюда — ему ведь не дано было огибать углы и проскальзывать по ступенькам, он тратил себя на банки с краской, кучи тряпья и паноптикум старых ненужных предметов обихода, натащенных в подвал. Где же ты, когда так нужна, госпожа Луна? Я даже не сразу понял, где передо мной стена, — черным-черно, хоть глаз выколи. Никаким привыканием и прищуром это было не исправить. Так что я зашагал вслепую, полагаясь на иные чувства. Руками сметал с дороги паутину, полагался на промозглые дуновения. Вслушивался, в конце концов, — хотя слышал только свои шаги.

— Кейси? Ты в часах? Вылезай давай.

Никакого ответа. Поблажки от нее я, очевидно, не заслужил.

Что-то упало мне на лицо и поползло по щеке, и я почти уверен, что заорал благим матом. Помню, как колошматил себя по лицу, покуда желваки не вздулись. Нечто мокрое, колкое и холодное размазалось у меня по руке.

Ненавижу пауков, хуже них только змеи.

Змеи и темнота.

Благодаря Кейси я пока разве что с ползучими гадами дела не имел.

Во мне крепло огромное желание послать все к черту и достать зажигалку, но я буквально удавил его в себе. Играть так играть. Уняв дрожь, я двинул дальше.

Итак, часы — слева или справа от меня? Слишком много другого хлама, ум метался от образа к образу. Пришлось передвигаться медленно — опять-таки, все перед собой щупая. Наконец я достиг стены и уперся руками в плуг — по крайней мере, больше всего это походило на плуг. Я чувствовал себя персонажем стишка про слона и квинтет из слепых старых дуралеев. Слепцы, числом их было пять, в Бомбей явились изучать индийского слона. Исследовав слоновий бок, один сказал, что слон высок и прочен, как стена…

Нет, определенно, эта хрень была плугом.

Другой по хоботу слона провел рукой своей, и заявил, что слон — одна из безопасных змей…

Скакнув влево, я задел ногой какое-то ведро. Сунул в него руку — и нащупал старые пыльные прищепки. Были и другие ведра. С гвоздями, с оконным крепежом — благодаря им я более-менее вспомнил положение вещей. Сумей я набраться чуть больше терпения — понял бы, что глаза в конце концов приспособились бы даже к такой концентрации мрака. Но чертов паук выбил меня из колеи.

Память подсказывала, что часы — в этой стороне. Если огромная колонна ветоши — справа, значит, часы — слева. Придерживаемся заданного курса…

Подавшись к стене, я провел по ней ладонями. Ручка садовых граблей, с ней рядом — черенок лопаты. Чуть повыше из кладки торчал гвоздь размером где-то с десятипенсовик, и с него свисал большой медный ключ. Что-то похожее на птичью клетку — поодаль. Подковы… еще одна лопата. Стена была холодная, шершавая и скользкая.

Тут дуновения ощущались четче.

Я пнул что-то твердое и металлическое, сдвинув в сторону. Ага, это у нас — огромная лохань. Она ведь была прислонена точно к часам, верно? Значит, они…

Прямо передо мной.

Теперь я даже мог разглядеть их очертания. Я потянулся к дверце…

…и никого внутри не нашел.

В горле встал желчный ком. Как же заколебала темнота! У меня кружилась голова, как бывает после ночи, когда выпито слишком много пива, нечем закусить и ты ложишься в постель, закрываешь глаза и все вокруг начинает двигаться, кружиться, катиться, как плохо заправленная пленка в проекторе. Где Кейси? На этот вопрос у меня никакого ответа не было. Страх потихоньку начал подтачивать меня на инстинктивном уровне, отняв половину мощностей у мозга. Мне жуть как хотелось присесть и обтереть всю ту холодную испарину, что покрыла меня. Где, где мне ее искать? Куда ты залезла, Кейси?

Будто сквозь землю