Желанное дитя - Лиза Скоттолайн

Кристина отпила воды и нажала кнопку отбоя на телефоне. Ей было куда лучше сейчас, после салата и картошки фри, которые они купили в «МакАвто». А теперь они сидели в машине, припаркованной на улице рядом со зданием суда Вест-Честера – очаровательного маленького городка с броскими витринами магазинов, ресторанчиками с уличными столиками и крошечным деловым центром, в котором было слишком много улиц с односторонним движением. Городок располагался при Университете, поэтому Кристине он напоминал ее родной город, в котором она выросла – Мидлтаун. Они добрались сюда за час и всю дорогу звонили криминальным адвокатам, номера которых Лорен смогла найти в интернете. К сожалению, было уже пять тридцать, субботний вечер – никого из юристов на месте не оказалось.

Кристина устало вздохнула. Она только что позвонила уже шестому по счету адвокату – и снова не получила ответа, пришлось оставить сообщение на автоответчике.

– Я с ума сойду сейчас от этого. У нас есть еще номера телефонов?

– Всего несколько. Смотри. – Лорен кликнула на другой сайт, потом показала ей экран телефона, не переставая при этом жевать. На заднем сиденье машины валялись салфетки, использованные одноразовые упаковки кетчупа и рваный белый пакет.

– Давай сюда. – Кристина ткнула в номер Мелинды Норейт, эсквайра, которая, если верить сайту, была практикующим адвокатом вот уже двадцать два года и защищала в суде Честера преступников всех мастей, включая, насколько Кристина поняла, конокрадов. На здании суда, кстати, красовалась бронзовая табличка, из которой явствовало, что оно являлось одним из трех зданий, основанных в 1682 самим Уильямом Пенном.

– Не могу поверить, что мы этим занимаемся.

– Ищем ему адвоката? Но ты ведь слышала его. Он сказал, что скажет нам все, что нам нужно, если мы ему поможем. И завтра я найду способ выяснить, является ли он Донором 3319.

Кристина потянулась, а гудки в трубке вдруг закончились, но при этом автоответчик не включился.

– Мелина Норейт, – произнес усталый женский голос.

– Да, здравствуйте! – в Кристине вновь проснулась надежда. Она быстро включила громкую связь, чтобы Лорен тоже могла слышать разговор. – Я звоню от имени Закари Джефкота, ему нужен криминальный адвокат. Он…

– Серийный убийца, который убил Гейл Робинбрайт.

– Предположительно, – ответила Кристина с удивлением. – Вы сможете представлять его интересы?

– Нет.

– Но вы практикующий криминальный адвокат, разве нет?

– Да. Но я слишком занята. Именно поэтому я сижу на работе вечером в субботу, – Норейт помолчала, потом добавила: – у вас не получится нанять для него адвоката здесь.

– Почему?

– Вы сами местные?

– Нет.

– Что ж… Вест-Честер маленький городок, а маленькие городки слухом полнятся. Здесь все всё про всех знают. У Гейл Робинбрайт было много друзей, она работала в местной больнице. Вы что, не видели на улицах города людей с белыми траурными повязками?

– Нет, мы только что приехали в город.

– Адвокат, который возьмется защищать ее убийцу, никогда больше не получит ни одного дела в этом городе. Он станет парией. Изгоем.

Кристина не отступала.

– Но что, если Закари Джефкот невиновен? Разве он не имеет права на защиту?

– Теоретически – да, но в этом бизнесе…

Норейт не закончила фразу.

– Вы можете порекомендовать кого-нибудь, кто мог бы за него взяться?

– Знаете, к кому я бы попыталась обратиться? Францис Ксавьер Гриффит. Его еще называют Гриф. Он уже почти не работает, но он лучший.

Кристина насторожилась.

– А он… местный?

– Да.

– Но если никто из местных не возьмется за это дело – с чего бы браться ему?

Норейт хмыкнула.

– Позвоните ему. Сами поймете. Только не пугайтесь его странностей.

– Ладно. – Кристина начала искать в телефоне вебсайт Грифа. – Спасибо.

– До свидания.

Кристина отключилась, нашла сайт, точнее сказать – скелет сайта, без единой фотографии, но все же набрала номер – и после всего нескольких гудков на том конце провода взяли трубку.

– Гриф, – ответил грубый мужской голос.

– Да, здравствуйте, – Кристина представилась, потом сказала: – Я звоню от имени Закари Джефкота, которому нужен адвокат. Он обвиняется в убийстве Гейл…

– Я знаю, кто он такой. Я старый, но пока еще в своем уме. А вы кто? Вы член семьи?

Кристина вздрогнула. Она ведь и правда в некотором роде была членом семьи… пусть и не в совсем обычном смысле этого слова.

– Я фрилансер, журналист, и я…

– Боже, дай мне силы. Журналисты – это ужасно. Фрилансер… это значит, что вы никому особо не нужны.

Кристина и Лорен обменялись взглядами.

А Гриф продолжал:

– Я слышал, у Джефкота есть ОЗ.

– ОЗ? – Кристина не знала, что такое ОЗ. В ее понимании ОЗ могло означать что угодно – от волшебника страны ОЗ до «острого заболевания».

– Общественный защитник.

– А, да, но он хотел бы частного адвоката. Вы могли бы его защищать?

– Не знаю. Я вообще пытаюсь отойти от дел. Мои дочери утверждают, что если я это сделаю, то доставлю этим неприятности куче людей. А как по мне – так я и так доставляю слишком много неприятностей. Так-то.

Кристина не знала, как на это реагировать.

– Ну… пожалуйста, не отказывайтесь, потому что нам очень нужен адвокат!

Гриф тяжело вздохнул.

– Такие дела по телефону не делаются. В понедельник утром приходите.

– А можно сейчас? Просто у меня есть возможность только на выходных. Я вижу, ваш офис располагается на Маркет Стрит. Мы сейчас в вашем городе, рядом со зданием суда.

– Тогда приезжайте поскорее, пока я не передумал.

– Встретимся в пять… – начала было Кристина, но он уже повесил трубку.

Через пять минут Кристина и Лорен сидели в офисе, который так же сильно отличался от офиса Гэри Леонардо, как отличается логово льва от мышиной норки. Контора Ф. К. Гриффита, эсквайра, располагалась в единственной комнатке на задах первого этажа многоэтажного жилого дома – Гриф, судя по всему, арендовал ее у какого-то агентства. Сама комнатка была средних размеров, квадратная, с единственным окном напротив входа, длинными коричневыми книжными полками, здесь же и серый сейф с бумагами, широкий письменный стол со старым компьютером и два бурых кожаных кресла напротив стола, в которые и опустились Кристина и Лорен. На полках стояли фотографии улыбающихся членов семьи Грифа, а также книги и справочники по юриспруденции в кожаных переплетах, изрядно потрепанные и потертые. На стенах висели разные дипломы и сертификаты, датированные аж семидесятыми годами двадцатого века.