Волчье кладбище - Тони Бранто

Что за чёрт! В конце коридора… Полтергейст? Да нет, это кто-то дурачится! Кто-то облачённый во что-то белое. В простыню или в рясу… Оно пролетело в конец коридора и прошмыгнуло в дальнюю комнату. Я вышел и, не робея, рванул к спальне Тео и Гарри.

– Что за чёрт? – снова произнёс я.

Затем взялся за ручку. В комнате царил кромешный мрак и тишина. Через секунду я услышал тихий храп. Приоткрыл дверь пошире. Неяркие бра из коридора немного осветили комнату. Гарри лежал в кровати под одеялом и крепко спал. Я окинул взглядом комнату, но ничего, похожего на привидение, не увидел.

– Что за…

Я прикрыл дверь и двинулся обратно.

Глава 18

Охота на барана

Трель будильника ворвалась в мои грёзы ровно в семь. Уже которое утро, разомкнув глаза, я наблюдал убранную постель своего сокамерника. В окно проникал свежий воздух и ласковый шорох листьев. Я взял со стола своё эссе по латыни, пробежался по нему беглым взглядом и отправил в рюкзак.

Адам присоединился ко мне в столовой. Я дремал над тарелкой каши, когда послышалось невнятное бурчание на норвежском.

– Где ты был? – спросил я.

– Бегал.

На Адаме в тот момент уже была студенческая форма.

– Во сколько встал?

– В пять.

– А бегал куда?

– По тропинке в сторону деревни. По дороге свернул к сторожке, – сказал Адам.

– И что тебе это дало?

– Пока не разобрался.

– Ну уж? – усомнился я.

– Сторожка теперь на ночь запирается, вот что. Хотя один факт прояснился: десять минут у Дарта тогда были.

– Амурные дела, значит?

Адам снял запотевшие над тарелкой очки.

– Что бы там ни было, Дарта это выставляет не в добром свете, – сказал он. – Сегодня следствие, а нужно ещё проверить кое-что.

После занятий мы вышли во двор, где нас тут же нагнал Гарри.

– Слышите, вы! Кто из вас заходил в мою комнату? – прогнусил он как-то особенно противно.

– На кой чёрт нам твоя комната? – говорю.

– А я не знаю на кой, только кто-то заходил!

Адам поправил очки.

– Что-то пропало?

– Чего? Да не пропало. Но я же вижу, что вещи кто-то трогал. На столе трогал, в шкафу.

Педант Гарри, ухмыльнулся я.

– Узнаю, что кто-то из вас… – Он продемонстрировал кулак.

– У тебя мания преследования, – сказал я. – То дух Тео за тобой следит.

– Ага, как же! Запомните, все крутые вещи Тео – шмотки, там, ботинки, – все теперь мои. Ясно?

– Выговорился? Теперь денься, куда чесал, – сказал я.

Мы развернулись и отчалили. Придурок конченый. Кто к этому грязному тряпью прикасаться будет? Хотя кто-то же это, очевидно, сделал…

Я вспомнил о ночном видении и рассказал Адаму. Тот нашёл это крайне интересным, а главное – «в моём стиле».

– Всё-таки интересное место Роданфорд. Выглядываешь ночью в коридор, а там – мистический портал! Постоянно кто-то в коридорах прячется. То прекрасные девы, то привидения.

– Я ничего не выдумываю, – почти обиделся я.

– Подумай, Макс! Может, это твои сны такие реальные, что по ночам по коридорам скачут?

Сам себе поражаюсь, но я над этим задумался, пока мы плелись к цели.

При виде сторожки Адам присел за дерево и велел дальше на четвереньках пробираться. В окне маячила фигура Диксона с тарелкой в руках.

– Что дальше?

– Я спрячусь за углом дома, а ты беги в сторону.

– В какую? – спрашиваю.

– В любую. Подальше куда-нибудь. Спрячься и изображай барана.

– Барана?

– Всё верно.

– Как я тебе его изображу?

– Всё равно как. Ты только спрячься, ладно? А то и тебя подстрелят.

Я скривился.

– Спятил, что ли?

– Да у него ружья всё равно нет, – сказал Адам ровно. – Максимум с дубинкой кинется. А теперь иди и блей, но негромко. Пусть думает, что ты далеко.

И вот я отправился в очередной унизительный цугцванг, чтобы только дать Адаму его выверт сделать. Я спрятался за более-менее плотным стволом дерева, уйдя на приличное от домика расстояние, и постарался негромко проблеять. Получилось, как мне кажется, недурно. Я повторил. Затем ещё раз. На четвёртом бараньем псалме вышел Диксон.

Прятаться следовало с особой осторожностью, ведь у Диксона зоркий глаз был. Лесник долго всматривался в гущу деревьев. Меня радовало, что в руках его ничего не было. Я молчал, выжидая его дальнейшие действия. Как только я понял, что идти он не намерен, проблеял как можно тихо и кротко. Наконец, он двинулся, не спеша, в мою сторону. Минуты три он просто водил глазами. Я старался слиться с пейзажем, затаивая дыхание.

Ещё пару минут лесник рыскал взором, как вдруг резко двинул обратно к домику. Указаний на этот случай я не получал. Я громко проблеял, но и это не остановило Диксона. Он вошёл в сарай с торца и достал оттуда двустволку. Дед говорил, охотники часто приматывают ножи к щиколоткам, а мозговитые лесники имеют наготове ружья, запрятанные от чужих глаз, на случай, если волк появится.

Диксон засеменил обратно ко мне. По дороге смачно высморкался. По гланды мне весло кайманово! – как сказал бы в такой ситуации Горден. Мне удалось отступить на десяток ярдов, оставаясь в тени. Диксон пальнул в воздух. Баран должен был испугаться и бежать. Но я лишь резко упал и к земле прижался, разодрав о дерево ключицу. Птицы в кронах возмущённо вспарили. Игра мне порядком осточертела. На втором выстреле я подскочил и дал дёру.

Ничего за бегством моим не последовало. То ли я чёрт-те куда удрал, то ли Диксон заметил человеческую фигуру и опустил ружьё.

Получилось, что я сделал огромный крюк. Вернулся на тропинку, что из деревни вела. По ней бежал к Роданфорду, как вдруг чуть не налетел на двигавшуюся мне навстречу особу.

Мои стоп-краны сработали, и я затормозил как вкопанный. Это была она, та самая полуночница. Теперь её стан обтягивал костюм из тёмно-синего бархата: короткий жакет – из-под него выглядывала белая блузка с модным воротником – и узкая юбка до колен. Волосы, как и в тот раз, были элегантно убраны. На лице – дорогая косметика, на лацкане – золотая брошь в виде какого-то насекомого с четырьмя большими крыльями.

– Вы меня напугали, – сказала она.

– Ну вы тоже как снег на голову, – говорю.

– Простите. – Она попыталась пройти.

– А мы уже встречались.

Она замерла.

– Правда?

– Ага. В ночь убийства. На втором этаже. Вы ходили по нашему крылу.

– Ах да… – Она подняла взгляд на мою