Исчезнование Элис Тил - Говард Лински

– И она согласилась?

– Я не спрашивала разрешения. Но она не сказала и не сделала ничего, чтобы меня остановить, и продолжала смеяться.

– Ты поцеловала ее?

– Да.

– И?

– Это казалось самым естественным в мире, – призналась Кирсти, – и никто не был удивлен больше меня. Я открыла глаза, чтобы проверить, как там Элис, и увидела, что ее глаза закрыты. Так я поняла, что Элис тоже этого хотела, поэтому и поцеловала ее по-настоящему. Я не могла поверить, что все происходит на самом деле.

– Но было ощущение, что ты поступаешь правильно, да?

Кирсти кивнула:

– И это продолжалось очень долго.

– Что было потом?

– Я потребовала: «Ну теперь скажи мне, что я не так хороша, как Крис» – и наклонилась, чтобы снова ее поцеловать, но она вдруг села и сказала: «Я больше не хочу. Мне нужно идти». И она ушла. Словно заклятие разрушилось.

Бэт видела, что рассказ о том вечере дался Кирсти тяжело. Она выглядела изможденной.

– Я не… – начала Кирсти, но осеклась. – У меня нет предрассудков, но я не лесби. И обычно…

– Поняла, – кивнула Бэт, чтобы пощадить девушку. – И никому не скажу. Я имею в виду в городе.

Ей придется сообщить Блэку, но это другое.

– Коллемби – очень маленький городок, – пробормотала Кирсти, очевидно смутившись. – Все всех знают. – Плечи девушки уныло опустились. – В таких городках, как этот, люди ни за что не признаются в своих склонностях, даже если они геи. Но я определенно не лесби. С Элис… все чувствовалось иначе… – пробормотала она, и ее голос дрогнул.

– Знаю, – кивнула Бэт, потому что действительно знала: Кирсти все еще пытается осознать случившееся, а она не хотела еще больше усложнять жизнь девушки. – Только скажи, что произошло потом между Элис и тобой.

– Я уже говорила. Она пошла домой.

– Нет, потом, в последующие дни. Как она себя вела с тобой?

– Ни о чем не упоминала, я тоже не смела об этом заговорить. Мы вели себя так, словно ничего не было, но в душе сознавали, что натворили. Я не принуждала ее, она меня не отталкивала, по крайней мере сначала. И ответила на поцелуй, а потом неожиданно…

– Возможно, она тоже растерялась, – предположила Бэт и вспомнила запись в дневнике: «Хлоя и Кирсти. Кирсти и Хлоя. Что мне с ними делать? Одной вечно что-то нужно. Другая… Мне даже ни к чему это писать.».

Вполне вероятно, Элис не хотела, чтобы поцелуй вообще имел какое-то значение, а вот для Кирсти он значил куда больше, и поэтому между ними возникла неловкость.

– Должно быть, ты была смущена и обижена, – заметила Бэт.

– Не знаю, – отрезала она. – Я не лесби. Я просто…

– Любишь свою подругу?

– Да, – ответила Кирсти едва слышно.

– Но потом Элис стала тебя избегать?

– Нет… немного… трудно объяснить. Мы тусовались вместе с Хлоей, но наедине почти не оставались, а Элис постоянно куда-то спешила. Я боялась, что наша дружба разрушилась.

– Что ты чувствовала к ней тогда?

– О, много чего, причем сразу. Стыд, смущение и отчасти злость на нее.

– Ты имела право сердиться, – согласилась Бэт, и Кирсти тут же обожгла ее взглядом.

– Я ее не убивала!

Бэт даже растерялась:

– Кто хоть что-то сказал об убийстве?

– Вы думаете, что она мертва, – возразила Кирсти. – А теперь ведете себя так, будто это я ее убила из-за дурацкого поцелуя! – При этом она посмотрела на Бэт, будто детективу удалось обманом вытянуть из нее признание.

Кирсти вспыхнула неожиданно, а тело ее напряглось и окаменело, словно она была готова броситься на Бэт. Девушка яростно ткнула в Бэт пальцем:

– Я уже сказала: мы напились, и очень надеюсь, что больше никто не узнает об этом!

Бэт едва не сжалась при виде ощеренных зубов и полыхавшей в глазах Кирсти ярости. Тихая девчонка, которую Бэт минутой раньше пожалела, превратилась в оскорбленное, гневное создание, выглядевшее так, словно могло в любую минуту напасть.

– Никто в городе не услышит об этом от меня.

– Надеюсь, – прошипела она, но, очевидно, Бэт удалось ее успокоить, потому что ярость в глазах девушки погасла.

– Я всего лишь пытаюсь понять, что творилось в голове Элис, когда она исчезла, потому что это поможет нам ее найти. Вот и все.

– В самом деле? – издевательски усмехнулась девушка. – Что ж, думаю, мы уже выяснили, что я – последнее, что могло быть в голове Элис.