Питер Пэн должен умереть - Джон Вердон

Выслушав телефонный отчет Гурни о встрече с Адонисом Ангелидисом (в том числе и о гротескных подробностях убийства Гаса Гурикоса), Джек Хардвик странно примолк. А потом, вместо того чтобы снова пилить Гурни за то, что тот в очередной раз отвлекся от узко-специфичных вопросов, способствующих продвижению апелляции, внезапно пригласил Гурни к себе – для более вдумчивого обсуждения дела.

– Прямо сейчас? – Гурни бросил взгляд на часы. Была почти половина восьмого, солнце уже скользнуло за западный гребень холмов.

– Желательно. Вся эта история, мать ее, уж совсем ни в какие ворота не лезет.

Как ни удивило Гурни приглашение, возражать он не стал. Необходимость обсудить дело подробно, выложив все карты на стол, и в самом деле назрела.

Следующий сюрприз поджидал его, когда через тридцать пять минут он добрался до фермерского домика, который снимал Хардвик, – на отшибе, в конце грязного проселка, среди темнеющих холмов за крохотной деревушкой под названием Диллвид. В свете фар Гурни различил рядом с красным «Понтиаком» вторую машину – ярко-синий «Мини-Купер». Похоже, у Хардвика были гости.

Гурни знал, что в прошлом у Хардвика было несколько романов, но вряд ли кто из прежних его любовниц мог сравниться эффектностью с женщиной, которая открыла Гурни дверь.

Если бы не умные, строгие глаза, которые с первого же мгновения оценивающе уставились на него, он бы, пожалуй, загляделся на все остальное – роскошную фигуру на грани чувственности и атлетизма, красоту которой подчеркивали смело обрезанные джинсы и свободная футболка с глубоким круглым вырезом. Босые ступни, ярко-красный лак на ногтях, карамельный загар, иссиня-черные короткие волосы, подстриженные так, чтобы акцентировать пухлые губы и острые скулы. Нет, никак не модельная красавица, но яркая индивидуальность – как, в общем, и сам Хардвик.

Который через миг объявился рядом с ней, собственнически ухмыляясь.

– Спасибо, что заскочил. Заходи.

Гурни шагнул через порог в гостиную. Комната, по предыдущим визитам запомнившаяся ему спартанской обстановкой, теперь слегка приукрасилась: яркий ковер, на стене – картина с маками на ветру, ваза с вербой, пышное растение в большом глиняном горшке, два новых кресла, отличный буфет из сосны, круглый столик для завтрака и три стула со спинками из перекладин в углу рядом с кухней. Да, эта женщина явно вдохновила хозяина на перемены.

Гурни одобрительно осмотрел комнату.

– Очень славно, Джек. Куда как лучше стало.

Хардвик кивнул.

– Согласен.

Он положил руку на полуголое плечо женщины.

– Дэйв, знакомься: следователь бюро криминальных расследований Эсти Морено.

Такого Гурни никак не ожидал. Похоже, на лице его отразилась некоторая растерянность – Хардвик отрывисто рассмеялся.

Впрочем, Гурни быстро пришел в себя и протянул руку.

– Рад познакомиться, Эсти.

– Очень приятно, Дэйв.

Пожатие у нее оказалось крепким, ладонь на удивление мозолистой. Гурни вспомнил, что Хардвик упоминал ее как один из источников информации о первоначальном расследовании убийства и о недочетах Мака Клемпера. Интересно, насколько она сама вовлечена в проект Хардвика с Бинчером и как его оценивает.

Словно подтверждая обоснованность этих его размышлений, Эсти сразу перешла к делу.

– Мне давно хотелось увидеться с вами лично. Давно пытаюсь убедить его взглянуть на дело с более широкой перспективы, принять в расчет не только юридические аспекты апелляции Кэй Спалтер и обратить хоть какое-то внимание на само убийство. А теперь вот уже и убийства, да? По меньшей мере три, а может, и больше?

В низком, глубоком голосе чуть слышался испанский акцент.

Гурни улыбнулся.

– Вы с ним обсуждаете мое расследование?

– От меня не отвяжешься. – Она глянула на Хардвика и снова повернулась к Гурни. – И, по-моему, от вашего сегодняшнего рассказа про гвозди в глазах его наконец проняло. А?

Хардвик сжал губы с гримасой отвращения.

– Да-да, гвозди в глазах, – повторила она, заговорщически подмигивая Гурни. – У всех свои слабые места – хоть что-то да пробивает. Так что теперь пускай уж Лекс-сутяга занимается апелляцией, а мы займемся преступлением – настоящим, а не всей этой клемперовой хренью. – Имя Клемпера она процедила с нескрываемым отвращением. – Надо раскопать, что там на самом деле произошло. Свести все воедино. Ведь так, по-вашему, верно?

– Похоже, вы отлично знаете, что я думаю.

Интересно, а знала ли она, что он думает по поводу этой откровенной футболки?

– Джек мне про вас много рассказывал. А я хорошо умею слушать.

Хардвик, похоже, занервничал.

– А давайте сварим кофе, сядем и приступим к делу?

Спустя час, сидя за столиком в углу, налив себе еще кофе и исчеркав пометками желтые блокноты, они все так же кружили вокруг ключевых моментов произошедшего.

– Так мы согласны, что все три убийства связаны между собой? – спросила Эсти, постукивая по блокноту кончиком ручки.

– При условии, что результаты вскрытия матери дают основания предполагать убийство, – ответил Хардвик.

Эсти покосилась на Гурни.

– Как раз перед тем, как вы приехали, я созвонилась с одной знакомой из отдела медицинской экспертизы. Она со мной завтра свяжется. Но тот факт, что стрелок присматривался к кладбищу в Лонг-Фоллсе еще до «несчастного случая», наводит на известные предположения. Так что давайте пока согласимся, что речь идет о трех связанных между собой убийствах.