Я отпускаю тебя - Клер Макинтош

Из девяти с лишним сотен красных «Фордов Фокусов» и «Фиест» с бристольской регистрацией только сорок заставили сработать систему автоматического распознавания номеров. Видеозаписи стирались через девяносто дней, но Кейт, вооружившись списком автомобилей, выяснила всех до единого владельцев, намереваясь допросить их о передвижениях в день рокового наезда. За последние четыре-пять недель список значительно сократился, но дальше дело застопорилось: то машина оказывалась продана без оформления полагающихся документов, то официальный владелец переехал, не оставив нового адреса. Чудо, что Кейт вообще вычеркнула столько непричастных к аварии, учитывая сезон рождественских отпусков. Но теперь праздники закончились – наступало время решительного прорыва.

Рэй сунул голову в комнату сына. Из-под одеяла виднелась только темная макушка, и Рэй беззвучно прикрыл дверь. Его новогодний оптимизм совсем не передался сыну, чье поведение ухудшилось настолько, что он схлопотал от директрисы два официальных предупреждения. В третий раз его отстранят от занятий. Рэю такая мера казалась нелепостью: мальчишка и так прогуливает больше уроков, чем посещает, и ненавидит саму идею школьных занятий.

– Люси еще спит? – спросила Мэгс, когда Рэй вошел в кухню.

– Оба спят.

– Нужно будет уложить их пораньше, – сказала Мэгс. – Им через три дня в школу.

– У меня есть чистые рубашки? – спросил Рэй.

– Как, ты себе ни одной не постирал? – Мэгс скрылась в смежной прачечной и вернулась с пятеркой выглаженных рубашек, переброшенных через руку. – Эх, хорошая у тебя жена! Не забудь, мы идем в гости к соседям.

Рэй застонал:

– Это обязательно?

– Да. – Мэгс вручила ему рубашки.

– Ну кто приглашает гостей в первый день нового года? – возопил Рэй. – Дурацкое время для вечеринки.

– По мнению Эммы, все так усердно отмечают Рождество и Новый год, что каждый только рад опохмелиться по окончании праздников.

– Ничего подобного, – буркнул Рэй. – Делать мне нечего… Заведут шарманку о том, как их штрафанули за скорость в тридцать семь миль в час при ограничении в тридцать, хотя вблизи не было ни одной школы, и какая это пародия на правосудие! Стоит мне где-то появиться, и через пять минут разговор превращается в огульное охаивание полиции.

– Не могут же люди сидеть в гробовом молчании, – со стоическим терпением возразила Мэгс. – Они тебя практически не знают…

– На то есть веские причины.

– …поэтому вынуждены говорить с тобой о работе. Будь снисходительнее. В крайнем случае меняй тему и поддерживай светскую беседу.

– Ненавижу светскую беседу!

– Прекрасно! – Мэгс грохнула сковороду на стол с неожиданной силой. – Тогда не ходи. Ей-богу, Рэй, так всем будет лучше. Нечего портить людям настроение!

Рэю не понравилось, что жена разговаривает с ним как с ребенком.

– Я не отказываюсь пойти, я только жалуюсь, что будет очень скучно!

Мэгс повернулась к мужу, не столько раздраженная, сколько расстроенная:

– А жизнь – это не только пироги и пиво, Рэй.

– С Новым годом вас обоих. – Рэй вошел в общий зал полицейского управления и поставил перед Стампи жестяную коробку «Кволити-стрит». – Вот вам компенсация за Рождество и Новый год.

В национальные праздники в управлении работали только дежурные, и Стампи вытянул короткую соломинку.

– Какая ж это компенсация – коробка шоколада за выход на работу в семь утра первого января!

Рэй улыбнулся:

– Ты все равно староват для новогодних танцулек, Стампи. Мы вот с Мэгс заснули, не дождавшись полуночи.

– А я никак не отойду, – зевнула Кейт.

– Хорошо отпраздновала? – спросил Рэй.

– Насколько я помню, да, – засмеялась она, и Рэй ощутил укол зависти. Он сомневался, что Кейт на своих вечеринках выслушивает нудные разговоры о штрафах за превышение скорости и брошенный на улице мусор.

– Так, ну, что у нас имеется? – спросил он.

– Хорошая новость, – похвасталась Кейт. – У нас есть номер машины!

Рэй, не сдержавшись, широко улыбнулся:

– Наконец-то! Ты уверена, что это тот самый автомобиль?

– Точно тот. После наезда тачка ни разу не засветилась на уличных камерах слежения, и хотя налог уже просрочен, с учета ее не снимали. Наверное, отправили на автосвалку или сожгли. Машина зарегистрирована в Бофор-Кресент, около пяти миль от того места, где сбили Джейкоба. Мы со Стампи съездили туда вчера, но там пусто – дом сдавался внаем. Стампи пытается дозвониться в кадастровую службу и узнать, остался ли у владельца новый адрес бывшего жильца.

– Но имя мы узнали? – не утерпел Рэй.

– Узнали, – улыбнулась Кейт. – В системе банковского обслуживания его нет, в списках избирателей тоже, поэтому онлайн я ничего найти не могу, но сегодня мы все выясним. Я направила в компанию коммунального обслуживания запрос на персональные данные их абонента, и сейчас, когда праздники позади, мы начнем получать ответы.

– Мы и насчет матери Джейкоба тоже немного продвинулись, – похвалился Стампи.

– Молодцы! – похвалил Рэй. – Надо мне чаще отпуск брать. Вы с ней пообщались?

– Телефона нет, – огорчил его Стампи. – Кейт наконец вышла на замещающую преподавательницу из Сент-Мэри, которая дружила с потерпевшей. С ее слов, после несчастного случая женщине казалось, что в случившемся все винят ее. Она сгорала от стыда и возмущения, что водителю-виновнику все сошло с рук…

– Сошло с рук, вот как? – возмутился Рэй. – А мы, значит, сидели на заднице и ничего не делали?

– Я всего лишь повторяю слова той учительницы, – возразил Стампи. – В общем, женщина оборвала все связи и уехала из Бристоля с намерением начать жизнь заново. – Он постучал по папке, потолстевшей на несколько дюймов с тех пор, как Рэй видел ее в последний раз. – Я пока жду имейл от местной полиции, но к концу дня у нас должен быть ее адрес.

– Хорошая работа. Очень важно загодя ввести мамашу в игру на тот случай, если дело дойдет до суда. Меньше всего нам нужно, чтобы какой-нибудь журналюга возмущался во всех СМИ, что полиция больше года не могла предъявить обвинение…

У Кейт зазвонил мобильный.

– Управление полиции, констебль Эванс.

Рэй хотел удалиться в свой кабинет, но Кейт бешено зажестикулировала, подзывая его и Стампи.

– Отлично! – ответила она в телефон. – Спасибо вам огромное.

Девушка что-то быстро записала в большом блокноте.

– Попался, – торжествующе улыбнулась она.

Стампи тоже улыбнулся, что для него было редкостью.

– Звонили из телефонной компании, – пояснила Кейт, ерзая на стуле от возбуждения. – Они рассмотрели наше ходатайство о предоставлении личных данных владельца скрытого номера и назвали нам адрес!