Покушение на убийство - Тони Кент

— Почему ты так уверен, что нас вообще пустят внутрь? — спросила Сара.

Фургон CNN был припаркован возле Паддингтон-Грин, ближе ко входу, чем прошлым вечером. Журналисты у входа больше не толпились, и теперь не было проблем с движением. Дорога снова была свободна, и возле входа вновь нельзя было ни парковаться, ни останавливаться.

— Они обязаны пустить нас, — ответил Магуайр. — Это не частные владения, а полицейский участок, у них нет выбора.

— Вчера вечером, по-моему, был. Никто не мог войти через главный вход.

— Это потому, что вчера вечером участок закрыли из соображений безопасности, ведь там содержался опасный террорист. В том случае они могли это оправдать. Но сейчас, когда Макгейл мертв? Какое у них будет оправдание, чтобы сегодня никого не пускать?

Сара все еще сомневалась.

— И это все? Макгейл умирает — и внезапно это больше не крепость? Внезапно мы можем просто так войти туда с улицы?

— Как-то так, да, — ответил Магуайр. — Уверен, они все равно примут какие-то меры предосторожности. Возможно, на входе будет сидеть коп, а не гражданский сотрудник полицейского участка, как обычно. Просто для дополнительной безопасности. Но даже это может быть нам на руку.

— Каким образом?

— Копы не привыкли сидеть на ресепшен и общаться с прессой, Сара. Этим изо дня в день занимаются гражданские.

Сара кивнула. Голос Магуайра звучал уверенно. И у него был богатый опыт. Ей оставалось лишь надеяться, что он окажется прав.

Изображение в объективе Магуайра не дрожало, даже когда он шел. Он держал фокус на спине Сары, пока та проходила через автоматические двери в Паддингтон-Грин. Они заранее договорились, как все провернут. Сара ни разу не ошиблась. Не проверяя, поспевает ли за ней Магуайр, она оглядела помещение, нашла стол дежурного и направилась прямо туда.

Стол был длинным, протянувшимся от одного конца стены до другого. За ним могло поместиться шесть человек. Сегодня, когда вокруг не было ни души, там сидел всего один: молодой мужчина чуть старше двадцати — неопытный коп, как и предвидел Магуайр.

— Доброе утро, констебль Митчелл, — обратилась к нему Сара официальным тоном, прочитав имя на бейджике. Она превосходно работала на камеру, несмотря на всю серьезность дела.

Сара продолжила:

— Вы не будете против, если я задам вам несколько вопросов о вчерашнем вечере?

Митчелл открыл рот, чтобы ответить, но не смог издать ни звука. Появление яркой, уверенной женщины и объектив направленной на него камеры произвели именно тот эффект, на который рассчитывал Магуайр. Мальчик оказался в роли кролика перед удавом. Митчелл переводил взгляд с Сары на объектив и обратно, один раз, второй, третий. Наконец он выдавил из себя:

— Мы… ээмм… тут… я не уполномочен общаться с прессой, мисс. И, эм, я не думаю, что, эээ, вам следует снимать внутри участка.

Магуайру почти стало жаль его. Почти. Но сейчас было не время для сочувствия, и Сара явно разделяла его мысли. Она театральным жестом вскинула руку и облокотилась на стол, оказавшись так близко, что Митчелл чувствовал запах ее духов. Аромат и близость Сары, казалось, взволновали его еще больше.

Когда Сара заговорила вновь, ее голос был низким, практически соблазняющим:

— Что ж, если вы не уполномочены, констебль Митчелл, тогда, может быть, вы сходите и приведете кого-нибудь, кто уполномочен. Может быть, сержанта Генри?

Магуайр чуть не дернулся — Сара шла ва-банк. По правилам, Митчелл в ответ должен был выпроводить их с территории, если потребуется, силой. План строился на том, что он так не поступит. Вместо этого он будет сбит с толку, и это привлечет внимание человека, которого они и пришли увидеть, — сержанта Тревора Генри.