Питер Пэн должен умереть - Джон Вердон

Гурни еле заметно кивнул.

– Много чего недостает. Кстати о методе исполнения. В деле нет никаких упоминаний о том, что метод проверяли по общей базе программы предотвращения насильственных преступлений. Я прав?

– По мнению Клемпера, – сказала Эсти, – Карла застрелила Кэй. Точка. Зачем ему возиться с этой программой, рыться в базах данных? Он же сама предвзятость, откуда у него альтернативные версии?

– Я так и понял. Но нам бы теперь неплохо прогнать основные детали хотя бы через эту базу. И хорошо бы еще выяснить, нет ли в национальной базе данных совпадений с характеристиками главных фигурантов – как живых, так и мертвых. И у Интерпола – по крайней мере, на Гаса Гурикоса. – Гурни перевел взгляд с Эсти на Хардвика и обратно. – Кто-нибудь из вас может этим заняться – только так, чтобы не наследить?

– Возможно, я смогу разобраться с базами данных, – после короткой паузы ответила Эсти. Тон, каким она произнесла «возможно», подразумевал, что она справится, но не хочет объяснять, каким именно образом. – Что касается программы предотвращения насильственных преступлений – какие именно подробности вас больше всего интересуют?

– Чтобы не увязнуть в болоте фактов, сосредоточьтесь на странностях – самых необычных элементах каждого убийства – и ищите по ним.

– Например, калибр оружия в Лонг-Фоллсе?

– Именно. И введите в строку поиска «глушитель» в сочетании с «винтовкой».

Она сделала несколько торопливых пометок.

– Ладно, что еще?

– Петарды.

– Что?

– Свидетели на кладбище слышали петарды примерно в тот момент, когда Карла застрелили. Если это была попытка скрыть остаточный звук выстрела, возможно, стрелок и прежде использовал этот прием, а свидетели могли упомянуть об этом следователю, а тот внес в базу.

– Бог ты мой, – пробормотал Хардвик. – Вот уж нетрадиционный подход.

– Попробовать-то стоит.

Эсти снова постукивала ручкой по блокноту.

– Думаете, стрелок был профессионалом?

– По мне, похоже.

– Хорошо. Еще какие-нибудь ключевые слова для поиска?

– «Кладбище», «похороны». Если стрелок дал себе труд убить кого-то еще, чтобы заманить основную жертву на кладбище, может, тот же трюк у него прокатывал и раньше.

Пока она записывала, Гурни добавил:

– И еще надо проверить по всем фамилиям, фигурирующим в деле: Спалтер, Ангелидис, Гурикос. Да, и надо еще прогнать фамилии Дарила, всех свидетелей обвинения и девичью фамилию Кэй. Это все можно найти в протоколах суда.

– И не забудь включить в поиск «гвозди», – с отвращением в голосе сказал Хардвик. – Гвозди в глазах, гвозди в ушах, гвозди в горле.

Эсти кивнула и спросила Гурни:

– А с места убийства матери?

– Тут все не так просто. Попробуйте поискать убийства, выдаваемые за падения в ванной, убийства под прикрытием доставки цветов, даже название лжефлористов: «Цветы Флоренции». Но это еще более ненадежный критерий для поиска, чем петарды.

– Кажется, на какое-то время работы мне хватит.

– Джек, по делу Джулиан Пери мне припоминается, что у тебя было полезное знакомство в Интерполе. Оно осталось?

– Пожалуй.

– Можешь разведать, что у них есть на Гурикоса?

– Попытаюсь. Обещать не могу.

– А попробуешь заодно отследить свидетелей обвинения?

Хардвик медленно кивнул.

– Фредди из того дома… Дарил, любовник… и Джимми Флэтс, тот тип, который утверждал, что Кэй пыталась нанять его для убийства Карла.

– По крайней мере, этих трех.

– Посмотрю, что могу сделать. Думаешь, получится вытянуть из них признание в лжесвидетельстве?

– Неплохо бы. Но я главным образом хочу удостовериться, что они все живы и никуда не делись.

– Живы? – Похоже, Хардвику в голову пришла та же мысль, что и Гурни. Если в центре загадки стоит человек, способный сделать то, что было сделано с Гасом Гурикосом, возможно все. Возможно самое ужасное.

При мысли об ужасных перспективах Гурни вспомнил про Клемпера.

– Чуть не забыл упомянуть: когда я сегодня добрался домой после встречи с Ангелидисом, меня подкарауливал твой любимый следователь.

Хардвик сощурился.

– Какого хрена ему понадобилось?

– Хотел, чтобы я понял, какая Кэй гнусная, лживая и опасная сучка. И что Бинчер – лживый, гнусный жид. А он, Мак Клемпер, – крестоносец в эпической битве Добра со Злом. Признал, что, возможно, допустил ошибку-другую, но ничего такого, что изменило бы один простой вывод: Кэй виновна и заслуживает смерти в тюрьме, причем чем быстрее она подохнет, тем лучше.

Эсти встрепенулась.

– Должно быть, он в панике, если заявился к вам и нес такой бред.

Хардвика охватили подозрения.

– Вот ведь чертов ублюдок. Уверен, что он только этого и хотел? Заявить тебе, что Кэй виновна?

– Он чуть из кожи вон не лез, чтобы убедить меня, что все его действия вполне законны в некоем высшем смысле слова. Возможно, заодно пытался на свой грубоватый манер разведать, многое ли мне известно. Насколько я понимаю, основной вопрос относительно Клемпера – он просто псих или же продажен.

– Или опасен, – добавила Эсти.

Хардвик сменил тему.

– Итак, я беру на себя задачку отследить трех свидетелей – что может превратиться в поиски трех пропавших, а это, в свою очередь, может обернуться бог весть чем. Кроме того, буду просить приятеля в Интерполе еще об одном одолжении. Эсти попросит об одолжении в отделе борьбы с организованной преступностью и устроит, чтобы кто-то поискал по базам данных преступников и в отделе предотвращения преступлений. А тебе, Шерлок, что перепало?

– Первым делом побеседую с Алиссой Спалтер. Потом с Йоной.

– Великолепно. Но как ты уговоришь их побеседовать с тобой?

– Обаяние. Угрозы. Посулы. Что подействует.

Эсти рассмеялась коротким циничным смешком.

– Предложите Алиссе унцию товара – она за вами хоть на Луну побежит. А вот с Йоной придется потрудиться.

– Не знаете, где я могу найти Алиссу?

– Последнее, что я слышала, – она живет в семейном особняке в Венус-Лейк. После того как Карл и Кэй сошли со сцены, дом остался в полном ее распоряжении. Только берегитесь Клемпера. У меня сложилось впечатление, что он с ней еще встречается. Маленькое чудовище все еще умеет заставить его расслабиться.

Хардвик осклабился.

– Хочешь сказать – напрячься?

– Ты омерзителен! – Она снова повернулась к Гурни. – Я отправлю вам адрес. А вообще могу дать прямо сейчас. Он у меня в записной книжке.