Призрак кургана - Юхан Теорин

И что тогда будет? Вчера Каспер дал ему прокатиться на мопеде, а если они узнают, что он выдал дядю Кента… даже думать неохота.

И он покачал головой:

– Нет. Никому.

– И никто тебя не спрашивал про Петера Майера?

– Не-а, – быстро ответил Юнас.

Наверное, слишком быстро. Герлоф отмахнулся от мухи и уставился на него еще пристальнее:

– Ты нервничаешь, Юнас… У тебя все в порядке?

– Не сказать, чтобы…

– Ab чем дело?

Юнас тяжело вздохнул. За последние дни он испытал столько страхов, что просто не мог не поделиться хотя бы одним из них. Тем более с Герлофом – старик знал всю историю лучше, чем кто-либо другой.

– Я видел призрак у могильника.

– Ла?

Герлофа новость, похоже, вовсе не испугала.

– Я видел его. Он вышел из кургана.

– Вот как… – Герлоф улыбнулся. – А я-то слышал, там дракон живет. Двенадцать метров длиной и весь зеленый – от кончика носа до хвоста.

Юнас на улыбку не ответил. Нечего его держать за ребенка. Он прекрасно знает, что никаких драконов не бывает. В мире есть и другие вещи, пострашнее драконов.

Герлоф тоже перестал улыбаться. Он утвердил клюшку в траве, проверил, надежно ли, и встал:

– Лавай пройдемся, Юнас.

Они прошли к дальнему концу сада, откуда убегала тропинка в заросли кустарника и дальше, на луг. Через несколько метров Герлоф остановился:

– Посмотри-ка, Юнас.

Юнас повернулся – деревянная башня. Лоски, если и были когда-то покрашены, выгорели и приняли серовато-белый жемчужный оттенок.

Он прекрасно знал, что это за сооружение. Ветряная мельница. Точно такая же стояла за рестораном, только та была в виде шестигранной пирамиды и совсем недавно заново выкрашена в темно-красный цвет. А эта вот-вот развалится. В стенах дыры, крылья сломаны. И стоит на подставке, как будто ребенок по ошибке поставил большой кубик на маленький.

– Мельница.

– Нет-нет… вон там, подальше.

Герлоф показал палкой. Справа от мельницы лежала небольшая куча круглых камней, почти заросшая высокой травой.

– Видишь? Вот это могильник. Настоящий могильник, его насыпали на могиле какого-нибудь вождя бронзового века.

– Ну да?

– Не «ну да», а точно. Твои предки, Эдвард, Сигфрид и Гилберт Клосс, устроили здесь раскопки в двадцатые годы. Думали, золото найдут. Уж не знаю, нашли или не нашли, но, пока копали, кому-то пришла в голову мысль, что могильник будет смотреться лучше, если его насыпать на их земле, у моря, прямо на обрыве. Представляешь: заходит солнце, скала, а на ней – могильный курган. Десять телег национальной романтики.

– А что это такое?

– Национальная романтика? Это… как бы тебе сказать… люди пытаются найти в прошлом, чем бы они могли гордиться сегодня. Если, конечно, сегодня гордиться нечем. Викинги, герои… старинные предания. Все, чтобы доказать, какая у них героическая, древняя и превосходящая всех остальных нация… Вот, значит, братья подогнали штук десять телег с волами и отвезли полкургана себе в поместье.

Юнас молча слушал, хотя и не все понял.

– Вот… новый курган около вашей виллы – никакой не старинный могильник. Декорация. А ты видел бункер в скале? На откосе?

– Видел… там стальная дверца. Ржавая.

– Вот-вот… и ты думаешь, стали бы военные инженеры сооружать бункер прямо под старинным могильником, если бы это и в самом деле был могильник? Никто бы не разрешил, да и у самих совести бы не хватило.

Юнас молча покачал головой – конечно, никто бы не разрешил.

– Ни за что, – еще раз подтвердил Герлоф. – Но поскольку всем известно, что это никакой не могильный курган, а декорация, – пожалуйста, стройте ваш бункер. Хоть три.

Он еще раз посмотрел на невзрачную кучку камней.

– А уж кто боялся привидений, так это я… Старики пугали – дескать, ночью мимо кургана не ходи. Призраки задушат. Схватят невидимыми ледяными руками и стиснут так, что и дух вон.

– А вы и сейчас их боитесь? – тихо спросил Юнас.

Герлоф без улыбки посмотрел на мальчика и покачал головой:

– Сейчас – нет. Думаю, самые жуткие и непонятные вещи можно объяснить. Раньше, например, люди божились – своими ушами слышали, как привидения стонут в альваре, а кто-то набрался смелости и пошел проверить. Оказалось, голодные лисята. Сидят в своей норе и просят, чтобы мать их накормила.

Юнасу стало спокойней. Замечательный старик Герлоф. На все у него есть ответ.

Они вернулись в сад. Юнас по привычке осмотрел штанины – не прицепился ли клещ? На пастбищах они чуть не на каждой травинке сидят.

Герлоф сел в свое кресло и закрыл глаза – хватит на сегодня. Но Юнас не унимался:

– Я точно видел, кто-то там стоял.

Герлоф медленно разлепил веки:

– Я тебе верю, Юнас. Но это наверняка был живой человек. Турист какой-нибудь. А другой его снизу фотографировал.

– Но он был, как вы… очень старый. А потом исчез. Как сквозь землю провалился.

– И как он выглядел?

– Седой, в темной рубахе. Точно как тот… в рубке.

Герлоф выпрямился в кресле и внимательно посмотрел на мальчика.

– Ты себя нормально чувствуешь, Юнас? – спросил он заботливо. – Понимаешь, вся эта жуть, что тебе пришлось пережить… У меня тоже было такое в жизни, когда мне было пятнадцать. Человек умер от инфаркта прямо у меня на глазах. Единственное утешение – все в этой жизни проходит. Становишься старше. И новые, приятные переживания постепенно вытесняют старые… менее приятные.

Юнас понимающе кивнул.

Поскорее бы дождаться приятных переживаний.