Запретное место - Сюзанна Янссон

Помолчав минуту, он продолжил более тихим голосом:

– А вот для меня закономерность прослеживается все четче. Я много чего прочитал, стал все больше интересоваться… как бы это сказать… древними поверьями. Историями о том, что на первый взгляд невозможно объяснить. Я изучил теории о злых силах, призраках, привидениях. Если хоть капельку во все это поверить, тогда все эти исчезновения не будут казаться такими уж непостижимыми. Я, конечно, оказался в щекотливой ситуации. Этот мой новый интерес идет вразрез с моей профессорской работой, и вот уже много лет, как я не был на кафедре. Моя репутация как ученого, мягко говоря, основательно подпорчена.

Майя снова наклонилась к столу. Среди бумаг и документов лежала папка, которую Йоран не открыл.

– А это что? – спросила Майя, протягивая руку к папке.

– Это… расследование по поводу моей жены. Она тоже исчезла. Вскоре после того, как семья Натали переехала в Моссмаркен.

– Точно, я об этом слышала.

– Мне не очень… приятно говорить об этом, извините. Многие считают, что она просто сбежала от меня.

– А на самом деле это не так?

Йоран посмотрел на Майю.

– Как я уже сказал, мне не хотелось бы это обсуждать.

Майя выпрямилась.

– Конечно, я понимаю. Но раз вы больше не работаете в университете, на что вы живете? Изучение привидений – вряд ли выгодное занятие.

Он улыбнулся.

– Вы себе даже не представляете. В мире выходит множество журналов, которые так или иначе поднимают вопросы сверхъестественных явлений. В половине из них есть мои статьи. На разных языках. Наверное, выгодным это занятием не назовешь, но прожить можно.

– То есть вы хотите сказать, что… верите в привидения?

Йоран громко рассмеялся и замотал головой.

– Натали задавала мне тот же вопрос. Тогда я сам не сильно разбирался в этой сфере и толком не знал, что ответить.

– А теперь знаете?

– Как сказать, я занимаюсь этой темой уже почти тридцать лет, а если что-то усиленно изучать, то, как правило, в конце концов приходишь к определенному знанию. К тому же я установил четкую связь всех ужасных событий именно с этим местом. Эти призраки – мои соседи. Бывают периоды, когда я кроме них никого и не встречаю.

Майя напряглась. Конечно, его безумие забавляло ее, но в то же время было в нем что-то такое, из-за чего ей становилось не по себе. И Йоран уже не казался таким безобидным.

Опаснее всего образованные сумасшедшие.

Где она это слышала? Может быть, от Лейфа?

– И к чему вы пришли? – спросила Майя.

Йоран долго рассматривал ее, склонив голову набок. Затем поднялся, сходил на кухню за кофейником, вернулся, подлил себе и Майе, снова сел.

– Раз мы, люди, настолько разные при жизни, то и смерть не может нас уравнять. То, что мы называем привидениями, на самом деле включает в себя совершенно разные феномены. Я думаю, именно место и его история определяют то, какую форму там примут призраки.

– А в этом месте? – спросила Майя. – Как бы вы описали призраков, посещающих Моссмаркен?

– У меня сложилось впечатление, что они… как бы это сказать? Представляют собой всякий разрозненный человеческий мусор.

Майя откинулась на стуле.

– Вот как?

– Если представить себе человека без тела и души. То, что останется – это и есть мусор.

– Что вы хотите этим сказать?

– Мысли без содержания, которые не находят себе места. Вечные муки без боли. Стертые воспоминания, которые все цепляются за жизнь. Всякое такое.

– Но вы ведь описываете… ничто?

Йоран улыбнулся с довольным видом.

– Точно. Именно поэтому я считаю, что в утверждении о том, что привидения существуют, содержится противоречие. Потому что привидения – это отрицание, пустота. Но эта пустота, это отсутствие обладает огромной силой. Это как голод или жажда… Именно это я ощутил, когда переехал сюда. И заинтересовался таким феноменом.

– А как, по-вашему, эти призраки, которые не существуют, связаны с исчезновениями людей? – поинтересовалась Майя.

Йоран прищурился.

– А вы как думаете?

Какое-то время они молчали. Майя почувствовала, как по коже поползли мурашки. Надо отсюда уходить, и как можно скорее.

– Я не очень понимаю, вы хотите сказать, что… они жаждут… живых людей?

– Да, им нужно тело и душа, то, чего у них самих нет.

Йоран наклонился к Майе и заглянул ей в глаза. Зрачки расширились, когда он загородил свет.

– Проблема в том, что поскольку мозга у призраков тоже нет, они не могут осознать, что, как только их жертва умрет, они не смогут присвоить себе ни тело, ни душу. Вместо этого возникнет еще один призрак, который, в свою очередь, будет требовать новых жертв. Совершенно нелогично. Но разве можно требовать логики от привидений? Определенно нет.

Майя закрыла глаза и попыталась уловить нить его рассуждений.

– То есть вы хотите сказать, что те, кто здесь похоронен, либо были принесены в жертву богам, как Брусничная девушка, либо были поглощены землей, призываемые уже лежащими там мертвецами?

– Да. Хотя в наше время речь идет только о последних. Человеческими жертвоприношениями теперь никто не занимается.

Майя застыла на месте. Все мышцы ее лица были напряжены. Она забыла, что широкой общественности не были известны все обстоятельства судьбы Юханнеса Айеба и Стефана Вика.

– Или я ошибаюсь? – Йоран тут же заметил перемену в ее лице. Он пристально посмотрел на Майю. – Человеческие жертвоприношения? – прошептал он. – Вы думаете, что Стефан Вик был принесен в жертву?

– Я не имею права вдаваться в подробности… – Майя развела руками. – Простите!

– Можете ничего не говорить, я все прочел на вашем лице. Что вы нашли в его могиле? Орудия труда? Украшения? Другие ценные предметы? Деньги?

Майя умоляюще смотрела на него, но Йоран, похоже, уже сделал свои выводы.

– Я всегда говорил, что если уж приносишь их в жертву, надо отправить с ними на тот свет как можно больше всякого добра.

– А с кем вы об этом говорили?

– С кем я об этом говорил? Я этим занимаюсь уже почти тридцать лет, с кем я только об этом не говорил!

Йоран вдруг встрепенулся.

– Можно вас кое о чем спросить? Если вы были в музее в Карлстаде, вы наверняка знаете, что жертвы иногда протыкались колом, чтобы их никто не унес и чтобы они снова не явились на этот свет. Конечно, смешно даже подумать, что это может остановить призраков, но я должен спросить вас. Этот мужчина, которого вы нашли, из Броланды, он тоже… его тоже проткнули деревянным колом?