Все это правда - Лиджия Дей Пенафлор

– Она ведь обманщица, правда?

– Из-за журнала?

– Ну да. А что, разве не обманщица?

– Не знаю. С журналом, конечно, нехорошо получилось. Можно сказать, настоящая подстава. Ты сама видела, как я удивился, когда прочитал ту статью. Но можно ли считать из-за этого Фатиму обманщицей? Не обязательно.

– А как же история про старушку на платформе и песню Конвея Твитти?

– Ну, такое вполне могло быть на самом деле. Может, тот случай как раз и помог ей сформулировать основные принципы теории.

(Молчит.)

– Что такое, Пенни?

– Если бы только знать наверняка…

– Что знать?

– Нужно ли мне ее ненавидеть.

– (После паузы.) Ты скучаешь по ней?

(Пожимает плечами.)

– Я понимаю, ты злишься. Но это не значит, что ты не можешь скучать по ней и по тому времени, которое вы провели вместе.

– Да, иногда я скучаю по ней и по киновечерам.

– Вот я как раз хотел спросить про киновечера. Она посвятила им множество сцен в романе. Много ли там правды?

– Да, там все правда. (Думает, улыбается.) Киновечера – настоящая суть жизни. Мы смотрели «Плезантвиль», «Одержимость», «Рокки» и другие фильмы.

– «Рокки»? Неужели?

– Да, самый первый фильм. Я знаю, их там много. Вы знали, что Рокки написал черновик сценария за три дня? В смысле, Сильвестр Сталлоне.

– Нет, не знал. Просто поразительно.

– Вот-вот, представляете? У него было всего сто шесть долларов на счете, а его жена ждала ребенка, так что он написал сценарий и уговорил продюсеров снять по нему кино.

– Вот это да.

– Его история успеха очень вдохновляла Фатиму. Она называла его «темной лошадкой», потому что, глядя на него и слушая, как он разговаривает, ни за что не догадаешься, что он такой умный.

– Это точно. Я всегда забываю, что Сталлоне сам написал сценарий.

– Еще она сказала, что не стоит недооценивать голодных.

– Да уж. Чистая правда.

– А еще она сказала – мы не должны стыдиться того, что нам нравится, – музыки, одежды, сериалов и фильмов, даже если другие считают их глупыми, бездарными и легкомысленными. Творческие люди способны черпать вдохновение из чего угодно.

– Даже из шоу «Холостяк».

– Что? (Замолкает.) Ой…

«Искупление Брэди Стивенсона»

ФАТИМА РОУ

(отрывок)

– Ну, расскажи же мне наконец, как там у вас с Брэди. – Тора прыгнула на кровать и уселась, скрестив ноги. – Я просто умираю от нетерпения.

– Дела налаживаются, – начала Санни, присев на край кровати. – Мы встречались во время ланча в художественном классе, я работала там над моим арт-проектом. Хочу закончить его к Рождеству. Я уже не знала, что туда добавить, а Брэди принес мне фото своей входной двери.

– Как мило. Здорово, когда твои близкие поддерживают тебя в твоих творческих начинаниях. Очень непросто найти такого парня, уж поверь мне. Большинство мужчин думают только о себе и о деньгах. Я, я, я – вечно одно и то же. Ну, так что еще? – спросила Тора, похлопав Санни по колену.

– Ну… – Санни прикусила губу. – Мы целовались за стеллажом с невостребованной керамикой.

– Ага! Я так и знала! Из вас обоих просто прет сексуальная энергетика! – воскликнула Тора. – Так в чем проблема? У тебя такой вид, будто тебя вот-вот стошнит.

– Я просто не уверена, что это правильно, – задумчиво произнесла Санни. – Ну, в смысле, после того кошмара, через который ему пришлось пройти. Каждый раз, когда мы вместе, он как будто пытается сбежать от своих проблем. Может быть, ему нужна психологическая помощь. Ты знаешь, он демонстрирует классический случай отрицания. Потому что, если мы просто избегаем упоминания о глубокой психологической травме…

– Стоп. – Тора взяла Санни за руку. – Если ты не прекратишь заниматься психоанализом и цитировать учебник по психологии, я тебя выгоню. Я серьезно – здорово, что ты стараешься узнать больше, но тебе нужно перестать мыслить рассудочно. Пора уже доверять своим чувствам.

– Ладно. – Санни уронила голову на руки. – Уф-ф. Когда он рядом, я забываю обо всем. И от этого мне как-то не по себе.

– Из-за чего тебе может быть не по себе? Ты забыла, с кем говоришь? С автором почти что автобиографического романа о девушке, которая занимается сексом, чтобы забыть о том, что ее мать смертельно больна. – Тора потрясла Санни за плечи. – Очнись!

– О господи, – сказала Санни. – Я идиотка.

– Вовсе нет. Но я понимаю, что ты чувствуешь. Мы с тобой очень похожи. Знаешь, отношения, которые я описала в «Погружении», – это урок, который мне пришлось выучить в реальной жизни. Благодаря им я окрепла и повзрослела. – Тора откинулась на подушки. – Ты хочешь найти учебник, где будет написано, что правильно, а что нет, чтобы быть уверенной, что никто не пострадает. Такого учебника не существует. Ты либо устанавливаешь с ним связь на подлинном уровне – а это единственный способ прожить осмысленную жизнь, – либо нет.