Пациент всегда мертв - Джонатан Келлерман

Шейла Куик повернулась к нам спиной, и мы сами себя проводили на улицу.

В тот момент, когда мы подошли к машине, заверещал мобильник Майло. Голубой аппаратик исчез в его большой руке.

— Стеджес… А-а, привет. Собственно говоря, да, мы… Прямо здесь, у дома… Да?.. Вот как?.. Где это?.. Когда?.. Конечно, было бы здорово… Спасибо, мэм, до скорой встречи. — Он хлопнул крышкой мобильника. — Это была Эйлин Пэкстон, "младшенькая" Шейлы. Она в Беверли-Хиллз, у нее какая-то встреча. Планировала навестить сестру, подъехала, увидела, как мы входим, и решила дождаться, когда мы закончим. Она хочет поговорить.

— О чем?

— О семейных делах, как она выразилась. Пэкстон в нескольких кварталах отсюда, в какой-то итальянской забегаловке на углу Брайтон.

— Время для тирамису.

Майло дотронулся до живота и скорчил гримасу:

— Опять десерт? Даже у меня есть границы.

— Ты меня разочаровываешь.

Итальянское заведение называлось "Пагано" и в основном состояло из трех хилых выносных столиков, которые занимали почти весь тротуар перед его дверями. Эйлин Пэкстон — в приталенном черном брючном костюме и босоножках без задников, на высоких каблуках — сидела за одним из них и потягивала кофе-латте. Она увидела нас, улыбнулась и приветствовала взмахом руки. Ее волосы оказались короче, чем несколько дней назад, на пару оттенков светлее, а макияж ярче. На ней были усыпанные бриллиантовой крошкой серьги, нефритовые бусы. Вообще она выглядела так, словно у нее какой-то праздник.

— Я так рада, что нам удалось собраться вместе, — сказала Пэкстон.

Прохожие задевали нас, проходя мимо. Майло придвинулся к ней поближе:

— Поговорим здесь или внутри?

— Лучше здесь. Мне нравится ритм города.

Этот самый город был всего лишь хвастливым вернисажем выставленного напоказ богатства. А его ритм устанавливали спешащие мимо пешеходы и громадные механизмы, изрыгавшие токсины.

Мы с Майло заказали по эспрессо у чрезмерно суетливого официанта с глазами наркомана.

Эйлин Пэкстон выглядела довольной, словно это было тихое, располагающее к отдыху местечко для обеда по-итальянски, аль фреско.

— Как вам показалась моя сестра?

Майло пихнул меня ногой, предлагая держать ответ.

— Она выглядит немного подавленной, — сказал я.

— Вам необходимо знать, что это не только из-за того, что случилось с Гэвином. У Шейлы давнишние психологические проблемы.

— Длительная депрессия?

— Депрессия, немотивированные страхи, как вы это называете. Она всегда была подвержена настроениям и легко выходила из себя. Я младше, но всегда заботилась о ней. Когда она вышла замуж за Джерри, у меня были сомнения.

— По поводу брака?

— По поводу ее способности справляться с семьей, — сказала она и быстро обернулась в сторону кайфующего бармена. — Джио, принеси этих чудесных фисташковых бисквитиков. Спасибо, ты просто прелесть. — Пэкстон опять повернулась к нам. — К чести Шейлы, она работала над своим браком и, казалось, преуспела в этом. Даже при том, что Джерри далеко не подарок.

— У него тоже проблемы?

Она зло прищурила глаза:

— Джерри — сексуальный хищник. Лезет на все, где есть дырка, и, как я знаю, на все, где есть кое-что еще. Он приставал и ко мне. Я никогда не рассказывала о том случае Шейле, это убило бы ее и разрушило семью, и мне не хотелось брать грех на душу.

— Когда это произошло? — спросил я.

— Через месяц после свадьбы. У них едва закончился медовый месяц. Я тоже была замужем, и мы вчетвером проводили уик-энд в Эрроухеде — семья моего первого мужа владела участком на озере. Прекрасное место с двойным причалом. Все было здорово. Но однажды Шейлу сморил сон: она очень легко утомляется, а мой тогдашний муженек поехал в город по делам — у него был инвестиционный банк. Так мы с Джерри остались вдвоем. Я в бикини расположилась на солнышке на причале, а через несколько минут подошел Джерри. Не прошло и десяти минут, как он полез. Не скажу, что очень нежно. Засунул руку под бикини. — Она растопырила пальцы и сделала загребающее движение. — Он не деликатничал.