Неудобная женщина - Стефани Бюленс

Я никогда еще не слышала такой тревоги в голосе Клэр. Ее мучают угрызения совести. Она бездействовала, и в результате кто-то пострадал. Подробностей я не знала, да они и не были нужны.

Не важно, что сделала или не сделала Клэр. Главное, что она из-за этого переживала. И было самое время привести в действие мой план по ее изобличению.

Нужно было воспользоваться моментом, так что я быстро села в машину и отправилась в больницу.

Клэр ждала меня в столовой. В руках она вертела чашку кофе. Нервы на пределе, глаза лихорадочно блестят.

— Я должна была что-то сделать, Слоан, — сказала она.

— Расскажи мне, что случилось.

— Здесь Марго, моя ученица, — сказала Клэр. — Ее избил муж. Я знала, что это случится, и ничего не сделала. А теперь…

Ей явно было стыдно за свое бездействие. Она была одновременно зла на себя и разочарована.

Будь я другом Клэр, я бы взяла ее за руку и сказала, что она ни в чем не виновата. Но я ей не друг. Мне нужно, чтобы она винила себя в избиении, укоряла себя за бесхребетность, нерешительность, несвоевременность.

Поэтому я хранила молчание, пока Клэр раскрывала подробности. Она рассказала, как увидела синяки на лице Марго и сразу поняла, откуда они взялись: это ее муж. Она подумала, что нельзя оставлять это без внимания, возможно, стоит дать Марго номер горячей линии. Но она не сделала ничего. И вот Марго находится на волоске от смерти.

Я просто слушала: нужно было, чтобы Клэр поварилась в собственном соку. Поддержать ее — значит снизить уровень внутреннего напряжения.

Под конец Клэр добавила:

— Я хочу видеть Марго.

Мы поднялись на лифте на пятый этаж и прошли по коридору к палате, где лежала женщина без сознания. Выглядела она так, словно стала жертвой автокатастрофы — или безжалостных побоев.

— В этом моя вина, — сказала Клэр.

Ее самобичевание достигло максимума.

— Пойдем вниз, — ответила я. Мы развернулись и направились к лифту.

Вернувшись в столовую, я намеренно подвела ее к столику в дальнем углу.

По дороге я молчала.

Мы сели, и Клэр сложила руки на груди.

— А что теперь будет? — спросила она.

— В каком смысле?

— Ее мужа арестуют?

— Возможно, он уже арестован.

— И что дальше? Он пару ночей проведет за решеткой?

— Есть несколько вариантов.

— От чего это зависит?

— По большей части, от того, насколько твоя ученица готова выдвинуть против него обвинения.

Клэр покачала головой.

— Если она к нему вернется, все повторится.

Она с возмущением посмотрела на меня.

— На это они и надеются! Что ты скажешь себе: это случилось всего один раз. Никогда такого не повторится. Им нужно, чтобы мы верили в эту ложь. Они знают, что мы не сможем им помешать.

Вот оно, подумала я.

— Любого можно остановить, — заметила я будничным тоном. — Но иногда это влечет за собой серьезные последствия.

И продолжила, как будто просто вспоминала случаи из практики:

— Как-то одна женщина убила мужа. Он избивал ее годами. И вот однажды она схватила нож и перерезала ему горло, пока он валялся пьяный на диване в гостиной. Она думала, что этим дело и кончится. Но нет. Это было убийство — она провела пятнадцать лет за решеткой. То же самое может случиться с Марго.

— Марго уже в тюрьме, — мрачно возразила Клэр. — Она ни на один день не может забыть, что ее муж жив и волен делать все, что ему вздумается.

Помедлив пару мгновений, я расставила ей заранее подготовленную ловушку.

— Есть способ помешать мужчине получить желаемое, — сказала я. — Но это работа не для женщины. То есть не для жены.