Темные инстинкты - Оливер Райт

Но сейчас Тина смотрела на подругу прямым взглядом и от этого ее мысли наполнялись воспоминаниями. Они гармонично всплывали в голове легко вписываясь в тон звучащей спокойной музыке ресторана.

− Ты была рядом… − Голос Вэнди был тихим, но Тина слышала его так, словно подруга шептала ей на ухо. − С рождения, когда ты пришла в этот мир, ты вошла и в мою жизнь.

И это было правдой. Образы в голове Тины стали похожи на размеренное покачивание уютного кресла-качалки.

… (зачем она завела этот разговор?) …

Они родились с разницей всего в несколько часов. Отцы девушек были успешными предпринимателями, деловыми людьми финансового и строительного сектора. Матери девушек на пару владели загородным клубом, вступление в который определялся для всех желающих размером банковских счетов и положением в обществе. Их родители познакомились там же, на закрытой вечеринке в честь выхода на пенсию одного из главных редакторов крупной известной газеты.

Дружба Вэнди и Тины была такой же прочной, как дружба родителей; их мамы гуляли по парку и довольно часто ходили друг к другу в гости, и Тина с Вэнди еще крошечными малютками уже тогда проводили время вместе.

− Помнишь, какой я задиристой была в детстве? А ты всегда была…

Не обидчивой — закончила Тина в мыслях слова Вэнди, казавшимися шепотом из далекого прошлого.

Больше всего малышка Вэнди любила мороженое, но еще больше она любила озорничать. Тина уже тогда, в свои небольшие три года казалась рассудительной и прямолинейной на фоне часто хохочущей и непоседливой Вэнди. Тина помнила все — от игр в песочнице до шумных детских обид; от веселых игр в салочки и прятки до первых секретиков, которыми они делились друг с другом, подражая взрослым шушуканьям. Почти каждый день их семьи проводили вместе, за исключением некоторых, когда домашние дела требовали от их мам больше внимания, а их отцы доводили до ума свои «взрослые рабочие дела».

Тина отчетливо вспоминала самые яркие события того времени.

Вот Тине дарят новое платьице и повязывают на светлые волосы голубой бант, и девочка воображает себя диснеевской принцессой, счастливо улыбается, слыша восхищенные голоса родителей и других взрослых. А вот Вэнди на новеньком велосипеде «Haro Flightline» красным, как спелое яблоко; она подбивает Тину проехаться по узенькой колее, по краю небольшого холма вдоль ручья, но Тина не хочет. Ей не хочется испачкаться в грязи, если она грохнется. Тем более ее велосипед снежно белый и чистый, как будто только с витрины и им хочется любоваться подольше. Вэнди хохочет и дразнит подругу трусихой, но Тина не обижается. Ей нравится чудачества подруги, на которые она никогда бы не согласилась. Хотя в то лето им было всего по 11 лет, Тина ценила комфорт и удобства даже на велопрогулке в небольшой роще, рядом с загородным домом, куда девчонок отправляли гостить к родне Вэнди. После того, как Вэнди все-таки свалилась вместе с велосипедом с края холма (трава и земля были еще сырыми после утреннего дождя и Вэнди не смогла управиться с рулем) озорница гордо поднималась обратно, толкая рядом велик, чумазая и грязная, но чертовски довольная собой. И такого счастливого выражения на лице Вэнди Тина еще не видела.

Воспоминания плясали у Тины перед глазами и в тоже время казались медленными и глубокими. Она вспоминала классную (ага как же — фыркает Вэнди) школьную форму светло-зеленого цвета и как отец или мама подвозят ее до школы. Детские игры на школьной площадке и похвалу за отличные оценки. Она помнила улыбку матери и расслабленное, красивое лицо отца, когда вместе они ходили в (отличные!) рестораны.

Эти воспоминания словно на крыльях подхватывали Тину, унося в самые счастливые воспоминания ее детства и юности. Тине даже показалось, что она слышала у себя за спиной шелест маховых, сильных крыльев и звук этот был даже боле умиротворяющий, чем музыка в ресторане.

ХАХАХА!!

Громкий и неожиданный смех бесцеремонно выдернул Тину из задумчивости, принося с собой испуг и удивление.

Тина аж дернулась на стуле, резко повернувшись спиной к столику и сидящей на против нее Вэнди в поисках крикуна.

Там, у дальней стены ресторана она увидела целую группу людей, сидевших за длинным столом для банкетов. Сам по себе он не особенно вписывался в атмосферу, но при этом каким-то образом казался гармоничным и… правильным. Не лишним.

Сидящие и шумевшие за столом люди тоже на первый взгляд выглядели в дорогом ресторане странно и неуместно. И дело было не в том, что все четырнадцать человек были азиатами (Тина росла свободной от предрассудков), а в том, как выглядели эти гости. Шумная толпа скорее напоминала туристов (неброская одежда; слишком шумное поведение для такого заведения, словно им не объяснили правила поведения в подобных местах; некоторые из гостей были обвешаны фото и видео камерами); в общем на вид это были обычные туристы, которых ожидаешь увидеть в двухъярусном цветном автобусе или прогуливающимися по историческим местам. Однако нет, вот они, сидят в дорогом ресторане, а их громкие (у некоторых слегка гортанные) голоса врезаются в уютную атмосферу элегантного заведения как грубые ножницы в мягкий шелк.

Некоторые из этой группы над чем-то громко смеялись; другие жарко спорили перебивая друг друга; несколько теток наклонившись друг к другу что-то обсуждали обильно жестикулируя. Длинный стол был забит всякими блюдами и напитками так, как будто это был не быстрый ланч, вписанный в график экскурсий, а специальный банкетный заказ.

Тина глядела на все это полностью сбитая с толку. Она была похожа на человека, увидевшего во дворе снеговика посреди лета. С одной стороны, очень нелепое и престранное зрелище, а с другой стороны вот же, прямо перед глазами.

Тина откровенно таращилась на группу туристов, сама, при этом позабыв манеры и правила приличия. Что-то в них ей казалось каким-то…она даже не могла подобрать подходящего слова к этой ситуации, к их виду и поведению. Активные и развязанные, эти туристы словно бы не замечали никого вокруг!

Тина уже хотела повернуться обратно к Вэнди, как краем глаза заметила, что через зал ресторана по направлению к шумному столику направляется высокий стройный мужчина. Тина не заметила откуда он появился (с той стороны зала никаких дверей вроде бы не было),