Эпоха Отрицания - Олен Стейнхауэр

Из-за демонстрантов, заполонивших городские улицы вокруг здания мэрии, путь от клиники до периферийного отделения ФБР, расположенного в Вэнс-билдинг на Третьей авеню, занял больше часа. По дороге она слушала по радио интервью с членом Палаты представителей Дианой Трамбл, которая лишь недавно вернулась в Конгресс после полученного прошлым летом огнестрельного ранения. Выразив признательность за аплодисменты, которыми ее встретили в Конгрессе, она тем не менее не стала скрывать своего недовольства тем, что расследование в отношении компании «Плейнс Кэпитал» прекратилось через считаные недели после того, как был убит Пол Хейнс, а сама она оказалась в госпитале. Законодатели предпочли старому расследованию новое, которое вело ФБР в отношении «Бригады». «Весьма циничный шаг со стороны коллег, получающих финансирование с Уолл-стрит, – с горечью в голосе заявила Диана. – Террористы могут поломать нашу повседневную жизнь, но они не должны сломить правосудие. Не допустим, чтобы уклоняющиеся от налогов международные спекулянты получили выгоду от трагедии четвертого июля прошлого года».

– Аминь, сестра, – сказала Рейчел. Четвертое июля… ну не смешно ли? «Бригада» не только поставила себя вне закона, но и сорвала одно из немногих правительственных расследований, направленных на то, чтобы заставить продажных банкиров платить за совершенные ими преступления.

Провожаемая взглядами коллег, Прю, хромая, направилась в свой офис на пятом этаже. Боль напомнила о себе острым укором от утренней терапии, но за последние полгода Рейчел научилась не только управлять гневом, но и владеть лицом, а потому, кроме легкого подрагивая мышц в уголках ее глаз, никто ничего не заметил. Спецагент Макс разговаривал с двумя посетителями в своей застекленной кабинке. Пола и Чак с чашками кофе в руках разом замолчали, когда Рейчел проходила мимо. Сидевший в своем закутке Генри поднялся ей навстречу.

– Вот же дерьмо, да? Публикуют доклад?

Последние четыре месяца он только тем и занимался, что набивался ей в друзья, но Бюро – не совсем удачное место, чтобы заводить себе приятелей…

– В итоге мы сдались, – сказала Прю.

– Или, может быть, получили, что хотели, – пошутил Генри.

– Рейчел? – Она обернулась и увидела серое, нездоровое лицо выглянувшего в коридор Макса. – Зайдешь на минутку?

Ей пришлось снова повернуться и, скрывая боль, пересечь этаж. Боль в конце концов пройдет, а вот с хромотой ничего не поделаешь. Вот и доктор сказала, что лучше и не пытаться. То, что есть, так и останется…

Прю вошла, посетители поднялись, и Макс представил их: Сара Вейл и Лайл Джонсон, оба из штаб-квартиры. Все обменялись рукопожатиями. У Джонсона, по-военному угловатого, были тронутые сединой усы. Глядя на него, Рейчел отметила про себя, что мало кто из знакомых ей мужчин носит усы. Смуглая Вейл старалась расположить собеседницу к себе щедрыми улыбками, а вот Лайл явно считал такое натянутое дружелюбие пустой тратой сил.

– Мы насчет доклада о «Тяжелой бригаде», – сказал он.

– Вы по поводу всей этой истории с рассекречиванием? – спросила Рейчел, опускаясь на свободный стул и маскируя своим вопросом внезапную боль.

– Можно и так сказать, – подтвердила Сара. – За последние месяцы народу сгорело немало, и нам вовсе не нужны дополнительные потери после публикации доклада.

Рейчел поняла, что им нужно. Два высокопоставленных сотрудника Бюро уже подали в отставку, попавшись на неоднократной лжи перед камерой, а поскольку утечки в прессу продолжались, первым пунктом в повестке дня в штаб-квартире ФБР будет гарантия занятости.

– Могли бы не дурачить публику последние полгода. Потому-то мы и оказались в такой ситуации, – заметила Прю.

– Если бы да кабы, – улыбнулась Вейл. – Давайте не будем сыпать соль на раны.

– Если бы мы этого хотели, то начали бы с вопроса о ваших собственных контактах с репортерами, – добавил Джонсон.

Рейчел сердито посмотрела на него.

– Обвиняете меня в чем-то?

– Нет, он ни в чем вас не обвиняет, – заверила ее Сара.

– Я всего лишь высказываю свое мнение, – пожал плечами Лайл. – Без ошибок никогда не обходится. Все дело в том, во что это выливается потом.

Бедро Прю, которое после операции исправно функционировало в качестве детектора чуши, запульсировало. Сказать, что ее совсем не интересовало, зачем к ней явилась эта парочка, было бы все же неправдой. Кроме того, когда дело касалось штаб-квартиры, некоторый уровень упомянутой чуши присутствовал всегда.

– Кто вас ко мне направил? – спросила Рейчел.

– Никто, – сказала Вейл. – Нас просто попросили убедиться, что оглашаемая Бюро информация согласуется, насколько это возможно, с фактами. Вы ведь были в центре всего происходившего.