Смертельно прекрасна - Эшли Дьюал

Под моими ногами скрипит половица. Мэтт тут же поднимается, и мы встречаемся взглядами. Он решительно идет на меня, а я неуклюже отхожу назад, словно боюсь, что он не оставит от меня живого места. Странное ощущение. Оказывается, даже Мэтт Нортон может выглядеть достаточно устрашающе, и при этом у него нет никаких преимуществ, кроме пронизывающего взгляда.

– Почему так долго? – ледяным тоном спрашивает он.

– Сделки с Дьяволом быстро не заключаются, – отшучиваюсь я, правда вот улыбнуться у меня не получается. Так и гляжу на парня уставшим взглядом. – Где тетушки?

– Готовят.

– Готовят лекарство Хэйдану?

– Готовят еду. Сказали, ужин никто не отменял.

– Вот как… У них тоже есть чувство юмора…

– Да уж. Тут собрались одни шутники, – Мэттью с укором смотрит мне в глаза.

– Как Хэрри?

– Раны почти затянулись.

– Серьезно?

– Да. Видимо, твоя тетя знает толк в том, что сделала.

– Это ее способности. – Если бы взгляд Мэттью был материальным, он оттолкнул бы меня так сильно, что я улетела бы на второй этаж.

– Способности, – причитает он, закатив глаза. – Отлично! Способности смешивать в миске растения и заливать их черной дрянью?

– Прекрати, пожалуйста. Не надо.

– Чего не надо?

– Этого! – Я всплескиваю руками. – Думаешь, мне нравится то, что происходит?

– Ну тебе же нравится придавать всему сакральный смысл!

– Какой смысл?

– Ладно… – Парень запускает пальцы себе в волосы и растерянно оглядывается. – На что ты согласилась? Ты не должна была заключать никаких сделок.

– Если бы я ее не заключила, я бы уже умерла.

– Не говори ерунды.

– Ерунды? – чувствую, что завожусь. – Для тебя все ерунда!

– Ты бы не умерла. Ничего бы с тобой не случилось.

– Ты не можешь знать.

– Я знаю. Реальность довольно проста, Ари, и в ней огромное количество неприятностей и без демонов и всей этой чертовщины.

– Реальность? – вскипаю я. – Мэтт, нет больше привычной реальности. Нет ничего из той жизни. Только воспоминания.

– Еще не поздно все вернуть.

– Да. Ты прав. Тебе и Хэрри не поздно уйти.

– Ари… – парень покачивает головой.

– Что? Я серьезно. Вы можете уйти. Или я могу заставить вас уйти.

– Не вздумай, – ледяным тоном отрезает Мэтт. – Никогда не испытывай на мне свою силу.

– Ты же знаешь, с дисциплиной у меня проблемы. Я ничего не могу обещать.

– Тебе придется пообещать.

– Надо же, – уныло улыбаюсь я, – ты только что признал, что у меня есть дар, и даже не закатил глаза. Я могу считать это перемирием?

Парень все-таки закатывает глаза, а я усмехаюсь. Не удержался.

– Слушай, мне надо поговорить с тетушками. Схожу на кухню, а потом вернусь к вам, хорошо?

– Хорошо.

Я собираюсь уйти, но вдруг чувствую, что Мэттью берет меня за руку. Растерянно оборачиваюсь, а он взволнованно глядит мне в глаза и подходит ближе.

– Как ты?

– Нормально.

– Честно?

– Нет. – Я отворачиваюсь и крепче сжимаю его ладонь.

– Тебе страшно?

– Это так заметно?

У Мэттью такой нерешительный взгляд, будто он стесняется высказать мне слова поддержки и утешения.

– Эй, все в порядке. Я справлюсь, как всегда.

– Тебе и раньше приходилось справляться со смертельно опасными демонами?

– Нет… Но в моей школе были отстойные учителя.

– Вряд ли это считается.

– Поверю тебе на слово. Я пойду к тетушкам, а ты иди к Хэрри.

– Если пожелаю?

– Если соизволишь.

Мэтт усмехается и плетется в гостиную.

С кухни доносится приятный запах. Значит, готовит Норин, а не Мэри. Тетушки одновременно поворачивают головы, когда я появляюсь на пороге.

– Как ты? – спрашивает Норин, правда, почти сразу же отворачивается. Я уже уяснила, что она предпочитает скрывать свои чувства. Правда, теперь я догадываюсь почему.

– Люцифер передавал тебе привет.

– Как мило с его стороны. Только это не ответ на мой вопрос, Ариадна.

– И сказал, что скоро вернется.

– К сожалению, это мне и так известно… – Норин спокойно снимает сковороду с плиты и вытирает руки о фартук. – Ты проголодалась?

– Не знаю. Об этом я еще не успела подумать.

– А что об этом думать? – Мэри-Линетт похлопывает по стулу рядом с собой. В правой руке у нее яблоко. – Расскажи, что у тебя за дар?

Смотрю тетушке прямо в глаза и произношу:

– Встань. – Мэри-Линетт встает. – Выкинь яблоко. – Она подходит к мусорному ведру, послушно выбрасывает яблоко и переводит на меня ошеломленный взгляд.

– Управляешь разумом?

– И порчу себе жизнь, – плюхаюсь на стул и упираюсь лбом в столешницу.

– Неудивительно, – пожимает плечами Норин.

– Что я порчу себе жизнь?

– Что ты управляешь разумом. – Она стягивает фартук и садится напротив.

– В каком смысле?

– Реджина делала нечто подобное. Копалась в людях, будто в вазе с конфетами.

– Она умела забирать воспоминания… – поясняет Мэри-Линетт. – Очень часто ее способности помогали нам избегать неприятных последствий стычек с соседями.

– Она забирала тревогу, подозрительность, отчаяние, – произносит Норин с болью в голосе. Мне вдруг кажется, что ей тяжело об этом вспоминать. – Мы всегда держались рядом, мы знали, что она возьмет за руку и станет легче.

Тетя нервно дергает уголками губ, а Мэри-Линетт кладет ладонь ей на плечо. Разве так выглядят ведьмы? Так беззащитно? Вряд ли.

– Я видела ее. Маму. – Тетушки вновь одновременно поворачивают ко мне лица. – И да, я знаю, что это странно. Но она приходила. Объяснила, что мне делать.

– Ты все-таки видишь призраков, – вздыхает тетя Мэри, покачивая головой, – мне кажется, здесь что-то не так. Ведьмы не видят мертвых, Ари, для этого нужно провести не один ритуал, и это не всегда срабатывает.

– Мама сказала, этому есть объяснение.

– И какое? – интересуется Норин.

– Она назвала имя. Кажется… Ноа. Да. Ноа Морт.

– Ноа Морт? – недоверчиво переспрашивает Мэри-Линетт. – Шутишь?