Кровь отверженных - Карин Слотер

– Рори.

– Ну хорошо, Рори, а во время поездки на лыжах она занималась с кем-нибудь из вас сексом?

– Нет, – сказал Карсон и в раздражении скрестил на груди руки. – В том-то и дело. Зачем бы мы отправились в эту дурацкую поездку?

– Так у вас с ней в тот раз не было секса? – спросила Лена.

– Нет, – так же сердито ответил он. – Она и близко к нам не подходила. Не то что раньше, когда ей все было мало.

Он облапил себя за плечи, словно Лене требовалось наглядное доказательство.

– В Рождество она с нами и словом не обмолвилась. – Он скривил губы. – Шлюха.

Лена прикусила язык.

– Она бы и с собакой переспала, если бы Марк ее попросил, но в ту поездку она вела себя так, словно мы ее не достойны.

– Как вы считаете, почему произошла такая перемена? – спросила Лена.

Он пожал плечами.

– Да какое нам дело?

– Вы там к ней подходили или она просто вас игнорировала?

Он снова скривил губы.

– Мы предлагали ей выпить, чтобы она расслабилась, а она нас и ответом не удостоила.

– Вот-вот, – подтвердил Рори. – Похоже, мы вдруг стали для нее недостаточно хороши.

– Точно, – сказал Карсон. – Она делала вид, будто у нас с ней ничего не было, и я тогда сказал ей: «Послушай, что ты ломаешься, шлюха?»

– Надо было ей денег предложить, – сказал Рори. – Или Марку заплатить.

Лена пыталась вспомнить имя третьего мальчика. Он все это время молчал. Казалось, что он был настроен не так враждебно, как его товарищи.

– Купер? – припомнила она.

Он поднял глаза, и она спросила:

– Ты не задумывался, почему тринадцатилетняя девочка идет на это?

– Ей это нравилось, – убежденно произнес Купер и пожал плечами. – Иначе зачем бы ей это делать?

Он взглянул на приятелей, и его поведение вмиг изменилось. Он сделался еще более непримиримым и жестким, чем те двое.

– Она была шлюхой, и ей это нравилось.

– Да, – сказал Рори. – Ей это было в кайф.

– Даже несмотря на то, что она была пьяна? – спросила Лена.

Они промолчали.

– Почему вы решили, что ей это нравилось?

– Послушайте, – не выдержал Рори, – ну как мы можем сказать? Все это время она лежала, уткнувшись лицом в диван.

– Пижон! – рассмеялся Карсон и поднял руку в приветственном жесте.

Лена быстро схватила его за руку. Она так крепко сжала ему запястье, что тот скривился от боли.

– Так ты считаешь, что ей нравилось? – сказала она.

– Послушайте, – Карсон оглядел товарищей, словно призывая их прийти на помощь. – Что такого? Мы просто позабавились.

– Позабавились? – спросила Лена и вывернула ему руку. – Там, откуда я родом, такие вещи называют изнасилованием, слышишь ты, маленький подонок?

Она отпустила его, потому что больше ничего не могла сделать, разве только выхватить пистолет. Ей хотелось выстрелить в лицо, на которое тотчас вернулась самодовольная улыбка.

Прозвонил школьный звонок, и Лена едва не соскочила с места. У мальчиков проявился павловский рефлекс: они собрали свои рюкзаки, не дожидаясь, когда Лена их отпустит.

– Сообщите офицеру Стивенсу номера ваших телефонов и адреса на случай, если понадобится задать вам дополнительные вопросы.

Убедившись, что завладела их вниманием, она добавила:

– Я сообщу ваши имена всем полицейским нашего участка.

– Да на здоровье, – сказал Рори.

Они пошли, но Карсон задержался и спросил:

– Так вы скажете доктору Клэю, чтобы он обыскал меня, или как?

– Сделаю все возможное, чтобы в тюрьме ты оказался, прежде чем получишь право голосовать.

Он выругался.

Лена прошла в компьютерную зону и оперлась на монитор. Чувствовала, как по всему телу стекают струйки холодного пота. Ей было тошно, оттого что молодые ребята так думают о женщинах. Лена чувствовала, что и ее насильник в этом возрасте думал, что все девушки одинаковы: всем им нравится этим заниматься, все они – шлюхи.

Из задумчивости ее вывел Брэд.

– Лена!

Она оглянулась и увидела, что за стол теперь уселись две немолодые женщины и мужчина.

– Это учителя Дженни, – сказал Брэд.

Лена прижала руку к груди – она испытывала приступ клаустрофобии. Брэд стоял слишком близко, и ей вдруг показалось, что комната стала меньше.

– Почему бы тебе не начать? – спросила Лена.

Ей хотелось выйти отсюда, набрать в грудь воздуха. Она пошла к дверям, но он ее остановил.

– Вы меня оставляете одного? – спросил он и снова подошел слишком близко.

Она ощущала запах лосьона после бритья с сильным оттенком мяты. Как бы ей не осрамиться. Лена знала, что если ее вырвет прямо перед Брэдом, она не сможет больше ходить на работу.

Указала на свой мобильник и попятилась.

– Я позвоню в участок и узнаю, как обстоят дела. Может, они узнали, кто является владельцем черного «сандерберда».

– Я уверен, что директору это известно, – сказал Брэд и шагнул вперед. – Они регистрируют все в журналах. Возле школы без разрешения парковаться нельзя, – сообщил он, приблизившись и обдав ее волной запаха пота и мяты.

– Хорошая мысль, – сказала Лена и снова отступила на шаг.

Она знала, что если не сможет продышаться, ей будет плохо.

– Я уточню, а ты пока поговори с ними. Расспроси их о том, что рассказали нам девочки.

Он взглянул на нее с подозрением.

– Вы нормально себя чувствуете?

– Да, – ответила она.

В комнате стало вдруг невыносимо жарко. Рубашка прилипла к спине.

– Проведи предварительную работу, расспроси, что они думали о девочке. Я вернусь, после того как сделаю несколько звонков.

Он окинул ее быстрым взглядом и сжал челюсти.

– Хорошо, – сказал он.

Видно было, что ему снова хочется спросить о ее самочувствии.

Лена быстро вышла в коридор и сделала глубокий вдох. Ей по-прежнему было жарко, и она сняла пиджак. Мимо пробегал подросток. Он замедлил шаг, заметив пистолет в ее портупее.

Лена накинула пиджак и прислонилась головой к стене. Закрыла глаза, дожидаясь, когда пройдет дурнота. После нескольких глубоких вдохов почувствовала себя лучше, хотя и не на все сто процентов.

Лена открыла мобильник, чтобы хоть чем-то заняться. Набрала номер участка и рассказала Марле об автомобиле. Хорошо, что хоть Фрэнка в офисе нет. Лене по-прежнему было трудно с ним разговаривать. Она чувствовала, что он осуждает ее за случившееся. Впрочем, она была с ним согласна: уж слишком глупо она себя вела.