Комната мертвых - Крис Муни

— Что случилось? — полюбопытствовала Бакстер. — С той пленкой, я имею в виду?

— Не знаю, — с видимым усилием выдавил из себя Куп.

— Вот как? Я думала, что ты ее уничтожил. Но теперь это не имеет значения, она уже наверняка попала на какой-нибудь интернет-сайт.

Дарби спросила:

— Вы рассказали матери о том, что сделал с вами Салливан?

— Она уже знала, — ответила Бакстер. — Мистер Салливан показал ей снимки, сделанные «Полароидом», те самые, на которых он приставлял пистолет к моему виску. И те, на которых я у него отсасывала. Вот они-то расстроили ее по-настоящему.

— Это мать вам так сказала?

— Ей не нужно было ничего говорить. Мистер Салливан взял меня с собой в больницу. Так что я была там, когда он показывал ей фотографии. Думаю, он хотел, чтобы мое присутствие заставило ее и меня задуматься.

— Ваша мать обратилась в полицию?

— Вы шутите? Она посоветовала мне держать язык за зубами и делать, что велят, иначе со мной могло случиться то, что происходило с другими подружками мистера Салливана. Поскольку я сейчас сижу здесь и разговариваю с вами, угадайте с трех раз, какое решение я приняла?

У Дарби голова шла кругом. Она не знала, что хуже: то, что женщина монотонным, лишенным всяких эмоций голосом, как у пациента, которому сделали лоботомию, рассказывала, как ее неоднократно насиловали полицейские и главарь гангстерского клана, или то, что этот кошмар происходил с благословения ее матери.

— Мишель, — спросила Дарби, — вам известны имена пропавших женщин, которые встречались с Салливаном?

— Ничего не приходит в голову. Спросите Купа. Он ухаживал за несколькими подружками мистера Салливана.

— Нет! — выкрикнул тот хриплым голосом. — Этого не было!

— Правильно. Я совсем забыла. Ты не ухаживал за ними, ты просто трахал их. Ты и другие парни на вечеринках в отелях.

Куп оттолкнулся от перил.

— Я никогда не принимал участия ни в чем подобном, Мишель, и тебе это прекрасно известно.

— Эй, я не осуждаю тебя за то, что ты решил помочить свой конец. Ты же у нас не святоша, верно?

— Будь оно все проклято, и ты тоже, Мишель! — заявил Куп. — Я ухожу отсюда.

Куп открыл раздвижную стеклянную дверь, а потом с грохотом задвинул ее за собой. Дарби смотрела ему вслед. Ей хотелось броситься за ним и понять наконец, что здесь происходит.

39

Бакстер взяла пачку сигарет «Мальборо» и сказала:

— Кажется, я привела его в замешательство.

Дарби вдруг поняла, что, помимо смятения и растерянности, в глубине души злится на эту женщину.

— Я бы сказала, что вы очень постарались спровоцировать его.

— У нас с Купом много общего.

— Что именно? Вы встречались с ним?

— Нет, а жаль. К несчастью, у него были высокие требования, и он получил свой кусок пирога, потому что чертовски симпатичен. Все женщины, которых я знаю, готовы с радостью прыгнуть к нему в койку. Уверена, что и вы подумывали об этом, разве нет?

— И все-таки, что вас связывает?

— Это уж пусть он вам расскажет. А с меня на сегодня довольно.

— Присядьте. У меня к вам еще несколько вопросов о тех копах, которых вы встречали на вечеринках в отеле.

— Я не знаю, как их зовут, если вы спрашиваете об этом. Как это ни странно, но они почему-то не сочли нужным мне представиться.

— А их лица вы смогли бы узнать?

— Они носили маски Хэллоуина. А с маской на лице можно вытворять что угодно.

— А вы не слышали, как они называют друг друга? Или, быть может, другие женщины говорили вам что-нибудь по этому поводу?

— Нет и нет. Я видела только их члены. Вот если у вас найдутся фотографии мужских членов, тогда я помогу вам в них разобраться.

— Тот человек, который недавно с вами разговаривал…

— Он — коп, — отрезала Бакстер, закуривая очередную сигарету. — Не спрашивайте меня, как его зовут, потому что у него никогда не было имени.

— Что вы имеете в виду?

— Я имею в виду, что есть такие люди, которые появляются здесь и снова исчезают, как призраки. Спросите Купа. Он скажет вам то же самое.

— Этот коп был одним из тех, кого вы встречали в отеле?

— Я бы не удивилась этому.

— А как насчет других девушек в отеле, вы знали их? Бакстер откинула голову на спинку стула и уставилась в темное небо.

— Большинство из них умерли или сидят в тюрьме.

— Вы знали кого-нибудь из них?

— Кое-кто из них родился и вырос в Чарльстауне. Мистеру Салливану нравились местные девчонки. Наша гордость и все такое, говорил он.

— Кендра Шеппард была одной из таких девушек?

— Не знаю такую.

— Вы уверены? Она выросла здесь. Кстати, ее родителей убили не далее чем в трех кварталах отсюда. Мне кажется, что вы должны помнить об этом случае. Ее родителей застрелили во сне. А потом Кендра таинственным образом исчезла.

— Здесь многие умерли. Или исчезли.

— Мишель, зачем вы рассказали мне историю о себе и своей матери?

— Я подумала, что вам не помешает урок истории, док.

— Мне кажется, дело не только в этом.

Где-то вдалеке гулко хлопнули двери. Бакстер повела себя так, будто услышала выстрелы. Она вскочила на ноги и, вцепившись обеими руками в ограждение балкона, расширенными от страха глазами уставилась на группу людей, вооруженных ведрами, лопатами, носилками и ситами, которые стояли внизу, на улице, вокруг фургона. Со своего места Дарби разглядела невысокую и пухлую фигуру доктора Эдгара и его прическу в стиле Альберта Эйнштейна с развевающимися встрепанными волосами.

— Кто эти люди? — спросила Бакстер.

— Это студенты отделения антропологии. Женщина растерянно посмотрела на нее.

— Они помогут выкопать тела в подвале, — пояснила Дарби. — Мы нашли останки трех человек. Все женщины.

Бакстер ничего не сказала. Она смотрела, как студенты гуськом потянулись в дом.

— Этих женщин будет нелегко идентифицировать, — сказала Дарби. — Кто-то вырвал у них зубы и отрезал пилой пальцы на руках и ногах. Если вам известно что-нибудь, что может помочь нам…

— Мне очень жаль, но я ничем не могу вам помочь.

— Не можете или не хотите?

— Нельзя поймать призрака.

— Не понимаю, что вы имеете в виду.

— Я имею в виду, что по-прежнему есть люди, которые приходят сюда и уходят, как призраки. И у них нет имен.