Убийство жестянщиков - Кен Бруен

РОЛЬ ПОЛИЦЕЙСКИХ

На данный момент на службе состоят примерно 11 300 полицейских, задачами коих являются:

1) предотвращение преступлений;

2) защита жизни и имущества;

3) сохранение мира;

4) обеспечение общественной безопасности.

~ ~ ~

Наконец-то я повел Лауру танцевать. Как говорил Джек Николсон: «Да я лучше себе глаза выколю».

Прежде чем податься в Лондон, я жил в гостинице «Бейли». Надо быть старожилом Голуэя, чтобы знать об этой гостинице. Во всяком случае, надо быть старым. Недалеко от Айр-сквер, по направлению к туристическому бюро, сверните налево в маленькую улочку, и вы пришли. Хозяйке было за восемьдесят, но она была хитра и энергична. Горничная Джанет была еще старше. Она подарила мне четки. Вскоре после этого я убил своего лучшего друга. Я вовсе не хочу сказать, что тут есть связь.

Именно Джанет рассказала мне о том, что по субботам в гостинице устраивают танцы. Мне показалось это безопаснее, чем какой-то клуб, кроме того, тут играл живой оркестр. Если считать живым человека за пятьдесят в блейзере.

Я оделся без выпендрежа: темные джинсы, белая рубашка — и выражение глубокого беспокойства. Мы договорились встретиться в гостинице.

— Почему там? — спросила она.

— Чтобы создать атмосферу.

Как обычно, она не поняла, о чем я говорю, но согласилась. Когда я толкнул крутящиеся двери, портье воскликнул:

— Бог мой, Джек Тейлор!

— Как поживаешь?

Я не мог вспомнить, как его зовут, поэтому ограничился вежливым приветствием. Похоже, сработало, потому что он сказал:

— Прекрасно. Я слышал, ты уехал в Лондон.

— Уже вернулся.

— Приятно слышать, Джек

Я с удовольствием уселся в одно из глубоких кресел, стоявших в холле. Сидя в таком кресле, ощущаешь себя шишкой.

Прибыла Лаура в коротком черном пальто. При виде ее ног можно было умереть. Я заметил, что портье оценил ноги по достоинству. Я встал, она меня поцеловала и сказала:

— Сто лет тебя не видела.

Она сняла пальто и осталась в черной кофточке и черной же юбке. Я сказал:

— Господи, ты выглядишь потрясающе.

— Все для тебя, Джек.

Подошел портье и спросил:

— Твоя дочь, Джек?

— Точно, сейчас как раз каникулы между семестрами.

Лаура заказала шерри, а я «Джеймсон». Пора было начинать вечер.

Портье, стараясь загладить неловкость, предложил:

— Может быть, вам будет удобнее в баре?

— Нет.

Я рассказал Лауре про «Бейли». Она сказала:

— А, субботние танцульки. Мой папа сюда ходил.

Оп-ля!

Мы еще немного выпили и поднялись, чтобы идти. Портье отвел меня в сторону:

— Джек, я ничего такого не хотел сказать.

— Забудь.

— Мне вовсе не хотелось бы обижать полицейских.

Я не стал его поправлять. Кроме того, это доказывало, что, вопреки общепринятому мнению, портье знают далеко не все.

Мы с миссис Бейли радостно поздоровались. Она спросила:

— А это кто?

— Лаура Нилон.

— Очень приятно.

Лаура отправилась в дамскую комнату, а миссис Бейли сказала:

— Я слышала, ты женился.

— Да, но не на Лауре.

— Я так и подумала. Для жены она слишком хорошо к тебе относится.

Ирландская лесть лучшего образца. Что-то в ней льстит, но что-то и укоряет. Так или иначе, не дает расслабиться. Она добавила:

— Я не держала тебя за танцора.

— Я и не танцор.

Оркестр меня не разочаровал. Наличествовали и белые блейзеры, и синие штаны. Всем музыкантам было уже далеко за пятьдесят. Нельзя сказать, что они с этим смирились. На всех были жесткие темные парики. А зубы? Да за такие зубы умереть можно.

Они взялись за дело всерьез. Особо усердствовали трубы. Разумеется, репертуар самый массовый. Они где-то что-то слышали и тут же играли, причем со старанием, достойным лучшего применения. От Роя Орбисона, через «Тени» (с реверансом в сторону «Иглз») до Даниеля О'Доннелла. Это был концерт «По заявкам больных» вживую. Обычный порядок: быстрый танец, белый танец, затем снова в темпе. Время от времени пел одинокий вокалист. Сцена погружалась в темноту, прожектор высвечивал певца. Он стоял опустив голову, а голос объявлял:

— Дамы и господа, Элвис Пресли.

Или Крис де Бург, или даже Бадди Холли.

Разумеется, каждый раз один и тот же певец. У него был такой голос, что на передачу «Мы ищем таланты» его не пустили бы даже зрителем. В середине вечера оркестр пошел отдыхать. Как и все остальные, музыканты устремились к бару. Уж так мне не повезло, что я оказался рядом с вокалистом. По нему ручьями тек пот. Он, задыхаясь, спросил:

— Ну как?

— Купить вам выпить?

— Нет, нас тут бесплатно поят.

— Вы это заслужили, замечательное шоу.

— Спасибо, это последнее перед турне.

— Турне?

— Ну да, Канада, потом два месяца в Лас-Вегасе.

Я пытался сдержать дрожь и сказал:

— Повезло.

— И у нас скоро выйдет альбом.

— Да, и как же называется?

— «Величайшие хиты».

У меня хватила такта не спросить: «Чьи?»

Он взял поднос с напитками и сказал:

— Очень может быть, что нас покажут в «Шоу в самый поздний час».

— Я буду держать за вас пальцы скрещенными.

— У нас получится.

— У вас уже получилось.

Он был очень доволен. Когда я попытался заплатить за выпивку, он сказал, что это пойдет на счет оркестра.

Бывают моменты, когда тебе везет, ты радуешься тому, что жив. Это был один из таких моментов. Я станцевал три танца, умудрился два сплясать медленно. В медленном танце вы можете притвориться. Прижимайте к себе партнершу и старайтесь не наступать ей на ноги, вот и все. А быстрые танцы — настоящий кошмар. Я стараться делать вид, что знаю какие-то па. Одна женщина как-то сказала: