Голоса в темноте - Никки Френч

— Его?

— Человека, который меня захватил.

— Понятно. — Броуди поднялся. — Не пойти ли нам куда-нибудь выпить? Мне кажется, вам будет спокойнее со мной на людях.

— Пожалуй, — согласилась я.

— Тогда вперед! — Он подхватил свое пальто со спинки стула.

— Симпатичная вещь.

Бен посмотрел почти с удивлением, словно никогда раньше не видел то, что на нем надето.

— Новомодная.

— Мне нравятся такие свободные пальто.

— Похожи на длинные накидки, какие люди носили лет двести назад.

Я нахмурилась.

— Почему мне неприятно об этом слышать?

— Может быть, потому что вы согласны.

* * *

Паб был ободряюще полон людьми, в воздухе плавало облако сигаретного дыма.

— Я плачу, — заявила я и стала пробиваться к стойке.

Через несколько минут мы сидели за столиком с кружками пива и между нами лежал пакет с хрустящим картофелем.

— Не знаю, с чего начать. Вы ведь приятель Джо?

— Так.

— Она часто уезжала из дома?

— По-разному. Джо выполняла несколько проектов для издательств — в основном коммерческих журналов. Некоторые требовали исследовательской работы. Помню один был для детской энциклопедии; она готовила краткие статьи о деревьях Великобритании, и ей пришлось осмотреть три сотни тисов.

— Она ответственно относилась к работе?

— Как правило, очень. Редакторство было ее хлебом.

— А вас подводила часто?

Бен задумался.

— Я же сказал, она была ответственным человеком.

— Таким образом, получается, что ее сейчас нет, хотя она должна быть. Джо не в отпуске, не в командировке. Значит, что-то случилось.

— Вполне возможно, что все нормально, — тихо проговорил Бен, глядя в кружку пива. — Она могла куда-нибудь поехать, чтобы закончить работу. Такое уже бывало. У ее родителей есть коттедж в Дорсете. Очень тихий, там ничто не отвлекает.

— Вы можете туда позвонить?

— Там нет телефона.

— А сотовый?

— Я уже несколько раз набирал ее номер.

— О!

— Она могла поехать и к родителям. Ее отец болеет. Рак. Может быть, ему стало хуже. Вы не в курсе?

— Я об этом ничего не знала.

— Еще у нее есть дружок Карло, с которым она то мирится, то ругается. Насколько я знаю, в последнее время они были в разрыве, но как знать... Вы не пробовали ему звонить?

Я глубоко вздохнула. Спокойно, спокойно.

— Если бы она собралась к нему, то вам наверняка сказала.

Бен пожал плечами:

— Я всего лишь приятель. В таких ситуациях дружба может быть на втором плане.

— Случается.

— Джо находилась в депрессии, — нахмурившись, проговорил он, — а не просто в плохом настроении. Я надеялся, что она начинает выходить из этого состояния. — Бен допил пиво и вытер рот тыльной стороной ладони. — Сейчас я отправлюсь с вами в ее квартиру, и мы попытаемся позвонить людям, которые были ей близки: Карло, ее родителям. Попробуем выяснить, не знают ли они что-нибудь о Джо. — Бен запустил руку в карман и выудил оттуда сотовый телефон. — Вот возьмите, Сообщите, что вы со мной: полиции, подругам — кому хотите, А потом мы пойдем звонить.

— Это очень благородно с вашей стороны... — начала я.

— При чем тут это? Джо — мой друг.

— Мне не нужно никому сообщать, — отказалась я, хотя внутренний голос вопил: «Нужно! нужно! нужно! Глупая ты женщина!»

— Поступайте, как вам угодно.

На обратном пути я рассказала ему, как мне удалось обнаружить квартиру Джо — по счету и ключам в бардачке машины.

— Она находилась на полицейской стоянке, — объяснила я. — Пришлось заплатить больше ста фунтов, чтобы ее забрать. А теперь на ней блокиратор. Вот, — показала я рукой и не поверила собственным глазам. Машины на прежнем месте не было. — Черт побери — она опять исчезла! Разве так бывает? Я считала, что весь смысл блокиратора в том, чтобы не позволить автомобилю сдвинуться с места.

— Ее, наверное, вернули на стоянку. — Бен пытался сохранить серьезное лицо.

— Вот дерьмо!

* * *

Я открыла бутылку вина. Мои руки опять дрожали — потребовалась уйма времени, чтобы вытащить пробку. Бен набрал номер, с кем-то переговорил — но явно не с матерью Джо, — положил трубку и повернулся ко мне:

— Это женщина, которая осталась с их собакой. А сами они отдыхают и вернутся только послезавтра.

Я налила ему вина, но он не притронулся к стакану, а стал листать записную книжку.

— Карло? Привет, это Бен Броуди. Да-да, совершенно верно — приятель Джо. Что? Нет, в последнее время с ней не виделся. Наоборот, хотел у тебя узнать... Нет-нет, ни в коем случае — не скажу, что от тебя... — Броуди положил трубку и опять повернулся ко мне: — Она с ним явно в разрыве. Нельзя сказать, чтобы парень был в хорошем настроении.

— И что же нам теперь делать? — спросила я, заметила свое «нам» и глотнула как следует вина.

— У вас есть что-нибудь в холодильнике? Есть хочется. Мы с Джо собирались пойти поужинать.

Я открыла дверцу.

— Яйца, хлеб, сыр. Салат-латук, спагетти.

— Если хотите, я пожарю яичницу.

— Было бы неплохо.

Бен снял пальто и пиджак, достал из шкафа сковороду, а из ящика стола — деревянную ложку. Он прекрасно знал, что где лежит. Я расслабилась и наблюдала за ним. Броуди не спешил. Он был очень методичен. Я успела выпить второй стакан вина. Я до смерти устала постоянно бояться и быть настороже.

— Расскажите мне о Джо. Какая она?

— Подождите. Вам один тост или два?

— Один. Но хлеба побольше.

— Ну вот и все.

Мы сели за стол на кухне и молча съели яичницу. А я выпила еще вина.

— Она кажется очень застенчивой, пока ее как следует не узнаешь, — сообщил Броуди, дожевав последний кусок. — Полагается только на свои силы, бережливая. Покупает лишь то, что ей требуется. Никогда не ходите с ней по магазинам. Она тратит массу времени, чтобы купить какую-нибудь мелочевку — сравнивает цены в разных местах. Аккуратна, ненавидит малейший беспорядок. Лучше слушает, чем рассказывает. Что еще? Выросла в деревне. У нее есть младший брат, который живет в Америке и работает звукооператором. Близка с родителями. У нее много подруг и друзей. Но встречается с ними, как правило, один на один — не любит больших компаний.