Тот, кто умрет последним - Джеймс Гриппандо

Пора узнать побольше об Алане Сирапе.

Вечером в четверг Джеку позвонил Татум, а рано утром в пятницу Джек узнал, что все пять наследников получили по такому же письму. И все же никто, казалось, не знал, кто такой Сирап или по крайней мере никто не хотел поведать о том, что им о нем известно. Джек договорился о ленче с Вивиен Грассо. Как адвокат, составлявший завещание Салли Феннинг, и как управляющая ее наследством, Вивиен была обязана найти всех наследников. В связи с последним письмом Джек хотел выяснить, каковы результаты поисков Алана Сирапа к настоящему времени.

– Какое-то странное письмо, – сказала Вивиен.

Джек показал ей письмо, полученное Татумом, и она быстро прочитала его.

Джек, делавший вид, что читает меню, поднял глаза. «Старый Лиссабон» был его любимым португальским рестораном в Майами, и на ленч он всегда заказывал фирменное блюдо – моллюска, приготовленного на гриле с картофелем по-французски. Это блюдо предпочитали отнюдь не все, но его предпочитал каждый, кому надоели обычные «пятничные» кальмары, панированные, сильно прожаренные и потопленные в большом количестве соуса «Маринар», то есть приготовленные таким способом, каким можно превратить во вполне съедобное блюдо даже хоккейную шайбу.

– «Странное» – это только одна сторона дела, – заметил Джек. – На ум приходит и еще одно слово: «пугающее».

Вивиен устало улыбнулась и вернула Джеку письмо.

– Ну-ну, Джек, что-то подсказывает мне, что твой клиент далеко не из пугливых.

– А я подозреваю, что и ваша клиентка из этой категории.

– Салли прожила тяжелую жизнь. Но так и есть: она была достаточно крутой.

– Хорошо ли вы ее знали?

– Хорошо ли мы вообще знаем своих клиентов?

– Одних лучше, чем других.

Вивиен выжала дольку лимона в свой чай со льдом.

– Я имею дело с очень богатыми клиентами. Большинство из них весьма тщательно оберегают от посторонних свою частную жизнь. Салли в этом отношении ничем не отличалась от других.

– Итак, вы говорите, что…

– Я знала ее настолько хорошо, чтобы составить ей завещание. Вот что я говорю.

Официант принес им свежевыпеченный хлеб и тарелку с оливковым маслом, куда его можно было макать. Джек отломил кусок, но разговор продолжал:

– Вивиен, вы много лет знакомы с моим отцом. Почти столько же лет вы знаете и меня. Поэтому вам должно быть известно, что я не лгу, говоря, что все, сказанное вами, останется строго между нами и вот этим моллюском, правильно?

– Ну, дружок, начинается.

Джек улыбнулся, потом серьезно спросил:

– Кому принадлежит идея затеять эту нездоровую игру на выживание наиболее жадного? Самой Салли Феннинг?

Вивиен стучала пальцами по столу, словно решая, как лучше ответить на этот вопрос и отвечать ли вообще.

– Я не хочу ставить вас в неудобное положение, но происходит нечто важное.

– Все в порядке. Честно говоря, мне совсем не по душе, чтобы ты, а тем более твой отец думали, будто я способна позволить втянуть себя в какую-то игру, связанную с кровавой местью. Поэтому послушай. Я согласна с тем, что составление чернового варианта завещания Салли Феннинг, по которому все ее состояние получает последний из шести наследников, оставшийся в живых, весьма нетривиально. Но я никогда не подозревала, что частью плана Салли были угрозы и телесные увечья.

– Так в чем состоял план?

– Вот как я восприняла это. Деньги никогда не приносили ей ничего приятного. Когда она в них нуждалась, их у нее не было. Когда деньги у нее появились, они не сделали ее счастливой.

– К такому же выводу пришел и я.

– Что касалось Салли, то она хотела разделить проклятие с людьми, которых она не любила. По тому, как мы сформулировали завещание, каждый из наследников Салли должен был прожить всю свою жизнь, думая, что находится всего в одном ударе сердца от того, чтобы получить наследство в сорок шесть миллионов долларов. Но только один из них вообще когда-нибудь увидел бы эти деньги, а к тому времени, когда наследник эти деньги получит, он или она скорее всего окажутся слишком старыми, чтобы насладиться этим богатством. В этом было нечто от мести, но ничего криминального.

– Что она рассказала вам о своих наследниках, своих врагах?

– Имена, адреса, номера социального страхования. Кроме Алана Сирапа. Было названо лишь его имя. Салли обещала дать его адрес и номер социального страхования, но так и не сделала этого. Честно говоря, имея дело со здоровой двадцатидевятилетней женщиной, я не приставала к ней каждый день с просьбами дать наконец эти данные. Завещание было действительным и без этих подробностей.

– Из ваших слов я делаю вывод, что вы не копались в прошлом наследников Салли.

– Нет, не копалась.

– Так что вам неизвестно, почему мой клиент стал наследником по ее завещанию.

– Вообще-то нет. А тебе?

Джеку пришлось увести разговор в сторону, ибо он не мог сказать Вивиен, что Татум был профессиональным убийцей.

– Основываясь на том, что я узнал о других, я могу лишь предположить, что Салли и его считала своим врагом.