На краю бездны - Бернар Миньер

– Ты выспалась? – спросил DEUS. – Как самочувствие?

– DEUS, – ответила Мойра, – я буду тебе заранее признательна, если впредь ты не будешь задавать мне этот вопрос.

– Взято на заметку, – сказал он. – У тебя изменение в расписании.

Она удивленно взглянула на планшет.

– Что за изменение?

– В девять тридцать у тебя встреча с Мин Цзяньфеном.

* * *

Теперь, сидя в вагоне метро, увозящего ее на полуостров Сай-Кун, Мойра старалась унять сердцебиение. Она почти позабыла о вчерашнем ночном эпизоде, целиком захваченная предстоящей встречей. Скользнула взглядом по соседям: почти все уткнулись в мобильники, и на многих гаджетах в правом верхнем углу поблескивала золотом буква М.

Выйдя из метро, Мойра устроилась на последнем сиденье минибуса и включила планшет. И сразу заметила, что все ее расписание изменилось. Кто его изменил? Лестер? Она знала, что с китайцами бесполезно назначать дату встречи за два месяца вперед. Человеку западной культуры их отношение ко времени, все эти изменения в последнюю минуту и полное впечатление непрерывной импровизации могли показаться невыносимыми. Для чего вдаваться в детали, если они непрестанно меняются? Лучше идти по течению, и все встанет на свои места, как и было намечено. Мойра запросила планшет, как пройти.

Выходя из минибуса перед Центром, она снова проконсультировалась; мигающие стрелки указали ей дорогу. Мойра прошла часть кампуса и поднялась по прямой асфальтированной аллее на пологий холм, где на самой макушке, среди зонтичных сосен и множества цветников, возвышалось величественное строение. Своим бело-желтым фасадом с террасой и балюстрадой оно напоминало особняки колониальной архитектуры в Макао. Дом был выстроен в португальском стиле: с крашеными ставнями, большими застекленными дверями с маленькими круглыми окошками наверху и отличался той изысканностью цветов, какую можно увидеть лишь в Синтре.

Возле террасы ее дожидался маленький безобразный человечек. Он поздоровался с ней на безукоризненном английском, в котором она уловила незнакомый акцент – впрочем, чертами лица он вовсе не напоминал китайца, – и пригласил Мойру следовать за ним.

Они прошли через большой холл, обогнули мраморную лестницу и двинулись вдоль анфилады комнат с высоким потолком, обставленных старинной мебелью и украшенных произведениями искусства. Мажордом раздвинул две створки раздвижной двери и провел ее в комнату, напоминавшую рабочий кабинет.

– Господин Мин сейчас придет, – сказал он, выходя из комнаты и задвинув за собой створки.

Мойра осмотрелась: письменный стол темного дерева в стиле ампир, фотографии в рамках на камине с мраморным колпаком и оштукатуренной трубой, лампы под абажурами и шкафы со старинными книгами. Большие застекленные двери с занавесками поверху выходили на сказочной красоты залив, а вдали, за перилами балкона, было видно море и выныривающие из воды острова. И ни намека на античный азиатский мир: можно было подумать, что ты очутился в уголке Европы.

Чтобы унять колотящееся сердце, Мойра попыталась сосредоточить внимание на ампирном столе. Там царил полный порядок, хотя, как и камин, он был загроможден всяческими безделушками и множеством фотографий в рамках. Никаких бумаг на нем не наблюдалось. Стол явно был парадный, и за ним никто не работал.

Послышались шаги. У нее желудок свела судорога, когда дверные створки снова раздвинулись и в комнату вошли двое мужчин. Первый, лысый, на вид лет шестидесяти, несмотря на жару, был одет в светлый костюм. С собой он принес ножницы, сантиметр, три куска какой-то ткани и потертый кожаный портфель. Второй, затянутый в облегающую рубашку без рукавов, на которой Мойра разглядела чуть разошедшуюся белую строчку швов, был Мин Цзяньфен. Ростом гораздо ниже, чем она думала: не больше ста семидесяти, коренастый, с мускулистым торсом, большими руками и маленькими ногами. Брюки закрывали ноги почти полностью, но она успела заметить, что ногти на пальцах ног длинные, желтые и изогнутые, как когти.

– Прошу прощения, – извинился он. – В ожидании вас я воспользовался случаем, чтобы снять некоторые мерки. Я рад наконец познакомиться с вами, Мойра.

Он протянул ей горячую влажную руку, надолго затянув рукопожатие, отчего Мойру передернуло, затем указал на кресло:

– Садитесь, прошу вас, мы быстро справимся.

Портной открыл свой портфель и достал оттуда поношенную широкополую шляпу.

– В Гонконге никто не шьет костюмы такого качества, как это делают на Сэвил-роу^[37], – пояснил Мин Цзяньфен. – Господин Вон в совершенстве освоил английский стиль за треть лондонской цены. И его костюмы шьют на машинках «Зингер» старинного образца.

Лицо господина Вона просияло одобрительной улыбкой, и он опустился на одно колено. Пока Мина обмеряли с головы до пят, тот разглядывал Мойру. Его пламенный взгляд заставил ее опустить глаза.

– Господин Вон происходит из богатой китайской семьи. В тысяча девятьсот сорок девятом году на его деда донесли, объявив его врагом народа, и казнили. В тысяча девятьсот шестидесятом году настала очередь его отца, человека весьма интеллигентного: он был убит красными гвардейцами. Однако не думайте, что господин Вон сердит на Китай, вовсе нет: он много сотрудничает с нами. У китайцев, будь то гонконгцы или нет, есть одно ценное качество: они всегда смотрят вперед и никогда – назад. Они прекрасно переносят все неожиданности, которые им преподносит жизнь. Ничего не делать они неспособны. Господин Вон работает семь дней в неделю, он просто живет в своем бутике.

Мойра посмотрела на портного; тот с улыбкой кивнул ей.

– Конечно, Центр принимает сотрудников более пятидесяти национальностей, и мы не требуем от вас, чтобы вы работали по семь дней в неделю… как китайцы. Времена меняются. Впрочем, мы планируем перейти к пятидневной рабочей неделе.

Мин улыбнулся, словно только что произнес удачную шутку.

– Я надеюсь, вам здесь понравится, Мойра. Отдел искусственного интеллекта – это сердце «Мин инкорпорейтед», это будущее. К тому же я стараюсь, чтобы мои сотрудники жили безбедно и в полном комфорте. Думаю, вы очень быстро получите предложения относительно жилья, чтобы чувствовать себя дома в Гонконге.

– Благодарю вас, господин Мин.

– Вы прошли медицинское обследование?

– Да, у доктора Капур. Незаурядная женщина.

– Я набираю только лучших. И очень хорошо им плачу. И взамен жду от каждого из вас только лучшего.

Мойра уже заходила в «Фейсбук» и нашла там зарплаты, в двадцать раз превосходившие то, на что она могла надеяться в НЦНИ^[38]. Но Мин предложил еще в три раза больше, что соответствовало практике китайских воротил для «привлечения мозгов».