Скажи мне все - Камбрия Брокманн

«Притворяйся».

– Не у каждого из нас есть время на то, чтобы блистать в обществе, – ответила я, слегка поддразнивая. Лицо Джона дрогнуло, он улыбнулся, словно против своей воли. Напряженность спала так же внезапно, как и возникла.

– Если он поставит мне дерьмовую отметку, я с ним разберусь, – заявил Джон, сверкая глазами.

– Только не делай глупостей, – предупредила Руби, медленно выдыхая. – Я не хотела бы, чтобы тебя выгнали из колледжа.

– Не волнуйся, детка, – сказал Джон, обвивая рукой ее плечи и целуя в щеку. И хотя Руби отстранилась, чтобы вытереть со щеки его слюну, она улыбалась.

Я оглянулась на Макса, который так и сидел, склонившись над конспектом. Он даже не поднял взгляд на весь этот обмен «любезностями». Он словно бы жил в своем собственном мире, где все мы не значили ничего.

* * *

На следующий день я вышла из библиотеки и под ледяным дождем побежала к факультету английского языка. Острые льдинки, похожие на стекляшки, царапали мое лицо и прилипали к пальто и ботинкам. Перепрыгивая через две ступеньки, я направилась к кабинету ассистента. Добравшись, дважды постучала в дверь.

– Да-да, – отозвался Хейл.

Войдя, я сказала:

– Здравствуйте. Просто хочу сдать экзаменационную работу сейчас.

– Ты так рано сдаешь ее… Неплохо, – отметил он.

– Да, хочу завершить сессию пораньше, так что… – Я порылась в своей сумке, набитой учебниками и конспектами, и нашла нужную тетрадку. Достав экзаменационное эссе, разгладила края бумаги. – Вот.

Хейл взял работу у меня из рук, и на долю секунды наши пальцы соприкоснулись.

– Спасибо, – сказал он с улыбкой. – Ты хорошо поработала в этом семестре.

Я улыбнулась в ответ, поправляя свою зимнюю шапку. Да, я проделала хорошую работу.

Я уже направилась к двери, когда Хейл остановил меня.

– Малин, – окликнул он. – Э-э… могу я спросить тебя кое о чем?

– Конечно, – ответила я, стараясь, чтобы мой голос звучал спокойно. Опершись рукой на косяк двери, повернулась к Хейлу. У меня не было времени на разные глупости. Я знала, что вопрос не относится к моим успехам в учебе. Я получила «А» за последнюю работу, и за предыдущую тоже. И правильно ответила на все вопросы теста в середине семестра.

– Ты знаешь что-нибудь о том, что написали касательно профессора Роя?

«Черт».

– Э-э… нет, а что там было?

– Он ведь преподает у вас экономику, верно?

– Да, а что?

– Я уверен, что ты слышала о сайте «Рейтинг профессоров».

«Какого хрена, Джон?»

– Да.

– Кто-то написал о нем кое-что… плохое. Я просто хотел убедиться, что тебе не пришлось терпеть ничего такого от него. Ну, понимаешь, неподобающего.

Я шагнула обратно в кабинет и постаралась сохранить спокойствие и собранность.

– Что вы имеете в виду? Извините, я не видела этот отзыв и не вполне понимаю, о чем вы говорите.

Хейл вздохнул.

– Кто-то… одна из девушек-студенток написала, будто он домогался ее и предложил ей… оказать ему сексуальные услуги в обмен на более высокий балл.

Я не знала, что сказать. Я понимала, что это неправда. Вспомнила, как вел себя Джон накануне. «У меня есть одна идея». И широкая ухмылка на лице.

Хейл продолжил, нарушив молчание:

– По-моему, администрация еще не видела этого. Иногда подобные вещи случаются; в таких ситуациях есть только ее слово против его слова, и с этим мало что можно поделать, но все равно получается неловко. Адам… профессор Рой – мой друг. Мне кажется, он ничего такого не сделал бы, но чужая душа – потемки, как говорится. – Он помолчал, потом снова посмотрел на меня. – Я просто хотел удостовериться, что он не оскорблял подобным образом тебя.

Я покачала головой и сглотнула.

– Нет, никогда. Он хороший преподаватель.

– Ясно. Что ж, ты всегда можешь обратиться ко мне, если что-нибудь… И если ты услышишь что-то… ну, знаешь, студенческие сплетни, если ты узнаешь, что это неправда, пожалуйста, скажи мне или кому-нибудь еще. При нынешнем раскладе я даже не уверен, что он вернется к преподаванию в следующем семестре.

– Я вам сообщу, – пообещала я.

Я не стала задерживаться и, как только поняла, что разговор закончен, направилась к выходу из здания. Вряд ли Хейл заподозрил, будто я что-то знаю, но меня злило, что он вообще спросил меня об этом. Мне не хотелось лгать ему.

«Долбаный Джон – тупица, кретин!» Я сбежала по обледеневшим ступеням крыльца и направилась к столовой.

* * *

Я в ярости прошествовала к нашему столу; сумка колотила меня по бедру, мокрые подошвы ботинок скрипели по полу. Все над чем-то смеялись, кроме Макса, который опять уткнулся в учебник.

– Джон! – строгим голосом окликнула я. Все посмотрели на меня.

– Расслабься, всё в порядке, – сказал он, улыбаясь остальным. Руби изображала улыбку, скрывая разочарование. Она не намеревалась становиться на мою сторону. Мне предстояло сделать это в одиночку. Даже Халед выглядел жалко, вымученно улыбаясь и не поднимая глаз.

Я склонилась так, чтобы за соседними столами меня не слышали, и шепнула:

– Ассистент преподавателя спрашивал меня насчет профессора Роя.

– О-о-о, про-о-о-офессор Ро-о-ой, – протянула Джемма, изображая восторженное обожание. – Все только о нем и говорят. Каков подлец!

Халед испустил негромкий смешок – он всегда смеялся шуткам Джеммы.

– Он не подлец, – возразила я.

Джемма подмигнула.

– Мы-то это знаем, но больше – никто.

Я обвела взглядом столовую – все сидели, уткнувшись в свои телефоны. Я была уверена, что новость уже распространилась по всему колледжу.

– Нельзя вот так поливать человека дерьмом, ты испортишь ему карьеру, – сказала я.

– Спокуха, – отозвался Джон, – это просто безвредные слухи. Он это заслужил.

– Он не сделал ничего плохого. А ты сделал.

Джон похлопал себя рукой по груди, явно гордый и довольный собой.

– Успокойся, никто не узнает, что это сделал я.

– Я не хочу влипать из-за тебя в неприятности, – сказала я, и в моем тоне сквозил гнев.

Джон, прищурившись, с широкой улыбкой посмотрел на меня. Он видел, что я зла. Я даже не пыталась это скрыть. Его лицо чуть заметно вытянулось.

– Послушай, М, мне жаль, – произнес он в тон мне; остальные молча смотрели на нас. – Я не хотел, чтобы из-за этого у тебя были какие-то неприятности. Это просто тупой розыгрыш. Я же никого не убил.