Гамбит пиковой дамы - Георгий Ланской

– Это что? – спросил Змей, обводя пальцем скудный интерьер. Прямо над головой у него одиноко светилась, бросая блики на его лысину, лампочка на длинном шнуре, лишенная мало-мальского абажура.

– Что тебя удивляет? – раздраженно спросила я. – Мой вынужденный аскетизм?

– Ты что, реально профукала пять миллионов долларов? – удивленно спросил он.

Я закатила глаза.

– Вы идиоты, – констатировала я. – Сто раз говорила вам, что ничего не брала.

– Но… Ты же скрылась… тебя столько народа искали… Это невозможно без денег…

– Помнишь момент, когда я уходила? – прервала я. – У меня были деньги. Примерно триста тысяч долларов. Эти деньги муж выручил от продажи бизнеса, машины, плюс наши сбережения. На эти средства я и жила все время.

– Чего же тогда ты вернулась? – вкрадчиво спросил Змей.

– Деньги кончились, вот и вернулась, – устало ответила я. – Скрываться, знаешь ли, удовольствие дорогое, особенно за границей. Я же все-таки не преступница, опыта в таких делах у меня нет. Да и нервов не хватит вздрагивать при виде каждого ажана.

– Значит, деньги кончились, и ты вернулась? – со странной интонацией повторил Змей.

– Ну а зачем, по-твоему, я на работу устроилась, имея в загашнике пять миллионов долларов?

– Кто тебя знает? – вздохнул Змей и уселся рядом на диван. – М-да, Алиса Геннадьевна, запутала ты меня совсем. Серьезно, что ли, у Левиных случайно оказалась? И никакого отношения к их делам не имеешь?

– Я даже не знаю, чем они занимаются. И, честно говоря, не хочу знать.

Змей прищурился.

– И не имеешь представления, почему в Андрея стреляли? – недоверчиво спросил он. – Прямо вот никакого представления? И козырей никаких в рукавах не прячешь?

Кое-какие карты я все-таки в рукавах прятала, вот только помогать Змею не было ни малейшего желания. К тому же подслушанная мною беседа вообще могла не иметь никакого отношения к делу. Потому я пожала плечами и не ответила.

– Ладно, – резко сказал Змей и хлопнул себя ладонями по коленям. – Поехали к Левиным, на месте разберемся.

– Может, без меня?

– Давай-давай, двигай ножками, – возразил он и, увидев, что я не двигаюсь с места, резко добавил: – Пинка для скорости дать?

– Можно, я хотя бы переоденусь? – попросила я. – Холодно же…

Тут он впервые посмотрел на мои туфли и милостиво кивнул. Я вытащила из шкафа свитер, джинсы, носки и обернулась.

– Выйди, пожалуйста.

– Еще чего, – осклабился он. – Выйду, а у тебя ледоруб в шкафу. Грохнешь меня, как Троцкого.

– Нет у меня ледоруба. Выйди, я прошу.

– Сказал – нет. Переодевайся при мне.

Я стиснула зубы от злости и, повернувшись к нему спиной, медленно стянула платье, под которым, кроме трусиков и чулок, ничего не было. Припомнив его слова, я пожалела, что не обзавелась ледорубом. Так бы и тюкнула по темечку…

Я сняла один чулок, сползший с ноги, как змеиная кожа, и стала стаскивать второй. Потеряв на миг равновесие, покачнулась, неловко взмахнула руками. А когда подняла взгляд, увидела в отражении зеркала Змея, бесшумно подкравшегося ко мне сзади. Его грубые руки схватили меня за грудь и с силой потянули к себе.

– Что… – прохрипела я, но Змей не дал договорить. Дальнейшее напоминало кошмар. Я вырывалась, кричала и пыталась впиться ногтями в его глаза, но все было тщетно. Смирившись с рывками его мускулистого тела, я беззвучно рыдала, мечтая, чтобы все кончилось как можно скорее.

Я очнулась в ванной, под струями воды, жалкая, истерзанная, напуганная. Тело болело, словно перемолотое в мясорубке. Скула, куда ударил Змей, противно ныла. Я остервенело терла себя мочалкой, желая избавиться от его запаха, резкого и мускусного. Вода все лилась и лилась, а в голове вертелась недавно услышанная песня, за которую я цеплялась, как утопающий за соломинку.