Джихад по-русски - Лев Пучков

Итак, все поели, попили и более-менее комфортно отдыхают, между делом наблюдая за подступами к месту встречи. Все, кроме Антона. Антон с Саидом уселись в абрекову «Ниву» и захлопнули двери. Сейчас, когда команда может несколько расслабиться, Антону предстоит активно поработать извилинами. Иначе говоря, прокачать всю информацию, которую выдаст на-гора Саид, хорошенько запомнить самое главное, а затем, посредством правильной постановки наводящих вопросов, вытащить дополнительные сведения по обусловленной Шведовым специфической тематике. И при этом постараться не раскрыть информатору подлинной сути проблемного вопроса. Поистине сугубо иезуитская задачка! Ты мне все про это расскажи, а что это такое — извини, я тебе объяснить не могу!

Саид достал из бардачка трубку и неспешно набил ее табаком. С трубкой он еще больше похож на этакого умудренного опытом деда, который много пожил и знает все, что творится в этом мире. На самом деле охотник за секретами не так стар, как кажется, — ему всего сорок три года. Работа у него нервная, вот что. Оттого и выглядит так. Хранить столько секретов в одной голове — большая нагрузка для здоровья…

В свое время Саид работал на некоего Лабаза (ЦН), или, если точнее, на «коридорную группировку», промышлявшую в ЗОНЕ разного рода неблаговидными делишками. Сыч с полковником некоторое время наблюдали за выкрутасами этих нехороших товарищей, затем осерчали и вырезали группировку под корень. Шведов довольно долго беседовал с плененным Лабазом на предмет добровольной выдачи последним наиболее интересных сведений относительно работы группировки в ЗОНЕ. Поскольку полковник, за неимением в тот момент сильнодействующих психотропных препаратов, использовал в ходе беседы в качестве аргументов весьма примитивные орудия пытки. Лабаз честно и правдиво выдал все, что знал. А в числе прочих страшных секретов поведал о существовании Саида, который прилежно работал на группировку за хорошие деньги.

Полковник информацию принял к сведению. Саида отловили, перевербовали и приобрели таким образом в его лице ценнейшего поставщика сведений весьма конфиденциального характера…

Саид утрамбовал табак изуродованным большим пальцем левой руки, подкурил и принялся излагать последние новости. Антон невольно отвел взгляд от корявого пальца, в душе помимо воли шевельнулось какое-то подобие запоздалого раскаяния. Пару лет назад Саид некоторое время был подозреваемым № 1 на предмет причастности к «сдаче» команды очень плохому дядьке — Зелимхану Ахсалтакову (УАЕД). Антон в тот момент отсутствовал — прозябал в рабстве на одном высокогорном пастбище. Как только оставшиеся в живых после некачественной «зачистки» в Стародубовске члены команды слегка оклемались, они отловили Саида и притащили его к полковнику. Полковник имел с информатором длительную беседу. В режиме «Б», как это у них называется. В результате Саид похудел на пять кило, утратил три ногтя на левой руке и наполовину поседел. Но сумел доказать, что к сдаче команды Ахсалтакову он не имеет никакого отношения. И продолжил сотрудничество с полковником, несмотря на нанесенную обиду. Простил? Трудно сказать. Просто ему деться некуда, вот что. На крючке он у полковника. Да и платят неплохо, грех отказываться от таких денег…

Беседу вели по большей части на чеченском — Антон никогда не упускал случая попрактиковаться в чуждой разговорной речи. Кроме того, казалось нашему парню, что, разговаривая с Саидом на его родном языке, он вправе рассчитывать на большее благорасположение информатора.

Новостей, как обычно, — море. Если послушать со стороны, может показаться, что Саид просто неспешно пересказывает основные события последних дней, происходящие в ЗОНЕ. Но так показаться может лишь непосвященному. Охотник за секретами с большим стажем, Саид обладает талантом вычленять из нагромождения ежедневно поступающей информации такие детали, ухватившись за которые умелый аналитик доведет дело до логического завершения и выложит вам на блюдечке сногсшибательную версию, процентов на 90 отражающую истинное положение дел. Полковник Шведов как раз и является таким аналитиком. Получив от Антона подробный пересказ, он сопоставит ряд фактов с информацией, поступающей из других источников, и все пунктуально занесет в свой ноутбук, который хранит все секреты ЗОНЫ и близлежащих окрестностей. В данном случае Антон по большей части является лишь передатчиком. Послушал — запомнил — пересказал. Вот лишь некоторые фрагменты — чтобы было понятно, о чем речь…

— Из Мехино в Стародубовск пошла партия героина. Люди Шамиля везут. Это на одном из его заводов сделали, хороший героин.

— Большой груз?

— Приличный. Двенадцать человек задействованы… Антон принимает информацию к сведению, с некоторым сожалением отмечая, что теперь это уже не по их части. Давненько команда не занимается наркокурьерами. Пару лет назад — да, это было бы весьма, кстати. А сейчас — увы. Отследить перемещение каравана, организовать засаду — это довольно много времени и достаточно серьезный риск, наркобароны ЗОНЫ всесторонне обеспечивают безопасность проводки своего товара. А результат — ноль. Даже если удастся перебить курьеров и завладеть героином — продавать его все равно некому. В ЗОНЕ давно перестроились, в последнее время здесь имеют место по большей части безналичные формы взаимозачетов. Покупатели получат товар на нейтральной территории, пожмут руки курьерам и поедут себе по домам, не дав им ни копейки. А деньги переведут на счет поставщика — в соответствии с договором.

Вот так оно теперь делается. Организация перехвата курьеров начисто утрачивает смысл. Но информашка хорошая — Шведов сумеет ею распорядиться. Он умело торгует сведениями такого рода либо обменивается на взаимовыгодных условиях со своими «контактами» в соответствующих структурах. Как он говорит, «сливает» бывшим коллегам.

— Гулаев-старший в Черноводск племянника привез. Лечить. Племянник не ранен — избит сильно. Странно, да? Избитый боевик…

Антон с минуту размышляет. Знакомая фамилия несколько настораживает, но увязать эту странную избитость с основным интересующим вопросом с ходу никак не удается. Ладно, посмотрим, что там дальше…

— В Халашах пятеро пленных солдат были. В Гирлихаш вчера увезли…

Антон пожимает плечами. Солдаты попадают в плен чуть ли не ежедневно. Эта информашка — тоже на «слив», пусть армейская контрразведка напрягается. На солдатах заработать невозможно, а разрабатывать каждый такой сигнал — чистейшей воды альтруизм. Это уже в прошлом.

— В Гирлихаш повезли, значит… и не довезли, — уточняет Саид, не наблюдая соответствующей реакции со стороны собеседника. — С утра выехали, и с концом. В Халашах не появлялись. Вечером вернулись в Гирлихаш — без пленных…

Так, это уже теплее. Антон хорошо знает территорию ЗОНЫ, а некоторые ее области — вообще как родной огород. От Халашей до Гирлихаша — полтора часа езды по дрянной дороге. Если пленных не расстреляли где-то в промежутке между селами, значит… Значит, где-то в этом районе находится личный концлагерь старого знакомого Антона — Мурата Гиксоева. Очень приятно. Это как раз по их части. Концлагерь — это, конечно, сильно. Скорее всего три-четыре зиндана да пара хибар для сторожей и особо важных пленников. В таких местах могут не только пленные солдаты находиться, но и дорогостоящие заложники, ожидающие выкупа. Вот эта информация весьма кстати. Антон знает этот район как свои пять пальцев — лет пять назад приходилось ползать там на брюхе по делам Родины. Он прямо сейчас может предложить несколько вариантов размещения концлагеря между Гирлихашем и Халашами — и наверняка один из них окажется правильным.