Замурованный труп - Джо Горес

— От тебя одна тень осталась.

— Я слышал, ты работаешь над моими заданиями, пытаешься разобраться в моих делах.

— Ну, ты их оставил в таком беспорядке, что сам черт ногу сломит.

Освободив Коринну, Баллард подошел к изголовью кровати. Притронулся кулаком к скуле Хеслипа, подтянул к себе ближайший стул и сел.

— Дэн хотел привезти тебе дыню, как только ты очухаешься, — сказал он. — Но я отвез его в Ист-Бей и там потерял. В последний раз, когда я его видел, он сидел за рулем красного с белым верхом «тандерберда»...

— Ты хочешь сказать, в машине Гриффина?! — воскликнул Хеслип.

— Гриффина? — поразилась Гизелла. — Вы нашли Гриффина?

— Мы нашли его машину, — сказал Баллард. — Он повернулся к Хеслипу. — Помнишь ли ты о том, что случилось ночью во вторник? — Он покосился на Уитейкера: — Или я не должен ни о чем спрашивать?

— Спрашивайте, — разрешил Уитейкер и помахал хромированными часами. Баллард вдруг подумал: «Любопытно, затаскивала ли его жена в ванну?» — Подобного рода травмы и кома сопровождаются шоковым состоянием, потерей ориентации, которые могут оказаться пагубными для пациента, — тем временем продолжал доктор. — Чем скорее он сможет без всякого возбуждения ориентироваться во времени и событиях, тем лучше для спокойствия его души.

— О нет, — тихо простонала Коринна. — И вы тоже, доктор?! Только не сегодня.

Уитейкер с извиняющимся видом вздернул плечами. Хеслип нахмурил брови:

— После того как мне сказали, что случилось, я пытался вспомнить все по порядку. Конечно же, я не мог сидеть за рулем проклятого «ягуара»...

— А помнишь, как ты разговаривал со мной по радиотелефону?

— Я помню, как изъял машину Уиллетса, я помню... да, я помню, как рассказал тебе об этом. Я должен был встретиться с тобой в конторе, верно?

— Верно.

— Останови их, пожалуйста, Гизелла, — попросила Коринна, казалось, все в ней восставало против того, чтобы Хеслип разговаривал на эту тему.

Гизелла вопросительно поглядела на Уитейкера. Не дождавшись с его стороны никакой реакции, она с кислым видом пожала плечами:

— Я в таком же напряжении, как и они, Коринна. Я хочу знать все.

— Ты помнишь, что тебе удалось сделать во вторник по делу Гриффина? — спросил Баллард.

Хеслип помнил. Утром он видел Лео в гараже «Джей. Ар. Эс», получил в Конкорде адрес дома на Калифорния-стрит, однако для поездки туда, казалось, не было особых оснований. Обычно в таких случаях Хеслип передавал дело оклендскому офису, но в этом конкретном случае он опасался, что другой детектив может не проявить надлежащего рвения в расследовании столь безнадежного, казалось бы, дела, как дело Гриффина.

— Ты говорил с девушкой по имени Шери? — спросил Баллард.

Хеслип не говорил. Он расспросил домохозяйку, узнал от нее о случившейся с «тандербердом» аварии, отправился к конкордским полицейским и выяснил у них, в какой гараж отбуксировали машину после аварии в канун Рождества. Баллард только покачал головой. Господи! Такого детектива, как Барт, поискать. Он сделал именно то, что от него требовалось.

— Остановите же их, доктор, — продолжала настаивать Коринна.

Взглянув на часы, Уитейкер задумчиво кивнул:

— Да, время позднее, и он нуждается в отдыхе.

— У этого типа в гараже был почтовый адрес Гриффина.

Этот адрес Балларду удалось выяснить лишь окольным путем, через страхового агента Харви И. Уаймана. У дома Биглера Хеслип увидел играющих ребят и поговорил с ними. Они хорошо знали о «тандерберде», знали, что водит его человек по имени Хоуи, бывший заключенный. Он дождался, когда Шарон вернулась из прачечной самообслуживания, и сказал ей, будто он — только что выпущенный из тюрьмы заключенный, и она дала ему адрес пансионата в Конкорде. Вот так просто. Как другу Хоуи...

— И ты даже поговорил с Одумом, — с чувством полного самоуничижения сказал Баллард. Это был даже не вопрос, а утверждение.

— Я думаю, достаточно, — сказал Уитейкер.

Хеслип и Баллард беспокойно пошевелились: оба они пребывали в том особом мире, куда закрыт доступ Коринне, потому что она не обладала тем охотничьим инстинктом, присущим обоим мужчинам, Гизелла и, конечно, в наиболее сконцентрированном виде, Кёрни.

— Я поговорил с ним, — быстро сказал Хеслип. — Мне не удалось выжать из него ничего; он сказал, что купил машину в апреле у какого-то парня, с которым познакомился в баре. По всей видимости, это был Гриффин. Вот только описание было какое-то странное... — Он запнулся, что-то напряженно припоминая.

Баллард с виноватым видом поднялся, не хватало, чтобы кома повторилась, да еще из-за него.

Хеслип снова нахмурился:

— Мне все-таки кажется, что на обратном пути я где-то останавливался.

— А теперь все проваливайте, — неожиданно серьезным тоном сказал Уитейкер. Он повернулся к Коринне, которая торжествующе просияла. — Даже ты, моя любовь, моя сладость. Кризис миновал. Кыш!

— Но он же нуждается во мне... он...

— Уходите все, все, все, пока сестра не обратилась с жалобой на меня в Американскую медицинскую ассоциацию.

— ... Еще помню, как я разговаривал с полицейским по поводу изъятия машины Уиллетса, — сонно продолжал Хеслип. — Я... я оставил эти проклятые бланки за козырьком «плимута».

— И ты пошел за ними, — подсказал Баллард. — Что дальше?

— А ничего, — огорченно произнес Хеслип. Его веки уже смыкались. — Я пошел за ними... повернулся... И очнулся уже в пятницу.

Баллард с покорным видом направился к двери, но Гизелла вдруг заупрямилась. Она принялась объяснять, что это их долг — выяснить все, что помнит Барт о случившемся во вторник, но Уитейкер лишь помотал головой:

— Он никогда этого не вспомнит, дорогая. Никогда. Я удивлен, что он вспомнил все, происшедшее с ним вплоть до последнего момента. Это бывает очень редко. Только поразительно ясный ум может столь успешно преодолеть защитную стену забвения, которую воздвигает сама природа.

Он замолчал, и на его лице появилось блаженно-лукавое выражение. Затем он в величественном классическом жесте простер вперед руку. Казалось, он показывает на обычный в таких сценах ослепляющий буран.

— Пусть никогда отныне не ляжет твоя тень на мой порог, — обратился он к Гизелле громовым викториански-торжественным голосом. — Я не отец твоих детей!

— Доктор! — выдохнула остроглазая сестра, куда-то направлявшаяся по своим делам.

Но Уитейкер плотно закрыл дверь за ними всеми.

— Он не понимает! — горестно воскликнула Коринна. — Барт нуждается во мне, он будет плохо спать, он...