Все сама - Мэри Хиггинс Кларк

И все же на ее лице не дрогнул ни один мускул, когда Моррисон сказал:

– У меня для вас чудесные новости, мадам. Вашего мужа спасли. У него воспаление легких, но он быстро поправляется и будет в Саутгемптоне через день после нас.

– Ах, у меня нет слов, – успела произнести миссис Пирсон и упала в обморок.

87

Времени почти не осталось – на следующий день «Королева» прибывала в Саутгемптон. Меньше суток, чтобы найти ожерелье! Тысячеликий был уверен, что леди Эм доверила его Бренде. И он ошибся.

«У кого же оно?» – спрашивал себя вор, шагая по палубе. Его ничуть не волновало, что Бренда выжила. По ее рассказу было совершенно ясно, что она и не догадывается, кто на нее напал. Интересно, зачем она выдумала, что преступник украл ее жемчуга?

Убивать Бренду он совсем не хотел, да и леди Эм – тоже. Просто старуха проснулась не вовремя и могла узнать его даже в гриме. А с Брендой Мартин он рисковал еще больше: едва вернулся в свой номер, как услышал стук в ее дверь – пришел стюард.

На фуршете капитан уговаривал леди Хейвуд оставить изумруды в его личном сейфе. Неужели она передумала и все-таки отдала их Фейрфаксу? За ужином старухе нездоровилось, но ожерелье было еще на ней.

Леди Эм не позволила Бренде проводить себя в номер и вообще держалась с ней очень холодно. Помощница в чем-то провинилась? Если так, тогда понятно, почему ожерелья у Бренды не было.

Кому же старуха могла довериться? Роджеру? Но тот упал за борт. С Ивонн леди Эм не ладила. Тысячеликий злился на самого себя. Почему он не обдумал все как следует, прежде чем соваться к Бренде Мартин?

Его мысли все время возвращались к Селии Килбрайд. Леди Эм пригласила девушку за свой стол, сидела в первом ряду на всех ее лекциях. Заметно было, что они знают друг друга и у них неплохие отношения. Леди Эм общалась с Селией гораздо охотнее, чем с Роджером или Брендой.

Возможно, старуха занервничала, когда капитан предложил оставить изумруды у него в сейфе. Допустим, он сказал ей, что на борту находится вор. Кому бы она доверила камни в этом случае? Конечно же, знакомому ювелиру!

Тысячеликий сунул руку в карман спортивной куртки и пробежал глазами список пассажиров. Номер мисс Килбрайд находился недалеко от люкса, который раньше занимала леди Эм.

«Это определенно Селия», – решил преступник.

88

Два стюарда отвели миссис Пирсон в номер и усадили в мягкое кресло. Оставшись одна, Ивонн принялась обдумывать дальнейшие действия. «А если он скажет, что я его толкнула? – спрашивала она себя. – Буду отрицать. Мы оба хорошо выпили, я ушла в ванную, а когда вернулась, его уже след простыл, и я позвала на помощь».

Миссис Пирсон уверила себя, что это хорошая, складная версия. Потом вспомнила, что есть еще один козырь: никто не знает, кто убил леди Эм.

«Скажу Роджеру, что ее убила я, чтобы спасти его от тюрьмы, – подумала она. – А если он не поверит, надо пригрозить, что я пойду в полицию и расскажу о его махинациях. Это сработает. Валери и Дана наверняка уже слышали, что Пирсон выжил. Наплету им, что захотела дать нашему браку шанс. Они поверят, я ведь хорошая актриса».

89

Тед крепко сжимал руку Селии, не забывая держаться за перила.

– Пойдем на главную палубу? – спросил он. – Теоретически это самая стабильная точка на корабле.

– Хорошая мысль, – согласилась девушка.

– Там, наверное, почти никого. Жаль, что последний день круиза получился таким.

В лифте они ехали одни, а когда вышли, качка чувствовалась гораздо меньше.

Бар здесь был совсем маленький. Тед открыл меню.

– Что выберете? После бокала шардоне, разумеется, – добавил он с улыбкой.

– Изысканные блюда как-то приелись. Ржаная гренка с сыром, помидором и ветчиной – это прозаично?

– Да, – согласился молодой человек. – Возьмем две.

Они сделали заказ, а когда официантка ушла, Тед взглянул на Селию.

– Вы сказали, что вам хорошо спалось. Значит, на душе стало спокойнее?

– Угадали, – призналась девушка. – Хотите узнать почему? Вчера я говорила вам, что мне очень не хватает отца. А потом вдруг поняла: я злюсь на него за то, что у меня нет ни братьев, ни сестер. И сегодня утром я подумала, как ужасно было с моей стороны обвинять его и какой это эгоизм. Отец всю жизнь только и делал, что заботился обо мне. Если бы он оставил себе больше времени на личную жизнь, мог бы познакомиться с кем-то.

– Вы сделали большой шаг вперед, – заметил Тед.

– Да, и шаг необходимый. Ну вот, я вам все о себе рассказала. Наверное, даже больше, чем хотелось услышать.

– Надеюсь, вы понимаете, как я польщен вашим доверием.

– Я это очень ценю. Однако теперь ваша очередь рассказывать о семье.

Тед откинулся на спинку стула.

– Что ж, давайте посмотрим. Наверное, вы слышали, что мой отец был послом в Египте…

– И при королевском дворе.

– Именно так. Родители поженились, как только окончили Принстон. Отец потом поступил на юридический факультет и стал федеральным судьей. Мама с удовольствием прожила бы всю жизнь в округе Уэстчестер и растила бы нас там, но отцу предложили должность атташе в посольстве Египта. Мы переехали, когда мне было шесть лет, а два моих брата родились уже там.

– Где вы учились?

– В Каирской международной школе, вместе с детьми других дипломатов. Я окончил восемь классов, и тут отца перевели в Великобританию. Мы прожили в Лондоне четыре года.

– Кажется, у вас остался легкий британский акцент. Я права?

– Да. Школу я окончил в Итоне, затем поступил в Принстон, а дальше – на юридический факультет Йельского университета.

– Вам нравилось жить за границей?

– Очень. Попутно я увлекся вопросом, как британская и египетская культуры взаимодействуют друг с другом.

– Хотели бы переселиться в Египет?

– Если честно, то нет. Хотя мне там нравилось и я всегда возвращаюсь туда с радостью. Один из моих клиентов возглавляет Министерство древностей Египта, а я занимаюсь розыском похищенных ценностей. Но мне, как и маме, больше по душе жить в окрестностях Нью-Йорка.

– Очень интересно. А что подтолкнуло вас взяться за розыск ценностей?

– Как это часто бывает, все вышло случайно. К третьему курсу я так и не определился с дальнейшей карьерой. Сходил на собеседование в несколько крупных адвокатских контор. И тут увидел объявление о вакансии в странной маленькой фирме, которая занималась розыском антиквариата. Там было сказано, что знание истории и культуры Египта – плюс для претендента. Конечно, мне стало любопытно, и я поехал туда. Оказалось, что два партнера, оба уже в возрасте, ищут молодых сотрудников. Мы поладили. Я проработал у них семь лет, а потом стал совладельцем.